Гала Рихтер - Семь историй Чарли-Нелепость-Рихтера

— Извините, — в который раз повторил я. Столько извинений я не приносил за несколько лет вместе взятых, а тут за одно только утро — общение с медработниками всегда приводило меня в состояние некоторого ступора. — А когда меня выпустят?

— Когда посчитают нужным, — отрезала она, но все-таки смягчилась, — Не переживай, долго тебя здесь не задержат. Все показатели в норме, просто нельзя перенапрягаться. А теперь, извини, у меня есть другие больные.

Дона вышла, прикрыв по дороге окошко. В палате почти сразу же стало теплей. Я потянулся было за газетой, но стоило только перелистнуть страницу, заболела голова, и я, в кои-то веки не стал рисковать. Размышлять было не так интересно, как узнавать о событиях, творившихся в мире, но зато не так накладно.

Значит, родителей Джой и Пита нашли. Здорово. Нет, правда, я был рад за них.

Ну кого я сейчас обманываю? А?

Теперь, когда семья воссоединилась, жить в интернате Чейсам было не нужно. Пит и Джой наверняка переедут к родителям, я останусь в "Новом доме", и ведь останусь же, и никуда не сбегу, потому что я не такой уж дурак, чтобы угробить единственный шанс в своей жизни хоть на что-то хорошее. У Питера вообще выпускной класс, и он все равно бы уехал. А Джой…Джой…

Я нашел на шее шнурок, нащупал кулон и вытащил его из-под больничной пижамы. Камень ярко и весело сверкнул в электрическом свете. Идиот я. Даже не подарил его, момент упустил, кретин!

Мысли от Джой перескочили к словам медсестры о том, что около меня дежурила миссис Чейс. И чего это ей вздумалось околачиваться возле незнакомого мальчишки, который — если только Питер рассказал свою версию некоторых событий — подбивает клинья к ее дочери? Я бы поверил, если бы Дик здесь тусовался денно и нощно, но это, кажется, было с моей стороны чистым оптимизмом.

В итоге, ни до чего я не додумался, и уже даже почти уснул, как двери снова распахнулись.

— К нему нельзя. Больному прописан покой, — пыталась отбиваться моя новая знакомая Дона, но против урагана по имени Джой это было все равно, что пытаться затолкать зубную пасту обратно в тюбик. То есть, теоретически конечно возможно, но на практике еще ни у кого не получалось.

— Да он пятый день в покое, — брякнула Джой, — Хватит уже! Ну Дона, миленькая, не вредничайте! Питер, скажи ей!

— В самом деле, — я услышал вкрадчивый бархатный питеровский голос, которым он обычно говорил с Натали и учительницей по астрономии, старой мегерой мисс Томпсон — двумя самыми опасными женщинами в его жизни, — Дона, мы обещаем, что не будем шуметь и вываливать на него новости, и даже особо трогать не будем. Честное слово.

Не знаю, на что они ведутся, но строгая медсестра повела себя в точности как все остальные одурманенные образом "пай-мальчика и лучшего ученика" женщины мира. Я пришел к выводу, что это нечто вроде фамильной магии и мне секретов такого обаяния не постичь никогда.

— Ладно, — сказала Дона, — Но не долго.

— Конечно, — пообещал Питер с улыбкой чеширского кота. — Не больше часа.

— Полчаса!

— Сорок пять минут, — выторговал Пит с выражением лица профессионального аукциониста. Был бы рядом молоток, я бы стукнул по столу с возгласом "продано!". Дона сдалась еще быстрее, чем я думал:

— Ладно, — сказала она и вышла. Я присел на кровати, поправляя сбившееся одеяло:

— Черта с два вы не будете шуметь и вываливать новости! Выкладывайте, иначе я натравлю на вас самого злобного копа всего штата Нью-Йорк, и даже не поморщусь! — пригрозил я. Джой прыгнула на кровать и начала меня обнимать, да так, что я чуть поморщился: боль в голове сразу усилилась. Она заметила это, да и угрожающий взгляд брата, и отпрыгнула. Пит осторожно приобнял меня за плечи и пожал руку.

— Если ты имел в виду мистера Риди, то не надо врать, Чарли. Он очень милый парень, — отозвалась Джой, поудобнее устраиваясь на моей кровати, и в процессе этого севшая на мою ногу. Я взвыл, — Ой, прости, я случайно.

— Ну-ну… — засомневался я. Назвать Дика милым мог только слепой от рождения. Или известная своей экстравагантностью Джой Чейс.

— Как ты? — Питер сел рядом в позе лотоса, с интересом оглядел меня, — Выглядишь отвратительно.

— Спасибо тебе, — произнес я с чувством, — С такими друзьями, как и ты и Джой слова Отчаяние и Невыносимость прямо таки теряют свой смысл. Выкладывайте, что у вас там?

Джой подперла щеку рукой и уставилась на меня своими ярко-синими глазами. Я почувствовал, как у меня по всему телу забегали здоровенные мурашки. Питер перевел взгляд с нее на меня, но ничего не сказал. Впрочем, самого взгляда, которым с самых древних пор братья награждали парней, влюбленных в их младших сестер, мне хватило. Я отвернулся, сделав отсутствующий вид.

— Ну… — сказал Пит, — Этот ублюдок Синклер чуть не разбил тебе череп и сбежал. Спецназовцы так и не смогли его задержать. Но данных, которые были у него в документах, хватило, чтобы найти остальные базы "Альтернативного мира".

— И папу с мамой, — добавила Джой, — И всех остальных пленных.

— Ну да, и Джой уже положила глаз на Лукаса Волинчека, — сдал сестру с потрохами Питер. Я скривился.

— А что, он симпатичный, — парировала Джой, — и ма его любит как родного.

Настроение у меня и вовсе упало до отметки ниже нуля.

— Вот так, — продолжил Пит, — Сегодня родители поехали в "Новый дом", чтобы забрать наши вещи. Мы переезжаем в Чикаго, там у нас дом, вообще-то. Вроде фэбеээровцы должны выделить нам охрану как важным свидетелям, потому что Синклер сбежал, и они подозревают, что он будет искать нас.

— А ты теперь герой, — радостно перебила брата Джой, — Во всех газетах о тебе пишут. Правда, о нас тоже, но мы сказали, что если бы не ты, ничего бы не получилось! Чарли Рэндом Рихтер — самый популярный герой со времен Супермена!

Идиоты, решил я обреченно. И шутки у них идиотские. Увидеть бы Риди и пропесочить его за то, что он позволил двум этим кретинам рассказывать обо мне в СМИ. Придурки!

— А еще мы хотим, чтобы ты жил с нами, — сказал Питер уже серьезно, — В смысле, с родителями и нами в Чикаго.

Я поднял голову, внимательно осмотрел лица Джой и Пита. Непохоже было на то, что они шутили.

Питер поправил пальцем сползающие очки и поспешно добавил:

— Э-э-э… если ты не против, конечно.

Впервые за всю мою жизнь у меня совершенно не было слов. Неловкую тишину прервал скрип открывающейся двери и в палату ворвалась Дона, подталкивающая тележку с едой. Увидев сидящих прямо на кровати Пита и Джой, она разразилась длинной тирадой о гигиене, профилактике и нерадивых посетителях, которых с поразительной скоростью отнесло к двери.