Александр Гарм - В щупальцах дракона (СИ)

За последние несколько дней он проваливался сюда слишком часто. Но с каждым разом эта обитель снов нравилась ему всё больше и больше. Здесь не было ни тревог, ни переживаний реального мира. Реального ли? По ту сторону вокруг него день и ночь шумело незнакомое море, а крошечная яхта, каким‑то чудом удерживавшаяся на волнах была последним оплотом его надежды. Он понимал, что продержится так совсем не долго. Рано или поздно она пойдёт на дно, а ему останутся лишь волны и неизвестность. Еда закончилась два дня назад. Вода — ещё раньше. Приходя в себя он просто лежал на палубе под навесом от солнца, что он соорудил из обрывков паруса, и смотрел в небо. Ему до смерти осточертел вид разлагавшегося рядом с ним чудовища.

Впрочем, особого голода он не испытывал — море у рифов кишело рыбой. Днём, когда солнце стояло высоко, было видно серебристые косяки, скользящие в голубой глубине меж скал. По какой‑то причине они время от времени норовили выпрыгнуть из воды, точно лосось, идущий на нерест. Их мясистые тушки падали прямо на палубу и ему оставалось лишь схватить одну из них. Когда это произошло в первый раз, Андрей решил, что просто повезло. Он выпотрошил рыбу и съел сырой — сдобрив солью и другими специями, которые к счастью так и остались на полке в кубрике, наслаждаясь её жирной красной плотью. Когда на следующий день это случилось вновь, он решил, что всё дело в самой яхте, которую рыбы явно принимают за что‑то знакомое. Сегодня это случилось в третий раз и это было последней каплей. Он не стал её трогать, а просто выпустил. Андрей сходил с ума, его разум начинал рождать галлюцинации — это было совершенно очевидно. Не понятным оставалось лишь, каким образом его организм боролся с голодом и жаждой, если рыба была воображаемой, но то, что происходило, просто не могло быть на самом деле. Возможно, он съел ботинок — или кусок разлагавшегося мяса, один из многих плававших вокруг лодки. Морские птицы, похожие на больших альбатросов, очень скоро обнаружили тушу и денно и нощно пировали на ней.

Но всё это оставалось где‑то далеко, стоило ему забыться сном. Он погружался в грёзы, путешествуя вместе с наёмником, который, похоже, начинал догадываться о существовании Андрея и о том, что тот подглядывает за его жизнью. По какой‑то причине юноша всегда испытывал при этом мучительную боль. Потому Андрей старался не проникать в его мысли. Он совершенно не понимал суть и природу происходящего с ним, но научился волевым усилием отдаляться от сознания Руфиано, погружаясь в свою чёрную пустыню.

И именно здесь он был в полной безопасности. Он знал это.

Ему казалось, что прошла тысяча лет, когда он услышал шаги. На миг ему захотелось притаиться и позволить незнакомцу пройти мимо. Однако он тут же передумал. Интерес и скука сделали своё дело. Андрей поднялся на ноги и отряхнулся от прилипшего песка.

Шаги стали ближе и в ту же минуту на вершину бархана поднялась девушка. Невысокая и смуглокожая в длинной яркой юбке. Та самая, в гости к которой заявился Руфиано. Андрей с любопытством смотрел на неё, а та, в свою очередь, изучала его.

Танниа, так, кажется, её звал наёмник, приблизилась к нему и встала на расстоянии вытянутой руки. Андрей всё ещё пытался решить — реальна она или же нет. Поборов желание немедля потрогать её руками он произнёс:

— Привет.

Девушка протянула ему руку ладонью вниз:

— Танниа Рибальд, — представилась она, — Чернокнижник третьей гильдии.

— Андрей Фёдоров, — неуверенно пожал он руку, — Инженер — проектировщик.

— Про — ек — ти — ров — щик, — задумчиво повторила девушка, продолжая оглядывать его со всех сторон.

Наконец, она оторвала взгляд и осмотрелась по сторонам.

— Красиво у вас тут, Андрэ, — сказала она наконец, — Любите минимализм?

— Прошу прощения?

— Эта пустыня, она вас успокаивает? — спросила девушка, — Должно быть, напоминает родные края?

Андрей огляделся и неуверенно покачал головой.

— Не сказал бы. Тут слишком фантасмагорично.

— Тогда, почему не смените обстановку? — с кривой усмешкой спросила она.

Он улыбнулся и почесал затылок.

— Если бы я мог.

— Не скромничайте, — ответила Танниа, — И предложите уже даме сесть. Я к вам по важному делу.

— Что?

Должно быть, замешательство и непонимание слишком явственно читались у него на лице. Девушка посмотрела на него понимающе и спросила:

— Вы попали сюда, будто бы случайно и ничего тут не меняли? Хорошо, Андрэ. Перейдём уже на «ты». Слышишь меня? Вдохни поглубже и закрой глаза, а после этого представь себе место, где тебе было бы хорошо. Просто представь.

Он задумался. Набережная возле родительского дома? Нет, что угодно, но без моря — его‑то в последнее время в жизни было предостаточно.

Он вспомнил «Закуток», крошечное кафе в паре домов от их конторы. Они с ребятами из «Стеленги» часто бегали туда пообедать. Всегда занимали столик у окна.

Он открыл глаза — солнце уже село и улица за окнами горела огнями. По узкой улочке медленно проезжали машины, пешеходы куда‑то спешили, падал первый снег. В кафе было людно, как обычно в это время, но на них никто не обращал внимания, хотя на Андрее был изорванный комбинезон и огромная гавайская рубашка Михаила, а его спутница выглядела совершенно чуждо для этого мира.

Обстановка произвела на девушку яркое впечатление, хоть она и попыталась скрыть это. Однако Андрея сейчас заботило не это.

— Не знал, что я на такое способен, — сказал он, — Спасибо, что показали как.

Танниа небрежно отмахнулась, продолжая с интересом осматриваться.

— Так вы здесь, чтобы учить меня? — спросил он.

— Что?! Нет! В смысле, я с радостью, — выпалила она, — Но сейчас я не за этим. Дело в том… Я здесь от лица моего заказчика.

— Руфиано, — кивнул Андрей, — Да, я в курсе.

Девушка помешала ложечкой чай и глянула в окно.

— Тогда ты знаешь, чего он хочет? — спросила она.

— Да, но — увы — ничего не могу поделать. Мои… — он попытался подобрать слово, — «Странности» начались именно с него. Я не знаю, что нас связало и как это прекратить.

— Так я и думала, — улыбнулась девушка, — Ты, должно быть, и сам чувствуешь слабость временами. Сейчас ты излучаешь себя, точно маяк — это ощущает не только бедняга Руфиано, но и вообще все вокруг.

— И как же это прекратить? — неуверенно произнес Андрей.

— Что‑нибудь придумаем, — ответила она, — Для начала скажи, только честно: изучал ли ты прежде какие‑нибудь заклинания?

— Нет, совершенно точно. Там, откуда я пришёл, такие вещи не существуют.