Татьяна Бражник - Зеркало

Не веря своему счастью, я была готова слушать его целую вечность. Мама поочередно грела нас с отцом своим теплым любящим взглядом. Я и мечтать не могла снова оказаться дома. Рядом со своими родителями. До сегодняшнего дня я и не думала, что так сильно соскучилась по отцу и почувствовала вину за то, что так редко о нем вспоминала.

После завтрака родители выгнали меня с кухни, предложив посмотреть телевизор, а сами принялись мастерить праздничный обед. Папа вынес в зал стол, занявший всю большую комнату. Я таращилась на мелькающие на экране картинки, но не видела ровным счетом ничего. Я чувствовала себя, как после недельной беспробудной пьянки: голова была ватная, плохо помнось, что было раньше. Мама суетилась, бегала по комнате, расставляя тарелки. Я насчитала десять приборов. Значит будут гости. Ничего спрашивать я не стала, хоть и очень хотелось — сама все потом увижу.

Через какое-то время в дверь позвонили.

— Аля, открой! — донесся мамин голос с кухни. — Это к тебе!

Волнуясь, я подошла к замку, который остался таким же, каким и был во времена моего детства, и без труда его открыла.

— С днем рождения!!!

На пороге в полном сборе стояли Хранители.

— Боже мой! Ребята! — воскликнула я, задыхаясь от радости. Чтобы хоть как-то совладать с эмоциями, я спрятала лицо в ладонях.

— Вот так надо встречать друзей, с которыми не виделась аж десять часов! — своим традиционным издевательским тоном прокомментировал Сэт.

— Ну не начинай хоть сегодня, а? — с серьезным лицом отдернула его Веся и тут же заулыбалась. — Поздравляю!

Большего подарка, чем они сами, я и не ждала, но несмотря на это меня нагрузили невероятных размеров плюшевым медведем, букетом цветов и целой грудой разноцветных коробочек.

Ребята остались прежними. Сэт все так же язвил, Веся ворчала на него за это. Не пришел только Михей. На мой вопрос о том, почему эльф не пришел, ребята стали надо мной издеваться, прикидываясь, будто и не знали никогда такого. Может быть я должна знать, почему его нет сегодня…

Когда все гости уселись за стол, мама произнесла первый тост, конечно же посвященный виновнице торжества, и чуть не расплакалась от умиления. Возможно, я была слишком маленькой, чтобы хорошо ее запомнить, но я бы ни за что раньше не сказала бы, что мама такая плаксивая и сентиментальная. Когда я в детстве капризничала и лила слезы по пустякам, меня всегда корили тем, что мама не позволяла себе давать волю чувствам в какой ситуации не оказывалась бы. Я старалась не вдумываться в ее странное поведение, отгоняя дурацкие мысли.

— Как дела в общине? — спросила я, протягивая руку к тарелке с салатом.

Хранители переглянулись, но Деян быстро сообразил, что я имею в виду.

— В общаге? Да все нормально. Под чутким присмотром Клары Дмитриевны, она еще не один век простоит.

Ребята рассмеялись, оценив его шутку. Я так и не поняла, в чем прикол, но решила поддержать друзей, выжимая из себя смех.

Наступило неловкое молчание. Каждый уткнулся в свою тарелку, что-то тщательно там высматривая.

— Готова к завтрашнему экзамену? — чтобы хоть как-то оживить разговор, поинтересовалась Мила.

Не сразу сообразив, что вопрос адресован мне, я конвульсивно замотала головой, что должно было обозначать положительный ответ. Наверно готова. Правда, неплохо было бы выяснить, какой именно экзамен мне придется завтра сдавать и где, но я была к нему готова. Я вообще ко всему готова, лишь бы этот сон не кончался никогда.

Списав мое странное поведение на излишнее волнение, друзья продолжали поднимать тосты, поздравлять меня, веселиться. В этот вечер я к собственному немалому удивлению отметила, что великолепно танцую. Раньше, когда я приходила на дискотеку, танцующие расступались, опасаясь быть задавленными насмерть. А теперь тело само двигалось в такт музыке. А может и не в такт. Мне вообще медведь оттоптал все уши еще в глубоком детстве, и о том, что представляет собой этот загадочный «такт», я догадывалась крайне смутно.

В ходе вечеринки я путем тонких намеков выяснила, что Деян закончил механико-математический факультет и теперь работает на каком-то заводе. Веся и Дарен вообще оказалась моими одногруппниками. Все вместе мы учились на медицинском. Сэт тоже не поленился и поступил в Уральский государственный и в этом году заканчивал факультет психологии. Чем занимаются остальные Хранители, мне так и не удалось узнать, потому что мои странные вопросы и намеки уже начали настораживать друзей.

Домой ребята собрались поздним вечером, плавно переходящим в ночь. Мама заверила, что ей и самой не трудно помыть посуду и все убрать, и отправила меня отдыхать. Закрывшись в комнате, я села на аккуратно заправленную кровать, на которой строго по росту были рассажены многочисленные мягкие игрушки. Поджав к себе ноги и положив голову на колени, я долгое время просидела, не шевелясь и ни о чем не думая. Внутри ощущалась растущая с каждой секундой пустота. Эта огромная черная дыра увеличивалась с каждым ударом сердца. Я с грустью подумала, что похожа сейчас на пластиковую куклу. Красивая оболочка, удобный кукольный домик, гора одежды по последнему писку моды. Вокруг тебя улыбающиеся люди, которые тебя, по-видимому, любят. Но они тоже пластиковые. За этим красочным антуражем скрывается… Да ничего там не скрывается. Вообще ничего нет. Пу-сто-та.

Я услышала, как тихо переговариваясь между собой, легли спать родители. Во всей квартире погас свет. Почувствовав внезапно накатившую усталость, я легла, прислонившись щекой к приятно пахнущей стиральным порошком подушке. Я хотела уснуть, закрывала глаза, но сон не приходил. Меня что-то сильно беспокоило, но я не могла понять, что именно.

Я не могла привыкнуть к тому, что теперь у меня снова есть мама. Любящая и любимая. Она больше не собиралась нас покидать. Папа был добрым и веселым. Опять кашлял и врал маме, что уже давно бросил курить. Она знала, что он не расставался с сигаретой ни на день, а все равно делала вид, что верит ему.

Мне было непонятно поведение Хранителей. Да и можно ли их было так называть?! Беззаботные студенты. Не знают или не хотят знать никакой общины. Ни слова не сказали ни о старейшинах, ни о Малых. Как будто и не существует их вовсе. Сэт ни разу не попытался оживить приготовленные мамой котлеты, хотя его было его главным приколом, за который он регулярно получал нагоняй от Лазаря.

Уцепившись за эту мысль, я как ошпаренная вскочила с кровати. Попыталась использовать Дар, но как только хотела сплести маломальское заклинание, забывала как это делается. Как я не пыталась заставить себя собраться, мысли, как испуганные шумом крысы, разбегались в разные стороны.