Тимофей Печёрин - Наследник подземного мира

Человек, в силу возраста отнюдь не худенький, от геометрических причуд туннеля он страдал более остальных.

— Как странно, — сетовала Нэсса, — он же был почти прямым… этот путь. Когда я здесь проходила.

— Прямо какие-то «мифы древней Греции» пошли, — не остался в стороне и Олег, — сначала гарпии, потом Медуза Горгона. Теперь вот лабиринт, ни дать ни взять. Не хватало еще с минотавром встретиться.

— Ой, да что нам минотавр! — усмехнулся на это Дазз. И на мгновение принял боевую стойку с посохом в руках. Просто так, дурачества ради. Из всей четверки он один не унывал. Более того, как показалось Замшелову, происходящее гонца даже немного забавляло.

— Минотавр? — скептически изрек Монк, — на самом деле, умножение сущностей сверх необходимости. Бритве Оккама назло. Впрочем, вся мировая мифология этим страдает.

Но если подумать… ха! Тем же юношам и девушкам, которых, согласно мифу, заводили в лабиринт, чтоб скормить минотавру… Так вот, им, беднягам, вовсе не требовалось какое-то чудище, чтобы умереть в лабиринте. Хватило бы просто заблудиться. После чего дело бы с успехом довершили голод и их собственные расшатанные нервы.

Возможно, своим пассажем сотрудник АВР претендовал на некую оригинальность и искрометность. Может даже и на остроумие. Только вот желающих оценить эти порывы не нашлось. Настроение спутников и без того не было шибко радостным. А от рассуждений Молчуна так и вовсе начало погружаться во мрак.

Иначе и быть не могло. Ведь в роли мифических юношей-девушек оказались они сами.

Следующий час прошел в тягостном молчании. Путники даже старались лишний раз не смотреть один на другого. Пока густеющую атмосферу лабиринта не разрядила внезапная находка. За очередным поворотом факел Дазза высветил вход в небольшую пещеру.

Гонец проходил достаточно близко… чтобы увидеть, как в пещере что-то блеснуло. Отразило свет факела. Заинтересовавшись, Дазз осторожно заглянул внутрь. И даже присвистнул от удивления.

Пол пещеры был завален золотом. Кучами монет, стопками слитков. И с редкими вкраплениями разноцветных камней — рубинов, аметистов. Видимо, для разнообразия.

— Что там? — спросил Олег одновременно подходя и заглядывая через плечо гонца.

— Сокровище! — глаза Дазза блеснули почище монет в пещере, — мне столько не заработать за десять жизней. Так что не все так плохо, ребята! Или, как говорят в Поднебесном Мире, без худа нет добра.

— Нет худа без добра, — с некоторой досадой поправил его Олег.

Но гонец уже не слушал — ни его, ни кого бы то ни было.

— Просто возьму немножко, — проговорил он, проходя внутрь, — хозяин… если он еще жив — не обеднеет. А мне лишним не будет.

С этими словами Дазз склонился над одной из золотых куч. Самой высокой. Жадно протянул к ней обе руки. А в груде золота ни с того ни с сего разверзлась дыра размером с канализационный люк. Мгновение — и чудовищный зев буквально втянул в себя незадачливого гонца. Вместе с факелом.

Глядя на это, Олег вспомнил мультсериал, смотренный в далеком детстве. Про богатого селезня, любившего вот так же, с головою, нырять в собственную сокровищницу. С той лишь разницей, что теперь это выглядело совсем не забавно.

— Ловушка. Так я и думал, — услышал Замшелов из-за спины голос Монка, — как примитивно… и самое то для жадных глупцов. Пойдем-ка отсюда подальше.

И Молчун направился было прочь, удерживая за плечи и увлекая за собой Олега. Но тот вырвался, и резко развернувшись, вперил в сотрудника АВР гневный взгляд.

— Стоп. А мы ничего не забыли? — вопрошал он с сарказмом, — вернее сказать, никого?

— Лес рубят — щепки летят, — жестко парировал Монк, — парень поплатился за свою алчность. И глупость. А тебе никогда не стать правителем, если будешь отвлекаться от намеченных целей. Особенно на всякую ерунду!

— Забавно, — усмехнулся Олег, — когда кое-кого утащила гарпия, Дазз тоже предлагал мне забить. И идти дальше. Но я сумел убедить его в обратном. Зря, выходит? Ты тоже считаешь, что стоило этим кое-кем пожертвовать. Типа, поступок настоящего правителя?

— Не имеет значения, — холодно отрезал Молчун, — к твоему сведению, от гарпий я спасся сам. А вот Дазз твой — наоборот. Это мы его спасли от слепышей и того колдуна. Так что он нам жизнью обязан… в том числе и мне. А не мы ему!

— Так почему бы не спасти его еще раз? — не унимался Замшелов.

— А потому, — Монк развел руками, — в тот-то раз я хотя бы знал, что нужно делать. Не то что теперь.

— Я тоже не знаю, — признал Олег, — но если подумать?

— Знаешь что, — сотрудник АВР вздохнул, — начнем с того, что я голоден и устал. Устал бродить по вот этому гигантскому кишечнику, не находя выхода. И, мне кажется, наша очаровательная спутница со мной солидарна. Ведь так, Нэсса? А думать, молодой человек, я предпочел бы в несколько иной обстановке. Например… ой, а это что там?

Невзначай факел высветил у ближайшего из поворотов туннеля… диван. Большой пухлый диван, вроде тех, что красуются в рекламных роликах и на страницах буклетов мебельных магазинов. Непривычно смотрящийся в этом мире, да в обстановке лабиринта — диван стоял, спинкой прислонившись к неровной стене.

— Видишь, — указал рукой в его сторону Монк, — вот на нем сидя, я бы еще мог подумать. Но не стоя. И тем более не на ходу.

— А откуда, по-твоему, здесь диван с Поднебес… тьфу, с Земли? — недовольно вопрошал Олег, — вдруг это тоже — ловушка?

— Не говори ерунды, — огрызнулся Молчун, — какая к чертям ловушка? Я же не чужое имущество хочу присвоить… как этот болван. Просто посижу немного. Заодно… хе-хе, подумаю. Как спасти твоего Дазза, золотой лихорадкой одержимого.

И он с наслаждением плюхнулся на мягкое сиденье. На миг вытянул ноги, приподняв их над землей. А в следующее мгновение спинка дивана накренилась… и сомкнулась с сиденьем подобно огромным челюстям. Скрывая Монка.

С изнаночной стороны диван оказался совсем не похожим на мягкую мебель. Скорее уж, на огромный металлический сундук без ручек и замков. Или на гроб.

— Примитивно! — с горечью передразнил Олег Молчуна, — а сам-то, сам-то! Повелся совсем уж на ерунду!

Замшелов боязливо оглянулся, взглядом ища Нэссу. Как бы последней его союзнице тоже во что-нибудь не влипнуть. Но опасения оказались напрасными. Ничто не могло привлечь, а тем более искусить девушку-змею. Добровольно лишив себя зрения, та, похоже, даже не слишком интересовалась происходящим.

Зато нашлось, чему взволновать душу самого Олега. В стене, противоположной дивану, он увидел светящееся окно… нет, проем, высотою в дверь. А за ним, к удивлению Замшелова виднелась… комната в его съемной квартире. Там, на Земле! С пошловатыми выцветшими обоями, маленькой люстрой на три лампочки, узкой кроватью у стены. А еще — с маленьким столиком, на котором размещались настольная лампа и компьютер.