Анатоль Нат - Славный город Старый Ключ

— Не понял, — изумился Корней. — А этим-то чего не нравится?

На вопрос, заданный Корнеем, рыцарь лишь раздражённо поморщился.

— Тебе задали вопрос, — Сидор сухим, не терпящим промедления тоном, поторопил рыцаря с ответом.

— Многих смущают условия найма и будущая служба у заказчика.

Сердито дёрнув щекой, Ртища, слегка покосился на Корнея, но, тем не менее, ответил.

— Если рыцари с оруженосцами, и даже рядовые дружинники ещё могут рассчитывать на вполне сносное и уважительное к себе отношение со стороны и рядовых амазонок, и властей республики, то обслугу из обоза там за людей не считают. И в случае гибели на землях Амазонии, какого рыцаря, слуги копья погибшего надолго, если не навсегда застрянут в республике с самыми неприятными для себя последствиями.

Они переходят в собственность кому-либо из местных, — хмуро бросил рыцарь. — И все, кто мог без последствий для себя смыться этой ночью из рыцарского лагеря под стенами города, этим утром здесь, со мной во дворе.

Считайте. Тридцать три кузнеца, плюс одиннадцать подмастерьев, — суховатым, недовольным голосом, Ртища давал пояснения по списку внезапно увеличившегося за ночь обоза. — Два коновала с учениками и пять шорников. И даже две маркитантки с собственным фургоном. Ну и ещё кое-кто по мелочи, с кем ещё не разобрался. Подробный список я вам представлю попозже. Пока ещё сам не знаю, кто прибыл.

Ртища был сильно смущён. Такого резкого увеличения всего за одну ночь своего отряда он никак не ожидал.

— Маркитантки — это, я так понимаю, шлюхи, — глубокомысленно констатировал Сидор. — Фигово.

Он сам был этим фактом сильно озадачен. Неприятная история с его личным обозом, прибывшим прошлым летом в город, могла иметь ещё более неприятное продолжение сейчас. Иметь собственный бордель в городе ему вряд ли кто позволит. А идти на конфликт с властями, да ещё по такому поводу, он и сам не хотел.

— «Ещё одна, возможная зацепка для городской Старшины, — мрачно думал Сидор, разглядывая возок с двумя проститутками. — Самим рыцарям подобное спустят, поскольку они всё равно здесь временно и завтра уже никого из них возле города не будет. А вот меня прижмут по полной. С моим-то обозом пришлось повертеться как ужу на сковородке, доказывая, что я не верблюд. Так что, как только весть об этих маркитантках дойдёт до властей города, качаться мне в петле перед зданием Совета стопудово. А всё имущество будет отписано в городскую казну. Вот народ местный порадуется то. Особенно кое-кто из представителей местных властей.

Как-то не охота. Так что проблему будем решать здесь и сейчас».

Маркитанток — на выход. С вещами, — жёстко отрезал Сидор. — И на будущее — никаких шлюх. В городе с этим строго. Так что, если припрёт — ищите весёлых вдовушек и лично с ними полюбовно договаривайтесь. Это — не проблема, вдов здесь хватает. А профессиональных шлюх чтоб в отряде не было. Мне проблем с городскими властями из-за вас не надо.

Дождавшись, когда фургон двух мрачных молодых девиц покинет двор усадьбы, продолжил разбирательство с Ртищей.

— Так что ты там говорил о рыцарском обозе? — вернулся он к так заинтересовавшему его вопросу.

— Что я говорил? — мрачно переспросил хмурый рыцарь.

Мгновенная высылка маркитанток его совсем не порадовала. Определённо в отряде теперь будут нешуточные проблемы.

— Что-то такое, что многие из обслуги не прочь перебраться к тебе в отряд, чтоб только не отправляться на Правый берег к амазонкам.

— Ах, это, — буркнул рыцарь. — Да, есть такое дело. Если вас, господин барон, не смущает принять беглых и более чем вероятный конфликт с их хозяевами, то таких завтра же насчитать можно будет, хоть две, хоть три сотни. Война — дело такое. Там погибают. А наших в Амазонию приглашают не на гулянку. Так что кто-нибудь там да погибнет. Обычное дело. Только вот потом, после потери своего сюзерена остаться в чужом краю навсегда, без возможности вернуться обратно, охотников крайне мало.

— А чего тогда у нас в городе не остаться? — удивлённо повернулся к нему Сидор. — Ах, да, — хлопнул он себя кулаком по лбу, в ответ на скептически насмешливый взгляд Ртищи. — Для вас же в городе нет работы.

— Вот именно, — согласно кивнул тот головой. — Кое-кто попробовал так и сделать, да ничего не вышло. Единственно найденное место — за хлеб и кров. И то, кров — конюшня или хлев с животными на скотном дворе, хлеб — объедки с хозяйского стола.

А работы — от темна, до темна.

Да и то — навоз разгребать, да быкам хвосты крутить.

На хорошее, денежное место здесь, как и везде, своих полно. А бросать привычный устоявшийся уклад не всякий решится.

Да и брожение это только в последние дни началось, когда люди узнали условия контракта с амазонками и собственное вероятное будущее. Вот народ и забеспокоился.

Даже шлюхи и те опасаются, — мрачно буркнул Ртища. — Тех положение вообще не определено. Они абсолютно бесправны.

Чем думает нынешнее руководство отряда, — недоумённо пожал плечами рыцарь. — Такое странное впечатление, что у них словно пелена перед глазами. Простейших вопросов не решают.

— Ну, нам же лучше, — негромко пробормотал Сидор, довольно потерев ладони.

— «Ну, конечно, — усмехнулся он про себя. — А то они дурнее всех».

Что происходит, как раз ему-то было кристально ясно. Местным гильдиям не нужны были конкуренты в городе. Тем более при узости местного рынка. И если этот рыцарь не понимает столь очевидных для любого вещей — ему же хуже.

Сам же Сидор на внутренний, городской рынок не работал. Так сложилось, что всё произведённое их компанией вывозилось за пределы города. Поэтому, местным гильдиям он был не конкурент.

— Если ещё можешь, кого привлечь, привлекай, — довольный Сидор кивнул головой на вопросительный взгляд рыцаря. — Работу всем найдём. И по специальности, чтоб не беспокоились.

Пусть подходят, поговорим. Если условия устроят — милости просим.

— А? — вопросительно глянул на него рыцарь.

— Как договаривались, — кивнул головой Сидор. — Деньги, сразу после подписания трудового контракта. Как только, так сразу.

Дождавшись, когда рыцарь со всеми пришедшими с ним людьми покинет двор, Сидор, молча, повернулся к Корнею.

— Ну, что скажешь?

— Он, плюс ещё трое. Остальные — хлам. Даже мне не переучить на что-то нормальное. Как массовка — пойдут, но если оставить одних против подгорных, те их вырежут в первую же ночь. Одна надежда на твоего рыцаря. Недаром он под Сатино один из всего отряда выжил. Непрост парень, скажу я тебе, очень непрост.