Маргарита Блинова - Одиночка

Смирившись с неизбежным, я откинулась на спинку сиденья в надежде подремать, но тут выяснилось, что мы уже приехали.

— Что будем покупать в первую очередь? — уточняет Курт, стоя рядом со мной на эскалаторе, несущем нас вверх.

Я закусываю губу, чтобы не выдать коварной улыбки злодейки, замыслившей пакость. Жизнь с тремя мужчинами научила меня самой важной истине — никогда не заставляйте мужика тащиться с вами по магазинам! Это все равно, что показать криптонит Супермену, кинуть факел на поленья под Джордано Бруно или отнять у Железного человека его дорогие прибамбасы.

И на моей памяти самым страшным для братьев было стоять в отделе прокладок и тампонов, а также…

— Нижнее белье! — кричу наподобие «эврика!» и тут же смущенно оглядываюсь на заинтересованных прохожих. — Курт, мне нужно нижнее белье.

Если бы эту роковую фразу услышал Бандит, он бы застонал и попытался откупиться от меня, Димас попросту свалил бы в отдел с видеоиграми, а папа посоветовал взять с собой для этих целей тетю Аню.

— Хорошо, — согласно кивает мужчина и чуточку улыбается самым краешком губ.

Это так удивляет меня, что я едва не спотыкаюсь, сделав шаг с эскалатора.

Последние пару дней я не видела прежнего улыбающегося Курта, а вот сейчас на его лице появилась улыбка! Подумать только, мысль о походе за трусами вызывает у него радость?! Ничего не понимаю.

У входа в магазин с пикантным названием «Манящие кружева» я притормаживаю и мельком смотрю на Курта, ожидая, что вот сейчас-то он включит задний ход и, сославшись на срочные дела, свалит в закат, но увы…

Лаэрд с непроницаемым лицом переступает невидимую черту порога магазина, с видом знатока оглядывается по сторонам и тянет меня влево.

— Шелк и кружева, — строгим тоном приказал он. — Не хочу критиковать твой вкус, но хлопчатобумажные трусики даже студентки не носят.

— Ой, больно много вы студенток видали, — закатываю глаза и натыкаюсь на серьезное выражение лица. — Что? Неужели все-таки много? — шутливо улыбаюсь я и… вновь это выражение лица. — Я вообще-то шучу, — на всякий случай сообщаю какому-то чересчур серьезному мужчине и поворачиваюсь к девушкам на кассе: — Можно кого-нибудь?

Милая женщина-консультант помогает мне подобрать пару-тройку комплектов разных цветов, затем в наш чисто женский междусобойчик встревает Курт с коронным «шелк и кружева». Я громко цыкаю на него, а женщина понимающе улыбается.

Проводив меня в примерочную, она помогает развесить выбранные комплекты белья и выскальзывает обратно в зал. Оставшись одна, я быстро примеряю выбранные комплекты, остаюсь вполне довольна сделанным выбором в пользу хлопчатобумажных трусиков и простых бюстгальтеров без излишеств.

Быстро надев обратно джинсы и майку, отдергиваю плотную занавеску и нос к носу сталкиваюсь с Куртом.

— Так быстро? — удивляется он и протягивает мне вешалку с ночнушкой. — Примерь и это, пожалуйста.

Яблокова, фоткай его скорее. Все-таки это первый мужчина в твоей жизни, который, вместо того чтобы выталкивать тебя из магазина, самолично предлагает тебе что-то померить.

Чисто механически беру в руки черную ночнушку, естественно, шелковую и, естественно, с кружевом, растерянно мну в руках и пристально смотрю в глаза Курта.

А он, часом, не из этих? Ну, которые секс-меньшинства без парада?

Стоп, Яблокова! Он тебе очень даже наглядно продемонстрировал в ванне, что женщины его возбуждают. И еще о-го-го как.

— Я все выбрала, — для наглядности трясу выбранными вещами перед его носом. — Больше туда-суда одеваться-раздеваться не хочу.

Лаэрд с обидой в глазах забирает из рук малость помятую ночнушку, затем выбранные мной комплекты и молча удаляется к кассам.

Проводив его задумчивым взглядом, кидаю на себя последний взгляд в зеркало. Примерочная, в которой я была, оказалась первой в ряду, как раз напротив входа.

Именно благодаря этому случайному стечению обстоятельств я замечаю нашего водителя, покидающего магазин с большим фирменным пакетом.

Неужели прикупил что-то жене?

А потом в зеркале примерочной я замечаю две до боли знакомые фигуры, прошагавшие мимо стеклянной витрины с манекенами.

Резко подорвавшись, быстрым шагом прохожу весь магазин и осторожно выглядываю. В потоке праздношатающихся покупателей отчетливо видны светло-розовый пуховик Нюши и черная куртка Кряка. Парочка идет, держась за ручки, весело что-то обсуждая на ходу.

Вот ведь…

— Что-то случилось?

Я вздрагиваю от неожиданности, оборачиваюсь к мужчине, чтобы сорвать на нем внезапно подступившую злость на бывшую подругу и отказавшего мне напарника, но натыкаюсь на его обеспокоенное лицо и замолкаю.

Хм… Яблокова, а это идея.

Окидываю лаэрда придирчивым взглядом, еще раз отмечаю, какой все-таки он солидный, харизматичный мужчина, и дергаю за руку в сторону выхода.

— Курт, вы мне очень нужны для одного дела!

— Какого? — с готовностью идет следом за мной лаэрд.

Я активно верчу головой, на ходу придумывая, куда можно свернуть, чтобы потом как бы «случайно» столкнуться с Кряком и Нюшей.

— От вас ничего не потребуется, — по дороге успокаиваю мужчину, лавируя сквозь людской поток. — Просто будьте самим собой. Можете даже разок-другой зыркнуть на него угрожающе…

— На кого?

— На него, — тыкаю пальцем в сторону замершей у прилавка с мороженым парочки.

Взяв зачем-то Курта за руку, делаю еще несколько шагов, сокращая дистанцию до бывшего напарника, и резко притормаживаю.

— Нюша?

Моему «искреннему» удивлению позавидовал бы любой актер. Да что там, я сама себе позавидовала — все-таки не каждый день во мне прорезается такой талантище.

— Ева?

А вот на простоватом лице Нюши эмоции были настоящими — это и удивление от встречи, и испуг за то, что, по сути, увела моего возможного парня, и немой восторг при виде Курта, возвышающегося за моей спиной.

Ну, что? Съела, подруга?

— Привет, ребят! — лучусь позитивом я. — Решили немного погулять по магазинам в праздники?

Кряк корчит страшную рожу и делает шаг ко мне.

— Ты издеваешься? — шипит он. — Сломала мне руку, а теперь ведешь себя как ни в чем не бывало? Ну, уж нет, управление больше не заставит меня находиться рядом с тобой.

Я с неприязнью смотрю в перекошенное от гнева лицо и мысленно качаю головой. И как только «это» могло мне нравиться? Может, заскочить к окулисту?

— Ой, ну чего ты кипятишься, Кряк, — мило улыбаюсь я — Ты разбил мне сердце, я сломала тебе руку. По-моему, мы квиты.

Увлеченная своим триумфом, я как-то совсем упускаю из вида Курта. Зато он шанс поучаствовать в бесплатном представлении — нет.