Ким Хантер - Рассвет рыцаря

Наконец он спустился в долину, и перед ним опять встала та же самая проблема, только наоборот. Предстояло снова пробраться мимо часовых, возвращаясь в лагерь. Восток уже розовел зарей, в небо поднимались острые лучи света. Утро — не лучшее время, чтобы красться по открытой местности. В предрассветных сумерках часовым приходится удваивать бдительность. Тени пускаются наперегонки друг с другом в расплывчатом сером мире, и те, кто заступает в последнюю смену, пристально высматривают малейшее движение. Солдату как нельзя кстати пригодился опыт, смытый с поверхности его памяти, но в достатке затаившийся в глубинах подсознания.

Пробираясь между деревьями, Солдат полз по канавам и рвам. Порой ему казалось, что он удаляется от лагеря, но он упорно двигался вперед. Каждый ярд давался с огромным трудом. Беспокоило Солдата и то, что он преодолевает кольцо часовых, бдительно несущих дежурство: раз это удалось ему, может, удаться и убийце с зажатым в зубах ножом. Солдат чувствовал, что вряд ли сможет в будущем спокойно спать в лагере, полагаясь на опыт и внимание часовых.

К тому времени, когда он преодолел кольцо часовых, солнце успело подняться над горизонтом. Воины шатра Орла уже мылись в переносных кожаных бадьях. Отыскав Велион, Солдат направился прямо к ней. Капитан Монтекьют, заметив его, отвел взгляд в сторону. Разумеется, офицерам было известно про обряд посвящения, но они закрывали на это глаза.

Оторвавшись от бадьи, Велион приветливо улыбнулась.

— Я не сомневалась, что у тебя получится, — сказала она. К ним сходились остальные воины. — Ты ведь принес яйцо, правда?

— Принес, — гордо ответил Солдат, — но нам лучше поторопиться. Кажется, из него вот-вот вылупится птенец. Быть может, мы оставим орленка где-нибудь в таком месте, чтобы его нашла мать и отнесла обратно в гнездо? Например, у ручья? Орлы ведь тоже пьют воду, правда?

— Об этом не беспокойся, — проворчал один из воинов. — Давай показывай яйцо.

Сунув руку за пазуху, Солдат достал яйцо и протянул его на ладони.

Посмотрев на яйцо, воины недоуменно уставились на Солдата.

Велион подняла брови.

— В чем дело? — спросил Солдат. — Что-то не так?

— Это не орлиное яйцо, — сказала Велион. Солдата охватила паника.

— С чего вы взяли?

— Уж мы-то разбираемся в таких вещах, Солдат, — хмыкнул кто-то из воинов. — Мы ведь служим в шатре Орла.

У Солдата оборвалось сердце. Не орлиное яйцо? Тогда чье же?

Впрочем, скоро это станет ясно, так как яйцо начало трескаться прямо у него в руке, раскрывая свое содержимое. Что там внутри — какая-то птица, гигантское насекомое или змея? Испугавшись, Солдат поспешно опустил яйцо на землю, вспомнив, что только что вылупившиеся змееныши обладают таким же сильным ядом, как и их родители, хотя во всех остальных отношениях они еще совершенно неразвиты.

В яйце образовалась дырка, и из нее высунулась маленькая зеленая мордочка. Постепенно скорлупа рассыпалась, начиная с верха, потом с боков, открывая извивающуюся зеленую рептилию.

— Крокодил? — воскликнул пораженный Солдат. — Милосердные боги, каким образом он попал в горы? Возможно, яйцо унесла какая-то птица? В гнезде их было два. Неужели хищная птица собирает яйца крокодилов?

— Замолчи! — остановила его Велион. — Смотри!

Под пристальными взглядами воинов крохотное создание стало слизывать со своего тела липкую слизь. У этого зеленого чуда природы было красноватое брюшко и красные кожистые складки у носа. Ярко-красные. Цвета хорошего вина или темной розы. Причудливое существо обладало длинным хвостом, гибким и подвижным, как у ящерицы, двумя крошечными лапками с острыми когтями и вытянутой мордой. Длинный язык, дотянувшись до спины, тщательно облизал тело. И тут началось настоящее волшебство, — на спине стал распускаться цветок.

Воины зачарованно смотрели, как расправились два тонких, будто вуаль, крылышка, протягиваясь к теплым лучам солнца. Крылышки были настолько прозрачные, что просвечивали насквозь, и на спине крошечного существа заиграли радужные зайчики.

Вдруг новорожденный малыш пронзительно вскрикнул, словно почувствовав на себе любопытные взгляды. Громкость крика совершенно не соответствовала размерам маленького создания: несомненно, он был слышен на несколько миль вокруг.

Окружавшие Солдата воины, притихшие и бледные, стали пятиться назад.

— В чем дело? — спросил Солдат.

— Это дракон, — пробормотал кто-то из воинов. — Правда, из маленькой разновидности. Двулапый зеленый красногрудый дракон. Они могут зависать в воздухе как стрекозы. Вырастают до размеров медведя, не больше.

— О, всего до размеров медведя? — спросил Солдат.

Велион схватила его за руку.

— Он зовет свою мать…

Конец ее фразы потонул в истерическом крике новорожденного, уставившегося на Солдата.

— Знаешь, — сказала Велион, перехватив обожающий взгляд крошечного существа, полный любви и голода, — сейчас он считает тебя своей матерью — и, наверное, ему хочется молока.

Еще один жуткий крик.

— Приглядите за ним! — воскликнул Солдат, бросаясь к полевой кухне.

Он вернулся через полминуты с куском истекающей кровью свиной печени и стал кормить детеныша, засовывая ему в пасть по маленькому ломтику. Дракончик довольно урчал, не отрывая глаз от аппетитного мяса.

— Пора трогаться в дорогу! — крикнул подошедший сержант. — Сворачиваем шатер — живо!

Нарезав печень мелкими ломтиками, Солдат неохотно расстался со своим подопечным.

Воины быстро свернули шатер, и, нагрузив вьючных мулов, через несколько минут приготовились тронуться в путь. Малыша-дракона поместили в крысиную нору, защищая его от лучей солнца. Чтобы заглушить крики, нору прикрыли камнем.

Воины беспокойно обращали взоры в небо, в любой момент ожидая увидеть спускающееся сверху крылатое чудовище. Они как никогда прежде торопились выступить в поход.

Когда колонна тронулась в путь, Солдат убрал камень с норы, уверенный в том, что мать предпочтет забрать своего малыша, а не гоняться за толпой людей. Малыш-дракон выполз из норы с выражением негодования и обиды на зеленой мордочке, но, увидев Солдата, нежно запищал:

— Керроуу. Керроуу, керроуу.

Солдат положил ему под нос бурдюк с козьим молоком, чтобы крошечное существо не умерло с голоду до того, как его найдет мать.

— Слушай, кроха, — сказал он, пригрозив дракончику пальцем, — ты веди себя прилично, хорошо?

И бросился догонять свой шатер.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Обогнув подножие горы Ккамарамм, карфаганские наемники подошли к краю пустыни. На переходах и во время стоянок Солдат близко познакомился с новыми товарищами. В большинстве своем это были простые люди — не в том смысле, что недалекие, но с довольно простыми запросами и простым образом жизни. Больше всего они дорожили уважением собратьев по оружию. Настороженность, с которой был встречен Солдат, объяснялась в первую очередь не недоброжелательностью карфаганцев, а тем, что они не привыкли иметь дело с незнакомцами. В отношении Солдата они вели себя сдержанно, потому что не знали его. И Солдат отвечал карфаганцам замкнутостью и стремлением к уединению.