Юлия Баутина - Сборник "Братство меча"

Издалека донесся высокий тонкий вой, закончившийся хрипом и бульканьем, а затем в поле зрения «гладиаторца» возникла смутная шатающаяся фигура. Человеческая, а не звериная.

— Не кувыркайся, — просипела фигура голосом шефа ликвидаторов.

Из окна с треском вывалилась решетка, уставшая сопротивляться напору снаружи, а вместе с ней куски кирпича. Добившийся своего хоулер сунул внутрь морду, заерзал, протискивая плечи. Михалыч, не обращая на него внимания, занес меч, но не ударил, а попросту рухнул на терзающего Глеба зверя сверху, всей тяжестью налегая на клинок. Кованое железо с хрустом вошло в тело твари, и та жалобно заскулила, бессмысленно задергалась. По щеке и шее «гладиаторца» потекло что-то горячее — не то слюна, не то кровь. Потом зверь затих и обмяк, придавив парня. На то, чтобы сбросить его, сил уже не оставалось. В ушах шумело, перед глазами зыбко колебались расплывчатые черные силуэты. Хоулер из окна, цепляясь лапами за батареи, ловко вползал в узкий проем. На кухне по-прежнему выли и орали. Глеб со вздохом покорился судьбе в ожидании скорой развязки, но время тянулось, как резина, а ничего не происходило. Михалыч не поднимался. Хоулер по-прежнему торчал в оконном проеме, визжал и стучал лапами по батарее. «Гладиаторец» сморгнул, пытаясь сфокусировать взгляд, и, наконец, понял, что торчит зверь там не по своей воле. Кто-то просто не давал ему попасть внутрь и, более того, медленно, но верно вытаскивал обратно.

Кто именно это был, Глеб так и не узнал, потому что на него все же нахлынула густая, душная темнота. Последним, что он услышал, были хлюпающие удары и резко оборвавшийся визг, а когда снова открыл глаза, вокруг было светло и тихо. Парень лежал не на полу под кучей безжизненных тел, а на ближайшей к двери кровати поверх покрывал. Над ним склонялась встревоженная ведьмачка. Выглядела она осунувшейся и вымотанной до предела. Серое, разом похудевшее лицо Инари было покрыто мелкими царапинками — словно иссеченное осколками стекла или ледяной крошкой. Где это ее так?.. На хоулеров не похоже…

— Жить будет, — вынесла вердикт дроу и отступила в сторону, поближе к выбитому окну, а на ее месте сгрудилась целая толпа. Князь, Петрович, Никита, Вован… Артем и Шурик, подозрительно пошмыгивающие носами, тоже были здесь. Значит, живы остались, черти.

— Как самочувствие? — отрывисто спросил Иван. — Нормальное? Ну, и напугали же вы нас!

Глеб слабо поморщился — дескать, все в порядке. Руки-ноги, правда, были, как ватные, но в целом вроде ничего.

— Пашка где? — язык плохо его слушался.

— Там, — Иван махнул рукой в сторону противоположной стены. — Отлеживается. Он легче отделался. Повезло, наверное…

— Наверное, — согласился Глеб, не желая вдаваться в подробности. Даже при воспоминании о происшедшем его начинало трясти. — Михалыч как? В порядке? Без него мне бы каюк настал.

«Гладиаторцы» опустили глаза, Никита насупился. За всех ответил Вован.

— Шеф чуток не дождался помощи… Помер он.

Глеб болезненно зажмурился и застонал.

— Проклятье!

— Отдыхай, — распорядился Иван. — И вообще все сейчас ложатся и отсыпаются. Часов шесть — больше дать не могу. Потом уходим.

— Куда пойдем-то?

— Пойдете вы к нам на базу, — сказал вместо Князя Вован. — Она тут недалеко. И нам проще — не придется потом еще за семь трупов отчитываться, и вам спокойнее. Посидите там, позагораете, пока мы с Большой Землей свяжемся и решим, куда и как непредвиденных гостей отправлять. Своим ходом домой добираться вам будет ох как проблемно…

Глеб не собирался больше спать — и без того, наверное, часа четыре провалялся в отключке, но организм все решил за него. Веки наливались свинцовой тяжестью, и «гладиаторец» даже не заметил, как снова провалился в черную пропасть беспамятства.

А разбудил его запах гари…

Проснувшись, парень не сразу смог понять, где он находится, и что вообще происходит. Первой мыслью было: «Горим! Проводку замкнуло!» В незнакомой, скудно обставленной комнатке сильно пахло дымом. Но самого дыма заметно не было, а когда «гладиаторец» приподнялся на локте, недоуменно оглядываясь, и приметил искореженную выломанную решетку, кем-то поднятую с пола и поставленную в угол, и залитый кровью старый коврик у кровати, все встало на свои места. Он не в «Княжеграде» и не на выезде. Он в Тугреневке, во временном штабе ликвидаторов, и бардак вокруг — последствия ночной атаки хоулеров. Вот только с дымом не совсем понятно. Тянет им, похоже, из окна. Но что горит-то?

Слабость еще не прошла окончательно, однако двигаться уже было возможно. Глеб кое-как встал на ноги и выглянул наружу. Горел сарай, стоявший по ту сторону проселочной дороги. Горел жарко: столб черного дыма, поднимающийся строго вверх, видно было, наверное, издалека. На крыльце дома сидел Иван в позе роденовского мыслителя и задумчиво смотрел на пожар. Артем, Петрович и Шурик ошивались у поваленного забора, светлая шевелюра Степаныча мелькала среди ликвидаторских бандан. Кустов был там же и что-то доказывал Вовану, усиленно жестикулируя. Ведьмаков в поле зрения не наблюдалось.

— Проснулся наконец-то? — спросил Князь, переключив внимание на «гладиаторца». — Хорошо. Значит, надо собираться и рвать отсюда когти.

— Угу. А это что? Акт вандализма?

— Скорее погребальный костер. Там, внутри, Михалыч, Игорек, Василь и Темрик с Максом. Во всяком случае, Вован утверждал, что этими кусками мяса были именно они.

— Что, и Игорь тоже? — охнул Глеб. — А Василь кто такой?

— Тот, последний, которого даже представить не успели.

— Черт, значит, троих загрызли? Или еще кого зацепили?

— Ты лучше спроси, кого не зацепили. Легче всего отделались мы с Петровичем и Кустов, потому что нас запихнули в сени и сказали: сидите и не рыпайтесь. Дотуда хоулеры прорваться не смогли. Но зато и мы там повеселились на славу. Темнота, не видно ни черта, кругом рычание, доски трещат, кто-то кричит, визжит, лает… Я за эти полчаса лет на десять постарел и все молитвы вспомнил, даже те, которые не знал. Зато теперь получил огромнейший опыт, как комнату страха оборудовать.

— Ну, а потом?

— А потом дверь все же высадили. Правда, не хоулеры, а Хорт. С ноги, насколько я понял. К тому времени как раз и на кухне все стихло, парни только-только начали потери подсчитывать. Хорт же прямиком в комнату полез. Вот там был, конечно, шок лично для меня. Кругом все перевернуто вверх дном, имеются два пацана в полубезумном состоянии и куча трупов. Во всяком случае, так показалось на первый взгляд. Потом, правда, выяснилось, что два «трупа» еще дышат. А тут и Инари подоспела. Пока она вас откачивала, мы устроили небольшую уборку. Как тебе курганчик?