Алексей Алешко - Гремлин. Первый шаг (СИ)

Мальчик осмотрелся, задумался, попробовал еще подергать козу, но ничего кроме новой волны блеяния не добился. Тогда он попытался толкнуть большой камень что прижал дуру-козу к дереву. Тот, не смотря на свой внушительный размер, оказался неожиданно легким и немного сдвинулся. Мальчик приободрился и навалился на него изо всех своих невеликих сил. Камень снова пошевелился, потом сдвинулся и покатился по склону за пределы марева. Рорик даже закричал от радости: коза была свободна, осталось её вытащить, что он и проделал, пусть и не без труда и не один раз грязно выругавшись, но сделал.

Очутившись за пределами марева он привязал козу к ближайшему дереву, вытер со лба пот и только после этого взялся рассматривать странный, выкатившийся из марева камень. Тот был какого-то непонятного, не природного серого цвета и на ощупь какой-то совсем неестественный, словно мягкий. Он легко перевернул его рассматривая: камень был с идеально ровными прямыми углами и очень похож на стул без ножек, но с очень толстой спинкой. Он хмылкнул, поставил его как и положено стоять стулу, спинкой вверх, еще раз осмотрел со всех сторон и, опять хмыкнув, уселся отдохнуть.

— Держи его! Держи! — Неожиданно возник у него в голове злой голос.

— Заткнись. Фиксируй! — Крикнул другой голос на неизвестном, но почему-то понятном Рорику языке. Он попытался вскочить, но тело не слушалось. Голос в голове засмеялся.

— Есть захват. — Послышался новый, третий голос. Серьезный и сосредоточенный. — Не дергайся, поцаненок. — Это было последнее что осознал Рорик. Потом наступила темнота. Темнота и пустота.

Его Святейшество Преподобный Петр ХII, Первый Апостол Церкви Светлого Бога-Отца устало вздохнул и вернул воспоминания на последний момент изменив источник на Джона. Джонатана Финворта, бывшего начальника отдела стратегии проекта «Прорыв». Перед глазами привычно посерело — Джон находился в стазисе, это был год дежурства Тома, Томаса Кервурдта, так же бывшего начальника исследовательского отдела сотни и сотни лет назад рассыпавшегося прахом проекта «Прорыв» и идейного вдохновителя его приемника — проекта «Вознесение».

— Есть! Живой объект! Человек! — Вывел из стазиса истеричный крик Тома. — Контакт был слишком коротким, точнее ничего сказать не могу! Но он еще здесь! Давайте…

— Нельзя. — Отрубил быстро очнувшийся Джон и постарался дотянуться до сдавшего всего два месяца назад смену Зака, Закери Лермана, бывшего же начальника отдела суммирования, или, как его еще называли — отдела спайки-склейки проекта «Прорыв». Что до проекта «Вознесение» — да плевать на него. Это был проект для троих. И знали о нем только трое: он — Закери Лерман, взваливший на себя обязанности очередного преподобного. Джонатан Финворт — придумавший эту чертову религию и этого проклятого преподобного. И почти свихнувшийся из-за постоянного контроля загона, Томас Кервурдт — единственный из троицы которому было не плевать на громкое название такого многообещающего проекта «Вознесение».

— Нельзя. — Повторил Джон. — Без качественного, плотного контакта, нас затянет в теллурий.

— Надо рискнуть! Я больше не могу здесь! — Если бы Том мог, уже бы бился в истерике, а так, ему оставалось только орать. — Вот! Еще контакт! Плотнее! Это мальчик! Отличная особь! Давай!

— Заткнись нахрен! — Зак узнал вовремя вышедшего из стазиса себя. — Пока ты истерил я смог сунуть ему ассоциацию, теперь накопитель для него похож на стул.

— И что? — Сорвался на визг Том. — Ну и похож! Ему…

— Заткнись. — Голос Финворта словно отрубил истерику. — Если бы ты не орал, мог бы заметить, что это мальчик очень устал.

— С чего ему устать! — Снова заголосил Том.

— А тебе какая разница? — Рыкнул на него Зак Лерман. — Его альфа едва заметна, что говорит о сильной усталости. Соответственно, увидев стул он захочет на него присесть.

— А вдруг… — Начал было Том, но договорить не успел.

— Начали! — Скомандовал Зак. — Сел!

— Держи его! Держи! — Завизжал Томас.

— Заткнись. Фиксируй! — Прикрикнул на него Джонатан и три сознания сохранившихся от покинувших физическую оболочку матриц личности, сохранившихся благодаря невероятному стечению обстоятельств и потерянному во время экстренной герметизации комплекса полторы тысячи лет назад накопителю, хлынули в беззащитное перед ними тело восьмилетнего ребенка. Одного лишь мгновения им хватило для подавления, перехвата управления и изоляции матрицы личности Рорика в уже не принадлежащем ему теле.

— Получилось! У нас получилось! — Заорал Том. Из-за его восторга тело ребенка конвульсивно задергалось, свалилось с накопителя и покатилось по склону.

— Успокойся! Придурок! — Джон попытался рукой мальчика схватиться за куст и остановить падение, но рука лишь дернулась, описала круг и больно вывернулась попав под продолжавшее катиться тело.

— Заткнулись и расслабились оба! — Зак Лерман напрягся и словно раздулся оттесняя компаньонов. — Кто-то один должен рулить! Мать вашу! — Вместе с перехваченным контролем пришла боль. Забытая за столетия заточения в накопителе боль — тело Рорика остановилось со всего хода врезавшись в дерево. — Давайте теперь угробим тело и дружно отправимся на вечный отдых! Расслабились все! И никто к телу даже не тянется, пусть полежит. Сначала надо решить, что делать со щенком.

— Да чего с ним решать! Сжимаем, выдавливаем из сознания и пусть летает пока не развоплотится. — Хохотнул Джонатан.

— Нет! — Возмутился Том Кервурдт. — Ни в коем случае! Надо его оставить и попробовать перекинуть в другое тело! Ты же не хочешь чтобы эксперимент по переезду ставили на тебе? Или так и собираешься делить одно тело на троих?!

— Логично. — Согласился Закери. — Только надо решить, кто будет постоянно контролировать кокон его матрицы, мальчонка брыкается. И что-то мне подсказывает, что его тело будем с ним заодно.

— Да, задачка. — Пробубнил Финворт. — Из тела не выкинуть и в теле оставлять опасно.

— Секундочку, коллеги! — Очень самодовольным голосом пропел Кервурдт. — Вы забыли про пространство сознания! Мы не можем надежно изолировать мальчишку в пространстве тела, но мы можем изолировать фрагмент пространства сознания! Пространства матриц личности! И пусть в нем висит в своем коконе, а когда понадобится…

— А когда понадобится, окажется, что он вырвался из кокона. — Перебил Джон.

— Пф! А пусть вырывается! — Не сдался Томас. — Мне без разницы, что перекидывать в другое тело, наш кокон или изолированный фрагмент его сознания. Да наш кокон, по сути, и есть фрагмент сознания бессознательного!