Лариса Деминская - Песочные часы вселенной. Возвращение.

- Вы бы не могли нам сказать, когда Эмели написала это завещание?

Все замолчали.

- Да, мистер Кинстон, когда это произошло? – спросил Артур.

Нотариус обвел взглядом всех присутствующих и тихо произнес:

- Это произошло накануне ее смерти.

- Как же так? – воскликнула Сюзанна.

- Матерь Божья, - прошептал Патрик.

- Ничего себе, ой, простите, - сказала Джейн.

- Уж, не покончила ли бедняжка с собой? – неизвестно кого спросила миссис Нортон.

- Мистер Кинстон, прошу вас рассказать нам всем во всех подробностях, как это происходило. Поскольку ваше сообщение вызвало в каждом из нас много удивления, и я, даже сказал бы, подозрения, – сказал Артур.

- Как угодно, господа, тем более, что я и сам хотел рассказать вам об этом.

- Прошу вас, мистер Кинстон, расскажите нам.

- Итак, рано утром ко мне в контору пришла Эмели Блор. Она была очень спокойна, только лицо ее было бледно, и под глазами были большие темные круги. Я спросил ее:

- Миссис Блор, чем могу быть для вас полезен? Надеюсь, вы здоровы?

- Да, я здорова, только спала плохо, - ответила миссис Блор. – Я пришла к вам по делу. Я хотела бы составить свое завещание.

- Но, - начал, было, я.

- Я понимаю ваше удивление, мистер Кинстон, - перебила она меня, - но жизнь есть жизнь. Я одинока, у меня никого нет, и мне бы хотелось, чтобы то немногое, чем я владею, принадлежало после моей смерти именно тому человеку, которого я вам сейчас назову.

- Но, миссис Блор, вы еще так молоды, вы выйдете замуж, у вас будут дети…

- Если я выйду замуж, - снова перебила меня миссис Блор, - я приду к вам и порву свое завещание. А пока мне бы хотелось приступить к делу.

Затем, миссис Блор сказала мне, что и кому она хотела бы оставить в наследство, после чего она попросила чистый лист бумаги и сказала:

- Вместе с завещанием я оставлю для Артура Блора письмо. Я специально не стала писать его дома, а напишу в вашем присутствии, вы его при мне запечатаете и передадите вместе с завещанием через три дня после моей смерти.

Она писала его довольно долго, тщательно обдумывая слова, наконец, сложила лист пополам и отдала мне. После того, как мы закончили составление завещания, миссис Блор поблагодарила меня и ушла. Ушла в хорошем настроении, тихо закрыв за собой дверь.

Натариус Кинстон вытащил из кармана платок и промокнул глаза.

- Простите старика, мне очень жаль, разрешите покинуть вас, у меня сегодня еще три визита.

- Ну, разумеется, мистер Кинстон, мы благодарны вам за ваш рассказ.

Нотариус собрал свои бумаги, поклонился и вышел.

- Вот и все. С уходом этого человека, ушло что-то важное. Но осталось ощущение беды, - сказала Сюзанна.

- Мистер Блор, вы меня простите, но я думаю, что она сама покончила с собой. Составила завещание и приняла большую дозу лекарства, - торжественно сообщила экономка.

- Да, что вы такое говорите, миссис Нортон, – возразил ей дворецкий.

- Мой покойный муж был аптекарем, я кое-что понимаю в этих делах, - гордо ответила ему экономка.

- Это грех, ведь, какой, убить себя, - сказала Джейн, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Уж, во всяком случае, любому ясно, что она умерла неестественной смертью, - заявила экономка. – Она знала, что умрет. А, раз знала, значит, сама это и сделала.

- А, может быть, не сама, - сказала Джейн.

- Думаешь, ее убили? – спросила Сюзанна.

Все замолчали.

- Как это, убили? – испуганно спросила экономка. - Она сама к нам пришла, ведь, если бы ее убили, то, как бы она пришла?

