Douglas Niles - Его Величество Флинт

Через некоторое время звуки ручья затихли вдали, и неожиданно стало темно. Флинт понял, что фургон въехал в туннель. Руки уже начинали болеть, поэтому он не мог держаться за брыкающуюся ось. Отпустив отерпшие руки и ноги, гном упал на песчаный грунт, пытаясь быть осторожным, чтобы не попасть под огромные железные колеса. Он отполз в темноту, подождав, пока громыхающие звуки фургона не затихнут вдали. Его чуткое на тепло инфразрение лишь слабо напоминало о себе в холодном туннеле, очерчивая стены тусклым красным цветом.

Флинт сделал два коротких шага – его ботинки с мягким треском ступали по земле. Потом он застыл. Еще один звук донесся до него справа – и это не был звук его шагов. А потом еще один, повыше, и еще один… Когда он услышал, как что-то щелкнуло прямо над головой, Флинт отчаянно дернувшись, бросился влево, но было уже слишком поздно. Прямо на него свалилась железная клеть, пленяя гнома. Флинт в гневе схватился за железные прутья, тащил, тянул, пытался согнуть, поднять, тряс их, но клетка оказалась слишком прочной и тяжелой. Флинт упал на колени и поскреб по полу туннеля. Если не принимать во внимание тонкий слой гравия, под ногами была сплошная скала.

– Проклятье! – гном откинулся на прутья.

ГЛАВА 9.

Они немедленно отобрали у Флинта топор. Без него он был, как без рук. Все еще пребывая в бешенстве из-за того, с какой легкостью им удалось его схватить, холмовый гном кипел от гнева под наблюдением восьми воинов, пока небольшой отряд отправился к их командиру. Стражи в туннеле оказались дерро – с большими глазами и белой кожей. На них была блестящие пластинчатые доспехи, а на шлемах крепились длинные пурпурные плюмажи.

И хотя клеть уже подняли, чтобы освободить его из-за прутьев, стражники дерро заставили Флинта сесть в небольшой нише в одной из стен. Ожидая своих товарищей, дерро играли в некое подобие азартной игры с камешками на гладком каменном полу тесного алькова. Вопрос о побеге даже не стоял, по крайней мере, в нынешнем положении.

– А кто здесь, собственно, за главного? – как-то поинтересовался Флинт после получаса ожидания.

Один из стражников дерро оторвал от игры свой холодный взгляд. Его большие глаза проявляли ровно столько же эмоций, сколько и глаза дохлой рыбы, подумалось Флинт.

– Рот закрой! – был его ответ.

Немного позже, Флинт расслышал шаги нескольких пар тяжелых башмаков. Стражники поспешно припрятали свои камешки и вскочили на ноги, становясь в стойку смирно. Шаги стучали уже совсем близко, но из узкого входа в нишу Флинт все равно не мог разглядеть, кто это был.

– Колонна, стой! – прозвучала команда жесткого, но несомненно женского голоса, что привело к остановке марша. – Где пленник? – прозвучал запрос все того же голоса.

– Здесь, Капитан.

Двое дерро грубо поставили Флинта на ноги и вытащили его из алькова. Он оказался лицом к лицу с фролин из горных гномов, ведущей свежий отряд стражников. У нее был маленький ручной топорик, отличавшийся от остальных боевых топоров подчиненных ей гномов, а на плечах она носила золотые эполеты – отличительный знак командного состава.

Ее приятное лицо и светло-карие глаза значительно выделяли ее на фоне остальных дерро, среди которых не было ни одной женщины. Она носила такой же шлем с пурпурным плюмажем, что и ее подчиненные, но непослушные кудри медного цвета выбивались из-под него и танцевали на ее плечах при каждом движении головы. Из рукавов кольчуги выглядывали жилистые руки, но стальной нагрудник оставлял домыслам всю полноту ее женственности.

– Почему со мной обходятся, как с пленником?! – выпалил Флинт. – Я требую… – он вынужден был прерваться, так как мясистая ладонь стражника съездила ему по физиономии.

– У пленников здесь нет прав. – холодно ответила фролин. – ты можешь говорить, когда тебе это разрешат. А пока, не распускай язык. Тебе дадут предостаточно возможностей признаться во всех своих злодеяниях, а именно – в шпионстве за Тейварами. Следуй за нами.

Флинта окружили члены отряда, и процессия медленно потопала в том же направлении, откуда и явилась, уходя все глубже в туннель, ближе к Торбардину. Флинт заметил, что туннель только недавно расширили, а возможно, даже прорыли заново – на стенах все еще оставались острые края, выявляя на полу свежие зарубки от зубила. На каменном полу были заметны следы фургонов, но глубоких шрамов в скале они еще не успели оставить.

Вскоре туннель свернул налево и влился в обширную пещеру. В воздухе висела дымовая пелена, издалека постоянно доносился лязг металлических инструментов, громким эхом отдаваясь от стен пещеры. Перед Флинтом возвышались огромные кучи угля, формируя гребень добрых двадцать футов в высоту. Эта куча и закрывала весь вид на оставшуюся часть пещеры.

– Похоже, что работа у вас здесь просто кипит, – простодушно заметил Флинт. – Готовитесь к сбору урожая?

Похоже, что занятая фролин сперва просто не заметила его слов, потом она развернулась и смерила его взглядом.

– Странно, а ты не так уж и глуп.

– Спасибо, – прервал он.

– …только храбрый до безумства. – закончила она, не обращая внимания на его реплику. – Я бы посоветовала тебе держать свою любопытную натуру в узде, в том же месте, что и острый язык, а то ты рискуешь лишиться обоих.

Флинт с интересом изучил ее профиль. Какой же гном все-таки стоял во главе этого отряда? Она явно выходила за те рамки, которые он нарисовал для горных гномов, а глаза и волосы отличали ее от окружающих дерро. И все же, она очевидно была лидером, а ее ранг лишь доказывал то уважение, с которым к ней все здесь относились.

Они оставили пещеру и оказались в лабиринте похожих на туннели улочек. От главного проспекта в стороны разбегалось несчетное количество маленьких улочек, по которым быстро и молчаливо сновали горные гномы. А вверху, где-то на высоте двадцати футов, улицу перекрывал каменный потолок. По обе стороны улицы к нему возвышались ряды зданий. Сосчитав окна, Флинт пришел к выводу, что многие из них были трех или даже четырех этажей в высоту. Похоже, что некоторые из этих строений были построены из камня и кирпича, в то время, как другие были вырезаны из цельной скалы. Однако, все они были увешаны тяжелыми каменными барельефами, характерными для городов дерро. Вся архитектура горных гномов тяготела к сложности резьбы и построения, но дерро еще и предпочитали наиболее гнетущий, темный на ощупь стиль. По крайней мере, Флинту так показалось.

Пока они накручивали маршрут сквозь ряды зданий, Флинту в основном встречались лишь лавки да дома. Он безошибочно распознал бравурные и праздные голоса в тавернах, голоса домохозяек, готовящихся к новому трудовому дню, грохот заводов и ремесленных лавок – весь тот гам, что можно встретить в большом городе.