Антон Темхагин - Чувства и тени

О землях, что раскинулись южнее Нейтрета, я знал немного. На том берегу Каюмова моря вроде бы были еще какие-то поселения, но немного. Дальше уже простирался Лес, а что за ним — того не ведал никто. «И чего люди летать не научились?» — размышлял я. И не было бы проблем, пролетел над Лесом, да узнал, что же там дальше. В миг бы все тайны раскрыли. Могут же маги заставить полный людей паром двигаться по воде? Отчего же не попробовать сделать то же самое, но только в воздухе? Использовать магию ветра, да и все. Только слишком легко это звучало, до такого точно уж додумались бы и до меня. Я-то что в магии понимал? Для того в Университет и шел, чтобы учиться. А там, может, и пойму, как заставить вещи и людей летать. Все когда-то бывает впервые, так почему бы человеком, придумавшим полеты, не стать именно мне? Хотя таковое событие представлялось очень маловероятным, вспоминая мои успехи в магии ветра. Точнее сказать — неудачи.

Решение ночевать на перекрестке, судя по всему, я выбрал верно, поскольку на пути мне не встретился не то, что постоялый двор, но даже сараюшка какая. Вот и пришлось бы мне в полной темноте устраиваться на ночь. Может, только силовое зрение способно было помочь в таком случае. Или сова. Они же хорошо видят в темноте?

— Неплохо, — ответил Эстебан. — Я не жалуюсь.

— Кстати, ведь совы — ночные птицы. Разве ты не должен сейчас спать?

— Я сплю тогда, когда мне вздумается, — проворчала сова. — Обычные совы может и дрыхнут днем, а лесные устроены иначе.

— Это как же? Чем ты от них отличаешься? На вид так обычная сова.

— Как минимум тем, что обычная сова с тобой бы сейчас не разговаривала, — буркнул Эстебан и замолчал. Обиделся, что ли?

Но я был не против идти дальше в тишине. Наговориться всегда можно успеть, и не только с птицей. Вернее — лучше с кем угодно, но не с птицей. В Университете людей будет с избытком, только бы найти общий язык, а там все просто.

В какой раз одернул себя — нельзя думать о поступлении, как о свершившемся факте. Это расслабляет, а мне нужна была ясность ума и концентрация. Иначе может ничего не получиться. Вот сдам экзамены, тогда и буду строить планы, а пока делами нужно заниматься поэтапно, выполняя локальные цели. Сейчас мне надо было дойти до Нейтретской заставы — это первоочередная задача на данный момент. А дальше будет видно.

Пейзаж вдоль тракта практически не менялся. Все те же заросли кустов и деревьев по обочинам и, как ни странно, никаких следов человека. Ну да, Меркис говорил, что я прибуду в Университет раньше времени. Наверное, ближе к экзаменам на этой дороге будут полчища людей.

Погода мне благоволила — не жарко, не холодно, самое то. Единственным неудобством стала кровожадная мошкара, пытающаяся облепить меня со всех сторон. Пришлось прибавить шагу, дабы не быть съеденным. К сожалению, несколько раз меня укусить таки успели — на шее и руках я чувствовал противный зуд.

Сову проклятые насекомые не трогали, хотя пробраться сквозь ее перья у них изначально шансов не было.

— Странные вы, — подал голос мой пернатый спутник. — Идешь и молчишь. Почему?

— Потому что не хочу разговаривать. Да и не все же время болтать, в самом деле. Я, между прочим, иду, устаю, а ты едешь на мне.

— Вы много разговаривали с тем, жутким, — Эстебан не обратил внимание на мою последнюю фразу. — А сейчас ты молчишь.

— Он не жуткий. Он мой учитель, и зовут его Меркис! — рассердился я.

— Это не важно. Мне нет дела до его имени. Я его, может, и не увижу больше. Значит, он тебя учил? Лично мое мнение, что человек с таким лицом и ростом ничему хорошему не научит. Ты, случайно, не грабитель?

— Чего-о? Я тебя сейчас высажу на землю, и иди или там лети куда хочешь.

Что может быть хуже говорящей птицы? Да она назойливее любого гнолла.

— Просто он так выглядел, будто разбойник. Или грабитель. Или душегуб. Убийца? М-м, ворюга? — задумчиво перечисляла птица. — Может, асассин? Или…

— Еще одно слово из серии разновидностей преступников, и я воплощу свои слова в жизнь, — сказал я и тряхнул рюкзаком так, что сова едва с него не слетела.

— Я понял. Только не делай так больше, — голос Эстебана звучал расстроено.

«У них там в Лесу все такие?» — подумал я. Хотя откуда быть манерам, где бы он с людьми-то разговаривал? К тому же, Эстебан был, вероятно, довольно молодой… совой.

— Ты часто видел людей, пока жил в Лесу? — все же решил спросить я.

— Нет. Если честно, то всего один раз. Такого в зеленом балахоне, — с готовностью ответила сова, радуясь продолжению разговора. — Но наши говорили, что люди появлялись в Лесу неоднократно.

— Ваши?

— Другие из нашего рода. Такие же, как я. Совы, как вы нас называете.

— Ты же мне сам представился совой, разве не так? Так кто же ты на самом деле?

— Чисто в физическом плане я действительно сова. По-вашему. На энергетическом уровне мой род отличается от обычных птиц. Мы зовем себя — фэйры. Другие в Лесу нас тоже так называют.

— И много вас там, в Лесу? Я имею в виду говорящих птиц или животных?

— Ты слишком узко мыслишь. Мы не просто говорящие птицы, это скорее побочное явление. Мы разумнее, сильнее, хм, «волшебнее», что ли. В нас больше энергии, как я уже говорил, силовая решетка совсем другая. В Лесу нет говорящих животных. В Лесу есть разные существа, которые обычно куда опаснее, чем я и мне подобные.

— Да, некоторых я уже видел, — в голове всплыли воспоминания нашего ночного побега от жутких анахретов. Неужели в Лесу имелось что-то похуже их? Неважно. Даже если там в сто раз уродливее существа обитают, это все равно не поменяло бы моих планов.

Ха, забавно. Как быстро слово «мечта» переросло в слово «план». Или так и надо?

К тому моменту, как мы повстречали первого человека на дороге к Нейтретской заставе, я шел уже часа полтора. Встреча эта была весьма странной и сумбурной, но… Впрочем, обо всем по порядку.

Первым неизвестного заметил Эстебан. Он легонько уколол меня когтем в плечо и сказал на ухо:

— Впереди кто-то есть. Я не знаю, сочтешь ли ты это опасностью, но решил предупредить, пока не поздно.

— Я никого не вижу. Где он, Эстебан? — обычным зрением я не разглядел ничего необычного, да и силовое давало тот же результат.

— Вон там, ближе к повороту, у деревьев. У меня зрение лучше твоего.

Я все равно ничего не видел, но решил поверить птице. Подумав, что бояться тут нечего, к тому же если человек был один, я просто продолжил путь. Минут через пять я действительно заметил какое-то движение у деревьев справа от меня. Проверил еще раз силовым зрением — точно, человек, сидит на корточках, похоже. Но что это рядом с ним? Вроде какая-то искорка, маленькая, но больно уж яркая. И, кажется, она разгорается.