Ольга Егер - Любви и магии все существа покорны (СИ)

— Начальство усиленно все скрывает. Делу не дают ход. Диск исчез из хранилища. А Рите звонят неизвестные и запугивают. Она уже третью ночь спит только под воздействием снотворных.

— Кто этот милый дядя? — спросила я, чувствуя, что узнаю имя гаденыша, и пойду его убивать!

— Политик. Депутат. Иван Брудный. Знаешь такого? — Выдал Руслан.

— Познакомимся! — заверила я.

Демоны и оборотень просияли такими кровожадными зловещими улыбками, что видел бы их сейчас персонаж нашего диалога, и сразу бы вызвал нотариуса, а заодно и сбегал бы в церковь исповедаться, место для могилки подыскал. В принципе, я непроизвольно повторила мимику друзей. Ведь думали мы об одном и том же!

— Русь, а шел бы ты домой! Выспаться тебе надо. Ритка, наверняка, ведь волнуется! — подтолкнул к дому капитана Сашка.

Мужчина после наших магических вливаний побрел к подъезду, как сонная муха, так и оставив козла в палисаднике соседки. Нам же этого рогатого монстра пришлось тащить с собой на операцию, названную "Операцией Пи". Почему "Пи"? Ну, можете представить себе, какие словечки зазвучат из уст депутата, когда мы явимся к нему среди ночи, в его повышенно охраняемое обиталище! А мы явимся, можете не сомневаться! Ведь узнать, где проживает Иван Брудный, компьютерному магу не составит труда.

Пока он занимался поисками, я поставила защиту на квартиру Руслана от пуль, грабителей, злобных мордоворотов и представителей всяких косметических фирм (Ритка жутко злоупотребляла женскими безделушками, не в силах отказать самой себе).

— Все! Нашел! — обрадовал предвкушающую компанию Сашка, выписывая адрес на листок. — Ну что? Сходим пожелаем Ивану Ивановичу доброй ночи, спокойных снов?

Демоны клыкасто усмехнулись, и наш клуб чокнутых повел сопротивляющегося козла за собой к самому дорогостоящему и элитному району города.

Глава 14. Кошмары ночные — совсем как живые…

Иван Иванович Брудный чувствовал себя вполне защищенным в своем трехэтажном шикарном особняке, напичканном видеокамерами. По двору бродили злые и голодные сторожевые псы. А следом за ними — ничем не отличающиеся телохранители. Иван Иванович считал, что ему дозволено если не все, то… В общем, верил, что за ограничения кого-то его святейшество, господин и повелитель человеческих судеб, Иван, покарает! Короче, с самомнением у дядьки все было в норме — слегка заоблочно!

Он уже представлял себя в кресле какого-нибудь столичного министра. Наверное, даже ощущал, как краденные из казны деньги отяжеляют карманы. В общем, сны его были очень радужными, почти вещими, но точно перспективными!

Рядом с полным, стареющим мужчиной, лелеющим Наполеоновские планы, спала скромная такая себе модель двадцати пяти лет от роду. И она в своих сновидениях купалась в роскоши, бродила по бесконечным лабиринтам торгового центра с неиссякаемой золотой картой, скупала самые дорогие и шикарные наряды, драгоценности, туфли, сумочки… Короче, блондинистый шопоголик мирно дремал, положив тонкую ручку на бедро мужа, где теоретически должен был находиться все тяжелеющий от краденых денег карман.

И вот во всей этой благостной тиши, совершенно не обращая внимания на многочисленных охранников, собак и прочих-прочих, на территорию пробрались пятеро совершенно ненормальных личностей, зачем-то приволокших с собой черного козла…

— Будьте добры, не тяните на себя одеяло! — совершенно не знакомый мужской голос, раздавшийся у самого уха, разбудил не только Ивана Ивановича, но и его супругу. Когда хозяин дома открыл глаза, то просто обомлел, увидев в своей постели развалившегося наглого мужика, к которому прижималась его молодая супруга. Та, в свою очередь, ошарашено глядела на незнакомца, но явно ему симпатизировала, так как ручонки свои с подтянутой мужской груди не убирала. Иван Иванович уже было заподозрил жену в неверности.

— Вы кто? — сцедил сквозь зубы рогатый муж, дабы уточнить фамилию, имя, отчество, которые следует написать на могиле посягнувшего на покой его семьи.

— Налоговая! — честно признался скалящийся рыжий нахал, стягивая на себя все одеяло. — Вы не заплатили налоги, так что спать спокойно у вас не получится! Мы вводим практику услуг на дому. Я отныне буду мешать вам отдыхать. Так что я у вас надолго! До тех пор, пока все не выплатите!

От такого у Ивана Ивановича просто челюсть отвисла! Это ж надо придумать! Он было хотел вытолкать подлеца из комнаты, отдать его на растерзание охране и собакам, но наглая морда просто перевернулась на другой бок, подмяла под себя пышный бюст жены, как подушку, и прикрыв глаза блаженно задремала. Политик таки пнул гада чуть пониже поясницы.

— Любезный! Вы мне мешаете! Еще один такой выпад, и скоро вас навестят господа из службы безопасности! — злобно зыркнул на хозяина дома незнакомец из налоговой, и тут распахнулись двери… В спальню ввалилась странная девица в солнцезащитных очках и верхом на черном козле.

— Что, Иван Иванович? — сузила хитрые глазищи она, спустив очки на кончик носа. — Деньги не платите в казну, людей запугиваете, махинации проворачиваете? Совесть потеряли? Так мы ее найдем!

Под кроватью что-то зашевелилось. Жена политика взвыла и тихо всхлипнула, но потом успокоилась — уж очень приятно ей было чувствовать себя подушкой в руках чокнутого незнакомца. Иван Иванович дернулся и схватился за сердце, когда с его стороны, откуда-то снизу стало подыматься клыкастое нечто, сверкая желтыми злыми глазами.

— Привет! — улыбнулось оно. — Я — совесть! Искали?

Брудной начал креститься и молиться, прося Господа прекратить этот воистину жуткий кошмарный сон. Но явно прочитавший его мысли нахал, ущипнул Ивана Ивановича за ляжку, доказывая, что происходящее также реально, как ночь за окном и деньги в шкатулке верхнего ящичка стола из красного дерева в дальнем углу комнаты. Взвыв от боли и злости, дяденька вскочил, метнулся к комоду, достал пистолет и наставил ствол на чокнутую компанию из налоговой.

— Всех перестреляю! — вопил он.

— Это вряд ли! — раздался голос, принадлежавший еще одному подозрительному парню, возникшему в дверях. Он что-то пробурчал, щелкнул пальцами и пистолет перелетел прямо к нему в ладонь. Иван Иванович чуть не потерял в этой суматохе собственную челюсть, а вместе с ней и достоинство едва не подмочил.

— Вы кто? — не переставал задавать глупых вопросов мужчина.

— Слушай, ну тебе же ясно все сказали! — подошла к нему Совесть и положила когтистую лапу на плечо. — Из органов мы! Ты давай завтра, прямо с утра, как умоешься, иди в милицию и честно там во всем признайся капитану Шкваренко. Только не забудь собрать кое-какие вещи, продукты, чтобы в тюрьме сидеть не холодно и не голодно было.