Анатолий Нейтак - Попытка говорить 2. Дорога человека

- Это ничто иное, как вход в "чашу", – заговорил "переводчик" сухим деловитым тоном, выделив интонацией последнее слово. – Вам всем придётся хорошо постараться, чтобы система не вышла из равновесия: обмен четыре на один несёт скрытую угрозу тонким балансам. Чтобы было понятнее: из-за нарушения симметрии "чаша" может выбросить вас в неправильном месте, в неправильное время и даже – это наиболее вероятный и вместе с тем неприятный вариант – в неправильном состоянии. Я постараюсь парировать искажения, но без вашей активной помощи у меня мало что выйдет. Так что постарайтесь помочь мне: вам это даже нужнее.

Я поинтересовался особенностями системы обмена и способами настройки тех самых тонких балансов. Суперпаук устами "переводчика" отвечал – не слишком охотно и обходя некоторые моменты, но без попыток прямого обмана.

В процессе диалога я лишний раз убедился, что некоторые реалии магии могут быть описаны незамкнутым множеством различных языков символического типа… правда, не помнил, откуда взялась формулировка этой теоремы реальной семантики, но в тот момент меня это и не интересовало. Моё мышление понемногу расплывалось, одновременно наводясь на резкость – престранный эффект, но приятный. На некотором уровне облако смыслов, которые я наловил в реке, не просто собралась в один плотный сгусток, но приобрела особую подвижную структуру, сложившись в мозаику с переменным числом измерений.

Впрочем, "сложившись" – не совсем то слово. Или даже "совсем не". В обновлённом поле моих представлений у времени было два измерения, и если вдоль одной из его осей можно было определить моменты начала и конца событий, то вторая ось, которую и осью-то называть не следовало, придавала всем связям иное качество. Волны вероятностей плыли по времени в обе стороны, меняя события по закону равновесия, расходились, сходились, отражались, умножаясь и взаимно нейтрализуя друг друга.

Это завораживало.

И это же могло меня уничтожить. Потому что лишало привычных способов контроля над собственной памятью – а новых, пригодных для нового понимания себя и мира, я ещё не выработал. То есть выработал, кажется, но в достаточно отдалённом будущем, и в данном срезе Потока, в пространстве, контролируемом Мастером Обменов, использовать их без серьёзнейших последствий для собственной души не мог.

- Ну что ж, нам пора, – сказал я слегка невпопад. – Лорд, леди, подойдите ближе. Чтобы не затруднять себе жизнь, нам лучше шагнуть в "чашу" одновременно. Мастер Обменов, что именно вы желаете моими устами сообщить своему клиенту?

Под негромкий хрустящий скрип "переводчик" продекламировал три недлинные фразы, для меня не особенно осмысленные. Я повторил их в точности. Потом взял нижней левой рукой правую ладонь леди Стойкость, правой нижней – левую ладонь леди Одиночество, подождал, пока они возьмут за руки лорда Печаль…

И колонна слабо светящегося тумана, вокруг которой мы образовали этот небольшой хоровод, рывком расширилась, принимая нас в промозглые объятия.

Больше всего это движение походило на спуск в лифте. Хотя было в нём и нечто от сплава вниз по порожистой реке на плоту, и от падения сухого листа, – падения, при всей внешней хаотичности подчинённого строгим и красивым закономерностям.

Высокие господа дружно сделали нечто малопонятное, уменьшающее их "вес" – точнее, давление их совокупной Силы на реальность. Что было не так-то просто, поскольку даже свёрнутая и не проявленная Сила всё равно "давит" на реальность, всё равно существует (так камень, затащенный на верх стены и не сброшенный ещё на головы нападающим, уже обладает определённой потенциальной энергией). Ну а я, как лучше прочих понявший наставления Мастера Обменов, "растопырился" и тормозил наш полёт-падение всем своим существом, заодно пытаясь его контролировать.

И не без успеха. Во всяком случае, тревожных признаков, описанных несколько ранее, не наблюдалось: туман не вихрился, потоки энергий, "мимо" и "сквозь" которые мы падали, текли ровно, струясь и танцуя, но не прерываясь. А на некотором уровне, если смотреть только глазами, мы словно вообще не двигались (потому-то я и сравнил происходящее со спуском в лифте).

На другом уровне я продолжал вспоминать. Похоже, процесс возвращения моей личности окончательно вышел из-под контроля.

- Это и есть глубинная сущность магии подобий? Резонанс?

- Да. Всего-навсего резонанс. Но насколько просто подобрать натяжение для струны, чтобы она зазвучала в унисон со струной иной длины и толщины, настолько же сложнее установить резонансные сетки для более сложных предметов.

- И наиболее сложные объекты для магии подобий – живые?

- Нет. Резонанс для живых объектов считается средним по сложности. Наисложнейшей из дисциплин магии подобий считается установление подобий духа.

- Почему? Ведь духи пластичны и легко "настраиваются" друг на друга. На этом феномене основаны все низшие ментальные дисциплины…

- Вот именно: пластичны. Чтобы связать две души при помощи магии подобий, нужно не просто уловить какое-то фиксированное состояние души-цели, даже не весь спектр её состояний – для этого требуется изучить законы, управляющие её изменениями! Ты представляешь себе порядок сложности этой задачи?

- Да, Зархот. Представляю. И теперь понимаю, почему вы могли продолжать нас преследовать даже в Квитаге. Здесь перемешаны вещество и энергия, пространство и время; здесь царит чуть ли не идеальный хаос… но до пласта высоких абстракций этот хаос всё же не дотягивается: последние исследования Айса позволяют утверждать это с определённостью. Я же могу предположить, что ваше поисковое заклятье было нацелено не просто на Ладу – после всех изменений, через которые она прошла, это было бы слишком сложно. Оно отслеживало обладателей определённого тезауруса. Вы искали хилла-недоучку, молодую, ещё не усвоившую должным образом родной язык. Я прав?

Молчание.

- Ладно, можешь не отвечать на этот вопрос. Он был риторическим. Лучше скажи мне другое: ваше поисковое заклинание выдавало вам двоящуюся засечку, не так ли?

- Ты слишком догадлив, друид.

- Я рад, что ты вспомнил об этой грани моих умений. Поэтому остерегись объявлять, что не станешь учить меня, потому что я всё равно не сумею воспользоваться высокой магией подобий в её лингво-семиотической плоскости. Я сумею, Зархот.

- Не сразу. Далеко не сразу.

- А я никуда особо и не тороплюсь.

…ну а ещё на одном уровне я в очередной раз изменил внешнюю форму.