Malice Crash - МЭЛИС КРЭШ И НЕВЕСТА ДЬЯВОЛА

Пусть это будет зваться любовью – самой нелепой, самой земною! Пусть это будет дьявольским зноем – зноем, сжигающим все![ 8 ]

Ожоги ничему не учат. «Нон-стандартовцы» правы. Они всегда правы – потому их и слушают не первый миллиард лет. Не помня, кем они были. Не помня ни имен, ни прозвищ. Их любят и ненавидят за точный показ жизни, которой они не знали, а потом строят теории и говорят, что они – из наших.

Мне все равно, кого сейчас слушать с того диска, который напели на памятном концерте – себя, Мэлис или кого-то еще. В любом случае – мы тогда были в одном зале.

Ни одна мелодия не в силах заглушить в моей памяти его имени.

Рианон.

Мэлис задержалась у беспредельщиков – хотя Рингил начал тревожиться уже в первую же минуту. И к ее появлению – в гордом одиночестве, без эскорта, – уже извелся окончательно. До того, что увидел на лице Мэл умиротворенное выражение и чуть было не кинулся орать сестре с игрушкой, что беспредельщики кое-кому промыли мозги и можно срочно вешаться. Хватило ума потерпеть, пока идеальная хейтерша не переступит границу. В любом случае, если бы случилось непоправимое... но не случилось. Мэлис всего лишь была довольна результатами переговоров.

–Прошло на ура, – кратко ответила она на невысказанный вопрос. – А ты там бы и впрямь все только испортил.

–Не спорю, – согласился Рингил. – Мэл, тебя точно не обманули?

–Меня? – идеальная хейтерша фыркнула, словно у нее спросили о чем-то очевидно невероятном. И вдобавок оскорбительном. – Еще не родился тот беспредельщик... Хотя, конечно, пришлось повозиться.

Тень набежала на ее лицо – прозрачная, почти незаметная. Воспоминание об усилиях? Возможно.

Что ж, вполне даже логично. Мэлис наверняка может легко задавить любого противника один на один. В их школе учат, как заставить противника стать союзником, придушив в нем все ненужное и развив нужное. Если она и впрямь поступила так с той лживой тварью... ну, сам Рингил никогда не назвал бы это даже неверным использованием силы, а уж тем более чрезмерным...

–Так что – они согласились оставить нас в покое? – на всякий случай уточнил хейтер.

–Они согласились оставить в покое твою сестру, – ответила Мэлис. – Если она согласится на одно условие. И нас – пока мы здесь. Так сказать, услуга за услугу...

–Алара не согласится ни на какое условие, – закон подлости. Когда о ком-то говоришь за глаза, открывая дверь, этот кто-то всегда за дверью и оказывается.

–Что за услуга от меня требуется? – холодно поинтересовалась ортодоксальная хейтерша. Она выглядела так, словно не плакала и даже не злилась – холодная, как замороженная в жидком азоте капля крови. На сей раз Алара оделась в ярко-алое, а новая прическа, высокая и сложная, существенно взрослила хейтершу. – Извиниться перед Галиаром или взять назад мои слова касательно объявления войны? Говори, Мэлис...

–Только с глазу на глаз, – Мэлис демонстративно покосилась на стоявшего в тени за плечом Алары Рэлкона. – Поверь, так надо.

Рингил не сразу понял, что ему тоже полагается убраться – в голове укладывалось слабовато. Даже закрыв за собой дверь, хейтер попытался подслушать разговор сестры и Мэл. Не вышло: замок изменился.

–Как думаешь, что это за уступка такая? – спросить что-то можно было только у игрушки, тоже сменившей костюм – на аналогичный черный. Чуть звякнув цепью (вздохнуть без этого было, похоже, нельзя), Рэлкон ответил:

–Уступка, на которую она может пойти. Скорее всего.

–Блин, – высказался Рингил, напомнив самому себе Нору. Та в свое время подхватила у отца это выражение и бросалась им направо, налево и на все измерения. – Отвечаешь, как мой дядя Элар в хорошем настроении – чистую и крайне бесполезную правду.

–Мне просто так кажется, – снова раздался звон. Рэлкон пожал плечами. В изменившемся по направлению к мрачности коридоре слух стал более надежным чувством. – Знаешь, я вспомнил, как умер. Один кусочек, картинка... Переулок, которого уже наверняка нет, темное небо над головой, и ощущение, как тепло уходит вместе с кровью. Я не помню, когда это случилось. Может, я просто все придумал, – Рэлкон посмотрел на собеседника. Глаза оборотня вопросительно блеснули.

–О придуманном так не говорят, только о том, что ты сам вспомнил, – хейтер решил доказать, что и сам не хуже умеет давать уклончивые ответы. Получилось плохо.

–Наверное, – не стал спорить Рэлкон. – Там были очень жесткие камни.

Дневник Алары. День 15 год 12.

Вот я и дома. Снова вынужденный перерыв, снова смена команд – меня дарят, словно хрупкий набор посуды человеку, уезжающему в дальнее странствие. Изощренное издевательство. И я – его предмет, а не жертва или инициатор, но все равно неприятно.

Переделываю замок под светлый образ – я не знаю, обсчиталась ли в расчетах, но мне впервые в жизни практически все равно. Я хочу просто получить то, что хочу от того, кого хочу. И шло б оно все лесом. Я смелее, чем кажусь. Я уже почти взрослая. И поздно с этим что-то делать.

Сижу, заигрываю диск с концертными записями – я его скоро доведу до состояния, в котором не стыдно будет принести коллегам из третьего прихода. Но все равно – кроме голоса Мэлис меня ничто не приводит в состояние, которое можно терпеть. Не думаю, что это продлится долго.

До меня медленно доходят новости. Лерна приходила в гости, рассказала о вещах, которые я пропустила мимо ушей, пока работала. Да и неудивительно – после праздника мы сразу ломанули на задание. А потом я сразу рванула отдыхать. Да и кто скажет точно, что там была за заморочка в архиве? Может, архивистки сами все выдумали...

У меня есть более насущные проблемы.

Ни звезды в безлунных небесах, лишь одно умеет биться сердце... Без тебя любовь слабей, чем страх – а с тобой она сильнее смерти!

Рэлкон вслушивается в эти слова, но я замечала, что Мэлис ему нравится больше. Ревновать к ней я еще не умею.

Я иду по звездам босой, по снегам, опавшим с небосвода...

А то, что из песочницы исчезла команда «Черный легион» – это вообще из разряда непроверенной информации. Может, им таки дали давно заслуженное универсальство, и они сбежали подальше от тех, кто гнобил их столько лет подряд. Я ездила с ними на одно задание в прошлом году. Неплохие ребята. И вообще, домашние тараканы под крышкой черепа сейчас есть у всех.

Без тебя свобода – только сон, а с тобой вся жизнь – уже свобода!

Может быть, я зря ищу ответы в одной и той же песне, которую заиграла до степени замыливания... Может, то, что она спета моим голосом – еще не превращает ее в ключ?