- Действительно, - согласился с ней дворецкий.

- А вы думаете, что убить, это значит обязательно зарезать или застрелить? – спросил Артур.

- Господь с вами, мистер Артур, - испуганно замахала руками экономка.

- Мистер Артур прав, мы не подумали о том, что Эмели могли отравить, - сказал дворецкий.

- Может быть, нужно обратиться в полицию? – спросила Джейн.

Все снова замолчали.

- А, что нужно сказать в полиции? – спросил дворецкий.

- Полиция  уже  была  в  нашем  доме  накануне  похорон Эмели, - сказал Артур.

- Как? – воскликнула Джейн.

- Так, инспектор полиции пришел ко мне с вопросом по поводу смерти Эмели, я все ему рассказал. После чего он заявил мне, что уже разговаривал с доктором Морисом и тот сообщил ему то, что Эмели увлекалась успокоительными лекарствами, а сама была натурой нервной и неуравновешенной.

- Зачем же он приходил? – спросила Сюзанна.

- Он приходил спросить, не возникло ли у меня каких либо подозрений по поводу смерти молодой женщины, - ответил Артур.

- И, что же вы ему сказали? – спросила экономка.

- У меня на тот момент не было, каких либо, соображений по этому поводу. Мне нечего было сказать, о чем я и заявил инспектору.

- А он, что? – спросил дворецкий.

- Ровным счетом ничего. Выразил мне свои соболезнования и ушел.

- Так, значит, нам не нужно идти в полицию? – спросила Джейн.

- Я думаю, что пока не надо, - ответил Артур. – Уважаемые мои домочадцы, я очень вам всем признателен. Я понимаю, что произошедшие события нас всех очень сблизили, но давайте не будем забывать о своих служебных обязанностях.

- Да, да, - сказал дворецкий, - не стоит надоедать мистеру Блору, нас всех ждут свои дела, пойдемте.

- Еще раз благодарю вас всех, - сказал Артур.

Дворецкий, экономка и Джейн, поклонившись, вышли из кабинета. Когда дверь за ними закрылась, сразу стало слышно, что беседа по поводу Эмели не прекратилась. Их голоса постепенно затихали по мере их передвижения по коридору.

- Ну, что скажешь? – спросил Артур.

- Нужно прочитать письмо, - ответила Сюзанна.

- Да, - согласился Артур.

Он вскрыл конверт и достал из него сложенный лист бумаги. Подержав его немного в руке, Артур медленно развернул письмо.

- Ну, же, - поторопила его Сюзанна.

Артур развернул лист и прочел:

«Артур, я очень надеюсь на то, что вы никогда не прочтете это письмо, или, в крайнем случае, прочтете его очень не скоро. Не думайте обо мне плохо. Я не сумасшедшая и не истеричка, я знаю, обо мне будут такое говорить. Я очень люблю жизнь и хочу прожить ее счастливо. Но, видимо, такова моя судьба. Я уже давно ощущаю, что моя жизнь словно лежит у кого-то на ладони, захочет этот кто-то - и не будет моей жизни. Но сейчас дело не в этом. Артур, я оставляю вам в наследство свой дом, вовсе не из-за того, что вы можете стать для него хорошим хозяином и сможете его восстановить. Реставрировать дом будет нелегко, можете этим и не заниматься. Для меня сейчас это совершенно неважно. Важно другое, а именно то, чтобы этот дом не попал ни в какие другие руки. Особенно, мне бы не хотелось, чтобы этот дом стал принадлежать мистеру Хаббарду. Он предложит вам купить его – не продавайте его ни в коем случае. Вы, конечно, можете пренебречь и этим письмом и моей просьбой, но тогда может произойти что-то нехорошее. Артур, я доверяю вам, найдите то, что хранится в нашем доме, и, если это, действительно, что-то стоящее, пусть оно принесет вам и другим счастье. Эмели».