Наталья Норд - ремя Вспомнить. Хроники Метрополии. Часть 1

На первый взгляд Кратти не казалась красавицей: худощавая, с крупным ртом, проступающими лентами мышц на тонких, но сильных руках, высокой грудью, подвижными чертами лица, карими глазами и непослушными темными волосами. Она была умна и наблюдательна, в меру язвительна, спокойна и не склонна к бурному проявлению эмоций. (Тай иногда казалось, что подруга видит гораздо ярче и мир, и его изнанку, с ее грубыми швами, подозрительными пятнами и неопрятными складками.) С ней можно было часами спорить, обмениваясь невинными, остроумными колкостями, но ни разу не услышать в свой адрес ничего обидного или пошлого. Умение читать в сердцах человеческих, как и в случае с Дейдрой, не подвело Тайилу: Тарк и Кратти были созданы друг для друга, их взаимное притяжение вибрировало между ними в воздухе. Кратишиэ, как казалось Тай, изо всех сил сопротивлялась чувствам. Она сторонилась Тарка и почти не разговаривала с ним. Ее частые 'головные боли' во время вечерних посиделок у камина даже всерьез обеспокоили Таймиира.

Девушки услышали, как один из гостей, пожилой татуированный, бросив в их сторону внимательный взгляд, спросил что-то у Патришиэ. Хозяйка замка учтиво что-то ответила и подозвала воспитанниц. Тайила, Кратишиэ и Латия были представлены гостям. Тай получила больше всего пристальных взглядов, от которых ей, и так вечно мерзнущей, становилось еще холоднее. Особенно нервировал ее интерес молодого адмана с надменным лицом. Тай, еще при дворе королевы научившаяся осаживать нагловатых аристократов, подняла глаза и смело встретила взгляд гостя. Лучше бы она этого не делала. Игра в гляделки продлилась всего несколько секунд. Бесовик равнодушно моргнул и отвернулся. Тай покачнулась.

- Что? - спросила Кратти.

- Ничего, - Тай тряхнула головой, отгоняя наваждение.

****

'...Представь себе, на корабле меня все время тошнило, и я не понимала, куда же делась моя прежняя морская закалка, но дома все объяснилось. Дорогая Тай, я жду ребенка, и к тому моменту, как письмо дойдет до тебя, если будут милостивы боги, почувствую его движение во мне. А ведь, признаюсь, я уже обзавидовалась Делане...'

― Четыре храма и пятый, какое счастье! ― прошептала Тай.

****

Делана и Тарк вернулись в родной дом полгода назад. Делана училась в придворной школе в столице, исключительно дорогом и утонченном заведении для девушек, в которую определила ее в благодарность за гостеприимство королева Магрета. Но спустя два с половиной года владетель забрал дочь из школы, предчувствуя смутные, непонятные времена. Делане предстояло выйти замуж за сына владетеля Гирна из Ко-бароха. В ту же четверть Таймиир вызвал с Восточных островов и сына. Брат и сестра признались отцу, что с неохотой возвращались в родные места оттуда, где нашли новый дом, друзей и интересные занятия. Но Тарк особенно понимал необходимость быть рядом с близкими.

Восточные острова, самая удаленная и плохо контролируемая колония Метрополии, еще жили прежними законами и порядками, установленными в долгие времена правления Добрейшей. Новое не успело достичь их берегов. Изменения, постигшие столицу, затронувшие школьных друзей Тарка (живших теперь в беспокойстве перед неопределенностью будущего), странные порядки, царившие при дворе, процветание доселе презираемой религии, ― все это произвело на молодого человека тягостное впечатление. С того самого момента, когда Тарк прочитал в письме Таймиира о смерти королевы в Тай-Бреле, предчувствие беды не отпускало юношу. Оставляя острова, он страдал от разлуки с полюбившейся ему благословенной землей, но, вернувшись домой, Тарк понял, что его место рядом с отцом. Забрав сестру из столичной школы, молодой человек всю дорогу до дома убеждал девушку в необходимости замужества. Делана скучала по подругам и плакала. Ее маленький мир рухнул в одночасье. Ещё вчера она наивно полагала себя будущей изысканной придворной дамой, а теперь перед ней простиралось унылое будущее в холодной, негостеприимной земле, где люди живут от весны до весны и не интересуются ничем, кроме овец.

Дома Делана нашла утешение в беседах с Тай. Она считала Тайилу той, кем сама желала бы стать - утонченной независимой дамой, образованной чтицей. Тай пожимала плечами и посмеивалась про себя, не споря с девушкой. Та причитала: к чему? К чему жизнь, если потратить ее на скучное супружество, командование слугами, заботу о процветании сельских жителей и поголовье скота. Будь он на месте Тайилы, давно бы бросила Тай-Брел и направилась в столицу. Там, в столице, - балы и церемониалы, вечера, на которых блистают красавицы-чтицы. На сцене, одетые в роскошные наряды, они декламируют стихи о смерти влюбленных и тайных страстях. Поклонники дарят им цветы, дома и драгоценности.

Латия, Кратти и Тай помогали готовить свадебные украшения. Из шелка и атласа нарезались ленты, из шнура разных оттенков плелись гирлянды. Чудесное платье цвета молодой листвы - подарок Реланы - привезли за месяц до свадьбы из Лофрады, знаменитой своими тканями и мастерицами. С платьем в замок прибыли три вышивальщицы, которым щедро заплатили за долгое путешествие. Делана помогала мастерицам, уныло склонившись над рисунком, который следовало перенести на шлейф длиной в рост невесты.

― Ах, Гардия, ― вздыхала Делана. ― Дуния, Стеферия - лучшие чтицы Патчала. Они заставляют плакать и смеяться одним своим голосом. Даже король посещает церемониалы.

― Даже король? ― усмехалась Тай. ― А юноши-чтецы там бывают?

― Да, ― Делана в восторге жмурилась. ―Я была на двух вечерах с другими девушками из школы, и на обоих присутствовал король, и такие милые юноши декламировали оду о братстве.

― Мужском братстве? ― уточняла Тайила, подмигивая Кратишиэ.

― Да, кажется, ― Делана качала головой и опять впадала в уныние. ― Моя жизнь кончена. Я никогда не увижу более Патчала, не пройдусь по его улицам, и набережная, боже, я так и не надела на прогулку новую шляпку, купленную у ораты Леноры!

Делана роняла на ткань слезинки, путала орнамент, и колофрадские вышивальщицы обменивались недовольными взглядами.

Кратти фыркала. Тай улыбалась, за работой погружаясь в мысли о своем выступлении на предстоящей свадьбе. Она выбрала четыре грахи - священных стиха на ээксидере, которого сама, из-за действующего запрета на этот древний язык, никогда не изучала. После смерти Магреты все немногие книги королевы, с которыми та никогда не расставалась, остались в библиотеке Таймиира. Владетель решился навести в ней, наконец, порядок, и Тай по нескольку четвертей перед сном перебирала книги. В них девушка, к своему восторгу, нашла бесценные словари и кодексы, написанные более трехсот лет назад, в те времена, когда ээксидер изучался школярами и учениками Пятихрамья, и книги еще не печатались, а рисовались вручную. Тай тайком перетащила найденное в свою комнату, заперев в сундуке. Найди владетель время пересмотреть свою книжную коллекцию, отправил бы ценнейшие экземпляры в огонь, от греха подальше.