Татьяна Бражник - Зеркало

Наевшись до отвала, Хранители растянулись на голой земле, а я, густо покраснев, отпросилась в кустики.

Местный лес кардинально отличался от того, к которому я успела привыкнуть за время пребывания в общине. В нем было темно и влажно, травяной покров был скудным, и постоянно приходилось идти по мху. Обстановка напоминала мне сказки про Бабу-Ягу. Я бы даже не удивилась, случайно наткнувшись на ее пристанище на курьих ножках. Сейчас меня вообще трудно было чем-то удивить.

Я старалась отойти от парней на достаточное расстояние, испытывая дискомфорт в мужском обществе, когда дело касалось чисто женских особенностей.

— Ни и что это мы тут ходим-бродим? — послышался негодующий голос.

У себя под ногами я заметила меленькое существо, которой было примерно на голову ниже среднестатистического гнома. Странное создание с огромными пронзительно-голубыми глазами, нагло смотрело на меня, деловито сложив руки на груди. Миниатюрный острый носик, тонкие губки и аккуратно сшитая одежка из мха придавали ему трогательный вид. Я хотела позвать ребят посмотреть на такое чудо, но, словно читая мои мысли, малыш не позволил мне это сделать.

— Ну что ты к ним прицепилась? — укоризненно произнес он. — Там тебя Ася ждет, а ты тут ошиваешься.

Не дожидаясь ответа, лесное создание резко повернулось и решительно зашагало в глубину леса. Мне как будто ударили под дых. Я знала только одного человека с таким именем.

Догнав коротышку и поравнявшись с ним, я требовательно призвала к ответу:

— Какая Ася меня ждет?

Малыш раздраженно усмехнулся, ни на миг не замедляя ход. Хоть на один мой шаг приходилось десять его, лесной житель шел с настолько приличной скоростью, что мне приходилось постоянно за ним гнаться.

— А то ты прям много Ась знаешь? — ехидно спросил он. — Та самая!

Ася. Так отец ласково называл маму. И только он. Для остальных она была Настей, Анастасией Владимировной, кем угодно. Асей — только для него. Пока не стала Анастэйшей для другого.

— Откуда она здесь? Она ведь в Европе!

Малыш хмыкнул, резко остановился и с серьезным видом произнес:

— Не веришь? Вот и езжай в свою… Европу!

Не дождавшись моей реакции, чудо снова заспешило в одному ему известном направлении.

Напомнив себе, что все самое удивительное в моей жизни в последнее время оборачивается чем-то хорошим, я пошла с коротышкой. С каждым пройденным метром в лесу становилось все темнее. То ли полог в глубине был гуще, то ли закатное солнце все больше опускалось за горизонт, но приятных ощущений эта прогулка не приносила. Мне постоянно мерещились какие-то непонятные тени и шорохи, но я отгоняла неприятные мысли верой в то, что еще пара минут и я увижу ее. Такую ненавистную, и такую горячо любимую. Любимую несмотря ни на что. Я могла обмануть кого угодно, что забыла ее, что не простила, что не люблю. Я могла обмануть Софона, Феофана, и даже себя. Но я любила. И я готова была ее простить. Я ее уже простила.

Неожиданно коротышка остановился. Мы очутились на небольшой поляне, со всех сторон окруженной плотным кольцом леса. Здесь было немного светлее, чем в лесу, но жуткое ощущение не проходило. Сердце билось в панике, крича, что предчувствует что-то нехорошее. Но желание снова увидеть маму было сильнее любых других чувств.

Неожиданно пелена с глаз спала. Я заметила, что мы отошли уже очень далеко от стоянки. Покружившись вокруг себя, осматривая поляну, я вдруг поняла, что совершенно потеряла ориентацию. При всем желании вернуться я бы не смогла это сделать. Это, наверное, чья-то злая шутка. Такого быть не может! Никто не знал, как мы звали маму. Да и откуда бы ей взяться в лесу под Пермью?! Я ощутила себя полной идиоткой. Так глупо попасться!

Мой провожатый невозмутимо стоял на середине поляны, с интересом разглядывая небо.

— Слушай, куда ты меня привел? — я пыталась не показывать свой испуг, но голос невольно дрогнул.

— Куда-куда… В лес! Сама не видишь? — язвительно отозвался коротышка, ни на секунду не отрываясь от безмятежного разглядывания небосвода.

Первым моим желанием было схватить этого нахала на шкирку и вытрясти ответ, как мне вернуться обратно. Но ловкий негодник исчез прямо у меня из-под носа, в тот же миг появившись на краю поляны.

Взбешенная, я захотела ударить по коротышке «Сетью Аризы», которую сегодня на стоянке продемонстрировал Сэт. Сплела заклинание, построила схему… никакой реакции. Дар не отзывался. Я попробовала еще раз, одновременно проверяя, не допустила ли ошибку. И снова ничего.

Кричать и звать на помощь было бесполезно — мы слишком далеко ушли, что бы ребята меня могли услышать. Стоять и ждать, когда коротышка начнет выкидывать свои фокусы, мне тоже не показалось заманчивым, и я решила бежать. Не важно, что не знаю куда. Главное убраться подальше от этой нежити, на которую не действует ни магия, ни старый добрый кулак. Я со всех сил рванула в лес с той стороны, с которой, как мне казалось, мы пришли. Метра через три меня закрутило, как в центрифуге. Деревья замелькали перед глазами со скоростью, которой позавидовали бы даже пилоты «Формулы-1», сливаясь в одну коричнево-зеленую полосу. Изрядно помотав, лес наконец выбросил меня обратно на поляну. Значит, мы еще и колдовать умеем! Ладно…

— И не напрягайся. — мерзко растягивая слова, равнодушно произнес мой проводник.

Не прислушавшись к его совету, я попыталась еще раз. И еще. Решила, что раз не получается убежать, надо устроить этому негодяю хорошенькую трепку. Поменяла заклинание. Попробовала простой выброс силы. Ничего не действовало! Я почувствовала себя умалишенной, которая бормочет страшные заклинания, ожидая, что сейчас небо разразиться громом и молнией, но ничего не происходит. У меня начали опускаться руки. Я сто раз успела проклясть тот миг, когда пошла за этим странным созданием, когда не позвала с собой ребят, когда даже не догадалась элементарно поднять шум.

Снова задрав голову к небу, коротышка громко и раздраженно произнес:

— Ну, сколько тебя можно ждать?! Она меня уже достала своими выкрутасами!

Еще около десяти минут ничего не происходило. Ни на миг я не прекращала попыток воспользоваться Даром. Я вспомнила все самые сильные заклинания, которым меня обучали. Вспомнила даже те, о которых просто читала, не заучивая. Но я не могла ими воспользоваться. Потом на землю рядом со мной опустилась огромная бесформенная тень. Через пару мгновений я разглядела гигантское синее чудовище, похожее на гусеницу-переростка с хорошо развитыми лапами, напоминавшими человеческие руки, огромной пастью с сотнями острых игловидных зубов и кошачьими глазами. Вопреки моим ожиданиям, чудище не спешило набрасываться. Оно словно красовалось передо мной во всем своем уродстве, давая хорошо себя разглядеть. Ее желтые глаза с узким зрачком манили к себе, гипнотизируя. Я не могла пошевелиться. А потом голову будто залили свинцом. Она стала тяжелой, и все труднее было себя контролировать. Мысли не вязались друг с другом, хотя я до последнего упорно пыталась придумать, как выбраться из этой западни, до последнего пыталась использовать Дар. А потом меня ослепил яркий желтый свет…