Инна Сударева - Двойная честь

– Мне нужна одежда, еда, вода и лошадь. И с седлом. И быстро.

– Леди Аврора, – прошептал изумленный Крол и протянул девушке-видению руку. – Леди!…

* * *

«Вот так удача! – думал Крол, поглаживая по голове Аврору, а та жалобно плакала, сидя рядом с ним на скамье. – Это называется попасть в нужное место и в нужное время».

Аврора только что рассказала бывшему капитану страшную историю о том, как ее похитили из Синего дворца и везли куда-то не день и не два, а много-много полных ужаса дней, плотно завязав глаза, чтоб она не видела пути-дороги.

– Черствый хлеб, вялые яблоки – вот чем меня кормили. Это ужасно, – жаловалась наследница престола. – А какими холодными были ночевки в лесу! Кошмар! И я все время думала, что сейчас меня убьют! Они мне ножом угрожали. Я несколько ночей вообще не спала!

– Но кто они? Вы видели их лица? – спрашивал рыцарь, делая знак трактирщику, чтоб тот принес чего-нибудь вкусного и сытного для девушки.

– Не видела, – сморкалась Аврора в полотенце, которое ей дала жена хозяина, вышедшая из кухни, чтоб увидеть юную страдалицу. – Они все время в каких-то нахлобучках были – лица прятали.

– Сколько их было?

– Двое. Два парня, – ложь и полуложь так и перли из наследницы.

– Потом что?

После этого вопроса Аврора выдала подробное описание момента ее продажи Трифору. Тут она постаралась изобразить князя в самом неприглядном виде.

– Он хотел, чтоб я вышла замуж за его сына – прыщавого Гилбера, – в очередной раз хлюпнула носом наследница. – А я не согласилась. Тогда меня заперли, будто я преступник какой-то. Сказали: буду сидеть под замком, пока не соглашусь на замужество. Оно мне надо – это замужество? – и с сердитым бульканьем стала пить воду из кружки.

– Это ведь Трифор нанял убийц для императора? – поинтересовался Крол.

– Вот уж не знаю, – помотала головой Аврора.

– Думаю, у князя был мотив хлопотать в этом деле, – заметил рыцарь.

– Ну, неужели, – пожала плечами девушка, ставя опустевшую кружку на стол. – Да в нашем государстве полно тех, кто мечтает увидеть батюшку в гробу. В помпезном, шикарном, но гробу.

– Согласен, – хмыкнул Крол. – Но как вам удалось сбежать из замка князя? Не думаю, что вас плохо охраняли.

Аврора взяла паузу. Тем более, что трактирщик как раз в этот момент поставил перед ней большую тарелку с горячими блинчиками и плошку с липовым медом. Вот так, жадно поглощая выпечку, девушка придумала еще один лживый, но безопасный (на ее взгляд) ответ на довольно сложный вопрос:

– Горничную уговорила: пообещала ей большую награду. Она ночью вывела меня из замка и показала, куда бежать дальше. Потом я до этой деревни добралась.

Крол выслушал, не хмыкая и не перебивая. Похоже, его эти объяснения (пусть и не совсем удачные и правдоподобные) вполне устроили. К тому же, задание рыцаря состояло из двух пунктов: первое – найти леди Аврору, второе – вернуть ее отцу-императору. Первое с свершилось. Пусть даже бывший капитан и не мог похвастать тем, что самолично нашел и освободил наследницу. Оставалось одолеть второй пункт. А поиск и наказание похитителей и злокозненного Трифора, сопряженные со значительным риском, в планы Крола не входили.

– Будет разумным, ваша милость, прямо сейчас убраться отсюда. Поторопимся в Гримтэн, – сказал он Авроре.

– Я еще не поела, – заметила девушка, уплетая блинчики.

– Промедление может стоить нам жизни, – заметил рыцарь. – Наверняка, Совиный замок уже гудит, как развороченный улей.

Аврора в мыслях с этим согласилась, но взяла еще блинчик. Не очень-то ей пришлось по душе вот так сходу начать слушаться капитана, который у нее вызывал лишь одну антипатию. К тому же, после того, как он принял на веру рассказы-обманы о служанке, наследница престола про себя наградила Крола еще одним нелицеприятным определением – тупой бот.

– Мне еще переодеться надо, умыться, причесаться, – заговорила она, облизывая большой палец, испачканный медом. – Очень не люблю я такой растрепой и оборванкой ходить.

Крол чуть слышно скрипнул зубами, и Аврора решила, что он портит ей аппетит.

– А вы, любезный сэр, мне пока лошадь подыщите и снарядите, – молвила наследница. – Я к тому времени со всем управлюсь.

Рыцарь помедлил секунду, две и встал, чтоб выполнить распоряжение девушки. Было видно, что он злиться. Даже его высокие сапоги сердито скрипели и раздраженно звенели шпорами, раня доски пола, пока он шел к выходу из трактира. Авроре это еще на один пункт подняло настроение. У нее ведь и раньше поднималось настроение тогда, когда удавалось насолить капитану.

Правда, потом, когда пришла хозяйка и принялась раскладывать перед девушкой

чистую одежду – просторную льняную рубашку, шерстяные куртку, шаровары и плетеный из кожаных шнуров пояс – Аврора вновь скисла и расплакалась. Ей вдруг до боли в голове вспомнились Корт и Майя. Обнимающиеся, с поцелуями, в душистом черничнике. И тут же, до боли в сердце, наследнице Незыблемого престола захотелось, чтоб это ее целовал, опрокинув в мох, Шип Корт.

Испуганная слезами девушки хозяйка села рядом и, думая, что Аврора просто не до конца выплакалась во время разговора с Кролом, обняла наследницу, погладила по голове, бормоча: «Ну, поплачь, поплачь, легче будет. Это страх выходит».

Юная леди с благодарностью уткнулась в мягкое льняное плечо крестьянки и заплакала еще горше. Она вдруг сообразила, что здорово влюбилась. И еще сообразила: хорошего в этом мало…

Часть вторая

Князь Трифор снял с головы расшитый бисером берет и поднял глаза к лазоревому небу. Ни облачка. Как и положено в это время года в его землях.

– Славный денек, – пробормотал князь, наблюдая за звенящим в синеве жаворонком и наслаждаясь легким ветром, что был полон ароматами луговых цветов. – Славный денек для беспечной прогулки. А не для поисков.

– Ваша милость? – напомнил о себе дружинник Зан.

– Что слышно от Гилбера? – спросил Трифор, возвращая взгляд с небес к земным делам и обнаруживая безрадостную картину своих провалов – такой разительный контраст к ясному летнему дню.

Он вернул берет на голову и направил коня дальше по дороге. А та вилась белой лентой вдоль зеленых лугов.

– Ничего хорошего, – отозвался дружинник. – Отряд его младшей милости разведывает южный край пущи и близлежащие хутора. Но пока – без результатов.

– То же и у нас, – пробормотал князь.

– Ваша милость, – опять заговорил дружинник, но теперь – голосом тихим, вкрадчивым, чтоб остальные всадники не услышали. – Дозволь спросить.