Ольга Табоякова - Мери-Сью

А я думал о том, что надо украсть где-нибудь денег и заплатить налоги. Я ведь здесь так хорошо живу, а налогов еще не платил. Рига вслух прикидывал примут ли на налоги его бесплатную работу в течение ближайшего года, а Галик мучился желанием помочь королям и сиротам как-то неопределенно, но очень страстно.

- Я служу, все служат, я служу, - повторял Гадзюк, усадив свой толстый зад на поваленный ствол дерева. Это у нас привал был.

- Ты всех привлекаешь служить? - фей жевал зеленые листики, вызывающие у него икоту и весьма неровный полет в течение последующих пары часов.

- Я служу, служу словом, слово служит желанию, а оно привлекает людей. Я дарю самую осознанную возможность быть и оставаться человеком, - убежденно возражал Гадзюк. - Налог лишь восполняет весомость гражданского долга, который должен исполнять каждый. Это часть труда, уважения, отданная своей стране. Стране, которая заботится и врачует, защищает и учит, стране любви и благочестия.

- Так ты каждую из женщин так? - фей мало интересовался очищением души преступника. Он больше походил на профессионального следователя, идущего прямо или косо, но к цели - узнать, где деньги лежат.

- Я их звал. Женщины падки на зов. Мой зов подкреплен силой и надеждой. Я дарю ...я облагораживаю...я воспламеняю...я раскрываю смысл жизни гражданина и человека, а тем более уж женщины, - Гадзюк ни разу не старался бежать, видимо это и подвело чутье фея.

- Я иду с тобой! - вдруг выкликнул Рига.

Мамбиок словно протрезвел. Он оглядел нас. Мы лихорадочно поддакивали. Мы стали фанатами и сторонниками Гадзюка и всей той ереси, которую он городил. Надо отдать должное фею, он жестоко принялся восстанавливать справедливость. Гадзюка он стукнул своим туфлем. Тот отключился. Риге прыгнул на голову и стал дуть в уши. Нам с Левроком тыкал в глаза своей волшебной палочкой. Чем досталось Галику, не знаю, я занят был, вытирая слезы.

- Что это было? - Рига помотал головой.

Как выяснилось, мы отклонились от курса, пришлось возвращаться на исходную позицию и строго следовать по дороге к деревне Запудрей.

- А как вы его поймали? - я был рад, что Гадзюка держали связанным с кляпом во рту и не выводили из комнаты под телегой. Не хотелось общаться с этой сволочью. - И откуда знаете про любовницу в Запудрее? И что вообще вы ищете? Как это все?

- Как у всех, так и у нас, - лениво пожал плечами и перевернулся на другой бок Галик. - А если подробнее, то ищем мы его любовницу. Зовут ее Чемарка. Постоянно она живет в деревне Запудрей. - Галик говорил медленно, лениво оглядывая пейзаж вокруг. Мы ехали по пыльной дороге, созерцать можно было лишь зеленые деревья, да такие же унылые кусты. Галик продолжил рассказывать о любовнице Гадзюка. - Уехала туда два года назад, но не так давно была в городе Касьяминке. Мы уверены, что она встречалась с Гадзюком. Не могла она приезжать просто так, а уехать как раз в день нашего приезда в Касьяминк.

- А Гадзюк прятался в ее бывшем доме? - я увлекся детективным рассказом.

- А жил он в доме госпожи Чемарки, потому мы его там и ждали. Это не ее бывший дом, это дом ее мужа. Бывшего, естественно. Хотя официально они отношения не разрывали. Мы не могли поверить, что Гадзюк может ходить к ее мужу. Но он и его обратил в свою веру. Ее муж прятал любовника. Представляешь иронию жизни?

- Я представляю любую иронию, - я отвлекся на мелькнувшего в кустах фея. Не пойму, зачем он улетает.

- Затем, что в туалет он тоже ходит, - хмыкнул Рига, на мой глупый вопрос.

Затем мы вернулись к разговору о Гадзюке. Галик продолжил:

- Мы в это поверить не могли, но оказалось, что он мог прятать любовника свой жены, и даже получал от этого удовольствие. Гадзюка нашел Рига. Это тогда он нашел, но сначала он не мог найти. Дело было в том, что Гадзюк вошел в здание несколько дней назад и сидел в подвале. Запах почти ушел, вот Рига и подумал, что Гадзюк оттуда ушел давным-давно. Когда мы ворвались туда, то Рига обследовал дом, нашел Гадзюка в подвале. Гадзюк не сопротивлялся. Его отдавать не хотел укрыватель. Он считал, что мы бандиты. Но Рига справился и с ним. Однако, у Гадзюка камушков не оказалось Пришлось жестко допросить укрывателя. Он сказал, что камушки увезла его жена.

- А почему не говорит Гадзюк? - я не вник, почему не допросили этого налогового гения.

- Так он же нас с самого первого часа очаровал, - возразил Галик. - Мы просто этого не поняли. У укрывателя такого дара не было, вот мы и кинулись его допрашивать. Здесь нормально работал наш сыщицкий инстинкт.

- А почему же он мог отдать камни любовнице? Ведь человек, не находясь под прямым влиянием, может изменить свое убеждение? - я старался мыслить логически. Все-таки в заповеднике для динозавров логика ограничивалась только "рычат, значит сожрут". А здесь присутствовал простор для интеллектуальной деятельности.

- СТОЙ! - завопил Рига сам себе.

Телегу довольно сильно тряхнуло. Мы чуть все не свалились. Я пожалел, что волшебник не колдонул на телегу рессоры и подушки безопасности.

Леврок открыл глаза. Он пребольно треснулся о бортик телеги.

- Чего? Опять?

- Нет, - Рига вдруг передумал стоять и резко взял в галоп.

- А чего? - это уже я стал спрашивать, ничего не понимая.

- Если ты прав, то она может растратить камушки. И мы получим меньшее вознаграждение, - Рига буквально летел в ту деревню.

- А если ты не прав, то надо проверить это как можно быстрее. Камни могут быть у кого угодно, а это НАШИ деньги, - проворчал Галик. Ударение на "наши" подсказало мне меру таланта Гадзюки. Ведь и Рига и Галик мечтали стать очень верными адептами налогового бремени.

Наша телега не останавливалась ни днем, ни ночью.

Деревня Запудрей - милое провинциальное местечко. Три сотни домов. Каждый с садом-огородом и еще вокруг деревни поля. Каждый дом - произведение искусства. Все с какой-то выдумкой. Хозяева явно стремились оттенить и выделить свой дом. Мне понравился дом весь в желтом. Это был какой-то интересный плющ. А еще забавный домик с синими ставнями и белой крышей. В общем, там было на что посмотреть.

- Тпру! - вдруг вякнул Мамбиок.

Рига обалдел и тормознул прямо у дома местного кабатчика. "Кабак", а на вывеске было написано именно так, мне понравился. Там кабаньи ребрышки - мечта гурмана. А хозяйка мечта вандала. Такая разнузданная дама, что меня один взгляд на нее возбуждал и возбуждал. А судя по ее ответному взгляду, она не откажет в знакомстве.

Я доедал большую порцию ребрышек, запивая их местным пивом, когда вернулся Галик.

- Жить будем в последнем доме на соседней Красной улице, - он цапнул мою кружку и выглотал ее в один миг. Ребрышки я подвинул добровольно.