Ольга Егер - Любви и магии все существа покорны (СИ)

— Слушай, ну тебе же ясно все сказали! — подошла к нему Совесть и положила когтистую лапу на плечо. — Из органов мы! Ты давай завтра, прямо с утра, как умоешься, иди в милицию и честно там во всем признайся капитану Шкваренко. Только не забудь собрать кое-какие вещи, продукты, чтобы в тюрьме сидеть не холодно и не голодно было.

С Иваном Иванычем чуть не стался сердечный приступ. Он как-то опасно закатил глаза и решил завалиться на бок, а потом еще и прилечь на мягкий половой коврик. Но эти подлые и злые существа из "органов" подхватили Брудного, укладывая обратно в постель.

— Зачем же так нервничать! — приговаривала Совесть, склоняясь над ним и доводя несчастного до помутнения рассудка. — Завтра все закончится! Напишешь чистосердечное, и все станет на свои места.

— Нам пора! — напомнил странный парень, любитель щелкать пальцами, и положил пистолет на тумбочку.

Ночные гости засобирались, попрощались, даже наглец вылез из кровати и направился к двери. И только девчонка, въехавшая в спальню на козле, остановила коллег, взглядом намекая на животное.

— Ах да! — вспомнил о чем-то незнакомец, отбирающий оружие силой мысли. — Оставим, пожалуй, у вас нашего коллегу, Никодима Козлодоевича. Он проследит, чтобы вы не наделали глупостей! Смотрите, он у нас строгий!

— Да-да, — закивала Совесть. — Может и рогом в зад!

Иван Иванович непроизвольно ухватился за указанную часть тела, уже ощущая все прелести наказания. Представители непонятно каких структур кровожадно ухмыльнулись и вышли за дверь. Брудный полежал несколько минут, а потом вскочил и выглянул в коридор, но там никого не было. Жена вообще предпочла притвориться лунатиком, и с вытянутыми вперед руками прошаркала вниз, на кухню…

Утром же все охранники получили выволочку непонятно за что, ведь ни одна видеокамера так и не засекла неизвестных нарушителей спокойствия. А черный козел ходил за новым хозяином как привязанный и плотоядно косился на его зад. Но стоило Брудному только заикнуться о неблаговидных намерениях по поводу козлиных шашлыков, как Никодим Козлодоевич исчез из поля зрения, потерявшись в многочисленных комнатах и коридорах особняка.

Я думала, что после такого, Брудный либо попадет в клинику, либо… в другую — с врачами узкого профиля. Ну или таки прислушается и сходит в полицию. Но совесть он, видимо, потерял окончательно, так как вместо признания "подписал" приказ об уничтожении неосторожно упомянутого Риммой капитана Шкваренко и всей его семьи. Тем не менее, Ритке повезло. Во время покушения с ней была я. Мы гуляли вечером, и рядом притормозила машина с тонированными стеклами. Те, кто пытался нас украсть и надругаться, получили по липким ручищам. Правда, не учла я одного — магия против мужских кулаков совершенно бездейственна. Особенно в случаях, когда кулак попадает прямо в висок… Далее, как полагается, ко мне подкралась темнота и глухота и завладели всем моим телом на весьма продолжительное время, за которое нас с Риткой успели поймать, бросить на заднее сидение машины и вывезти за город, где на наши крики не должны были обращать внимания прохожие. Все это я поняла уже после попытки расплющить заплывшие глаза. А привел меня в чувство до боли знакомый рык… Звучал он над самым ухом, потому что производивший утробное рычание вампир придерживал мое вялое тело одной рукой, а второй лишал способности дышать бандитского вида мужика. При этом Куран еще и глазищами вращал в разные стороны, воспламеняя остальных членов группировки, пытавшихся к нему подступиться. Стоило чудо-парню отвлечься на пришедшую в себя ношу в моем лице, как бандиты, посланные надругаться, а потом и укокошить нас с Риткой, рванулись в атаку, но… с разгону налетели на выпущенный щит, отбросивший разбивших об него носы обалдуев на метр.

— Как ты? — прорычал Куран, искоса поглядывая на меня.

Я выровнялась. Обхватила его за плечи, чтобы позволить организму вернуться в тонус. Постояла так, прикрыв глаза и прогоняя головную боль.

— Можешь отпустить, — заверила его я, и когда крепкая рука соскользнула с моей талии, пошатнувшись, все же стала на ноги. Огляделась, Рита лежала на земле, забытая и не тронутая, но слишком уж бледная. Я даже испугалась, дернулась к ней, но вампир остановил.

— С ней все в порядке. Обморок. Никто не тронул! — пояснил он, продолжая удерживать горло бандита. Тот уже синел, даже не трепыхаясь, в стальной хватке.

— Не убивай! — оборвала на желании поразвлечься упыря я, и, выпустив кипящую внутри от злости магию, приказала мужикам подняться, выстроиться в шеренгу, выровняться по стойке смирно и выдать мне главаря. Послушные повелению Вселенской высшей силе, какими бы они ни были упертыми, бугаи повиновались, сами тому немало удивляясь.

— Что ты собираешься делать? — вампир выглядел немного скучающим, ведь подлая я прервала такое веселье, как расчленение живых тяжеловесов.

— Садись за руль! — было ему ответом. — Эй ты, главарь недобитый! Да! Лезь в багажник — почувствуй себя заложником!

Короче говоря, мы с Кураном спустя каких-то три часа подъехали к управлению, в котором служил наш дорогой друг капитан Шкваренко. И произвели там просто фурор среди служивых. Больше всего им понравилось выступление моих подопечных, по команде "Ать, два, левой, правой. Сели в уголок и написали признание" — исполнивших все синхронно и чинно, словно всю жизнь тренировались, занимаясь групповым плаванием. Правда слезы и маты, доносящиеся в мой адрес, прошли мимо ушей и внимания окружающих. Только меня такое не этичное поведение бесило, и пришлось мальчикам смолкнуть, переживая за целостность языков, на которых начали уже выступать типуны и язвы. А вот Куран, шествующий следом за мной с бледной и немощной ношей на руках поразил в первую очередь самого Руслана, выскочившего из кабинета нам на встречу. У него был синяк на пол физиономии, рассечена бровь, опухла губа и, в довершение ко всем бедам, полицейский придерживал перебинтованную руку. Понятное дело, что господин Брудный решил избавиться от него, но капитан чудом остался жив.

— Что?.. — бросился к вампиру мужчина.

Ритка пришла в себя, грустно посмотрела на любимого, сползла с рук Курана и повисла на шее капитана.

— Нормально с ней все! — буркнула я.

— На нас напали… — промямлила Рита.

Руслан устремил ко мне полный признания и обожания взгляд, наверное, и орденом бы наградил за спасение возлюбленной. Но мне медали вешать уже некуда!

— Что это? Тебя ранили? У тебя кровь на виске! Пойдем, отведу тебя к нашей медсестре.

Только сейчас я поняла, почему так сильно у меня болела голова! Оказывается, был разбит висок. Кровь уже запеклась. Пол лица опухло. Странно, что вампир даже внимания не обратил, когда свежие капли текли, и мне ничего не сказал. Этот факт меня очень удивил. Но Куран никак не отреагировал на мой провокационный вопросительный взгляд — только хмыкнул, дескать: "За кого ты меня принимаешь?".