Оксана Демченко - Плаванье великой черепахи

– Выкрасть лорда можно? – деловито уточнил Фоэр.

– Полагаю, нет. Он плох. Выглядит не похожим на себя, каким я его помню по дороге. Весь золотой, кожа только что не светится, с человеком не перепутать. Как вывезем? Опять же, вокруг башни стоят гласени и иная стража. Далее – три сотни светцов. Еще дальше – люди эргрифа, их много и у них свой интерес.

Сотник сухо усмехнулся, осмотрел комнату и всех, кто в ней собрался. Пожал плечами:

– Я точно сошел с ума. Думаю, как спасти отродье!

– А если передать его эргрифу? – задумчиво предложил Фоэр. – И потом выкрасть?

– Нет. Все, что происходит сегодня, повторится, – отрезал сотник. – Только охрана во дворце другая, туда вовсе не пробраться. И краснокожие настороже, их у правителя не менее дюжины.

– Раз совсем плохо, остается только признать себя недорослем и позвать папу, – вздохнул Орлис. – И капитана.

– Пока доберутся, – отмахнулся сотник.

Орлис презрительно фыркнул, добыл из-за ворота и погладил некрупную жемчужину на шейной цепочке. Прошептал пару невнятных слов, прикрыл глаза. С облегчением вздохнул, улыбнулся.

– Вроде справился я. Ничего не разрушил, используя магию призыва. Трудно у вас заклинать. Прямо ювелирная работа. Скамейку двигайте. Будем объяснять, что к чему. Ох, хорошо бы, мама еще не вернулась, иначе влетит мне.

– И так влетит, – пообещал на сильно искаженном языке Дарлы голос из коридора.

Фоэр вздрогнул от удивления. Ему прежде казалось, что беззвучно подкрасться к воину ампари с его опытом и выучкой невозможно. Однако сегодня это кому-то удалось.

Низкую дверь, пригнувшись, миновал очень похожий на Орлиса, только взрослого, мужчина. Рослый, с белыми до сияния волосами, синеглазый. За ним следом протиснулся второй, массивный, с огненно-рыжей шапкой волос и воинственно торчащей короткой бородой. Последним вошел стройный и, с облечением подумал сотник, нормальный, по человеческим меркам, мужчина. Чуть выше среднего роста, сероглазый, со светло-каштановыми волосами. Обыкновенный житель срединных земель. Половина исконных столичников – так выглядит. Этот разве что посимпатичнее, взгляд у него приятный, без холода и спеси.

Все трое сели, Орлис вздохнул и, наоборот, встал, усердно изучая древесину столешницы. Фоэр забеспокоился и подвинул мальчика к себе, погладил по плечу.

– Его все жалеют, – отметил синеглазый мужчина. – Я Рахта, отец этого милого ребенка.

– Пап, я же просил.

– Ужасного ребенка, – поправился тот с улыбкой. – Что убедило тебя столь решительно прекратить мои усердные, но, увы, безрезультатные розыски пропавшего сына, Лисенок?

– Моего друга тут убивают. Уже во второй раз… И мы не знаем, как ему помочь.

– Много сведений в паре фраз, – прогудел рыжий гигант. – Я Ррын, двоюродный брат Лиса. Он уже спасал этого друга, как я понял.

– Мне не нравится выбранный тон, – тихо молвил третий прибывший. – Судя по виду Орлиса, дело крайне серьезное. Шутить и тратить время любыми иными способами предлагаю чуть позже. Кто будет говорить? Мы слушаем. Да, я Лоэль, капитан живого корабля по имени Ами.

– Я сам расскажу, – предложил Орлис.

И стал излагать очень коротко то, что успел узнать за время пребывания на поверхности Дарлы. Упомянул фактическое разделение двух рас, достигшее полноты после исхода ампари за море. Рассказал о трещинах и разрывах ткани мира и демонах, которые могут прийти очень скоро. Упомянул Арху, пытавшегося оповестить людей об угрозе. Представил всех, кто собрался в комнате. И передал сжато и точно слова сотника о дележе власти в башне.

– Надо его вытаскивать, ты прав, – кивнул Лоэль. – Только я не люблю создавать новые легенды. Не следует грубо вмешиваться в расклад сил, не понимая его до конца.

– И не надо новых легенд, – улыбнулся Рахта. – Обойдемся старыми. Судя по описанию, я очень похож на ваше представление об Адалоре. Ррын – вылитый Ролл, особенно если волосы чуть подкрасить. Дифр, изложи мне покороче и попроще: как в вашей вере возносятся к светлому богу и уходят к темному?

Сотник сглотнул, закашлялся и обреченно кивнул.

– Праведник же, – нараспев молвил он, явно повторяя наизусть слова служителей, – узрит в последний свой час лик Адалора, поющего утренний гимн свету. И возрадуется, и будет одет в сияние белое, пламенное, и поднимется с ложа смерти. Тот же, кто внял эху в темных пещерах зла и предался Роллу, содрогнется, узрит лик ужаса, багровый и мерзостный. Оглохнет от рычания и навеки утратит свет.

– Невнятно, но сойдет, – кивнул Рахта. – Учтите, петь я не стану. Но звучание труб устроить несложно… Как выглядит твой друг, Лисенок?

– Он весь золотой, не перепутаешь.

– Ясно. Как опознать маэстро? – усмехнулся Ррын, приводя прическу в беспорядок, придавая лицу самое угрожающе-зверское выражение и шепотом, с крайней осторожностью, заклиная смену цвета волос.

– В мантии бледного золота, лежит у окна, седой, кожа желто-серая, все время крови требует, – мрачно буркнул сотник и саданул кулаком по столу. – Это я говорю! Я, человек верующий… Позор на мою голову падет, позор и кара посмертная за осквернение имени Златоголосого и дел его.

– Где их искать? – задал последний вопрос Рахта.

– Там сейчас Баф, он наведет, – сообщил Орлис, вслушиваясь в свои ощущения.

– Идите уже, боги на пять минут, – посоветовал Лоэль. – Канал перехода я стабилизирую. Только не задерживайтесь там.

Капитан шевельнул рукой, словно расправляя воздух возле стены. Рахта засветился переливчатой белизной перламутра. Ррын потемнел, его волосы окончательно уподобились багровому пламени. Оба шагнули к стене и исчезли. Сотник охнул и на всякий случай начертил защитный знак Адалора возле груди.

Мгновения застучали кровью в висках. Шарим сжал кулаки, унимая дрожь рук. Фоэр неотрывно смотрел на стену, поглотившую двух "богов". Орлис бочком подвинулся поближе к капитану Лоэлю. Он понимал: две-три минуты есть. И на всем корабле ему не найти лучшего союзника, чем мамин брат, в семье именуемый Элло.

– Элло, папа сильно рассердился?

– Нет. Сказал, что не стоило так отчаянно запрещать тебе участвовать в изучении этого мира. Он вам с мамой потакает во всем, знаешь ведь. Потому тебя и не нашел…

– Мне разрешат и дальше участвовать в общем деле? Или посадят зубрить магию?

– Разрешат, если ты станешь вести себя по-взрослому, ответственно. Не будешь пропадать, погасив личный опознавательный маяк. Где модуль гномов, воришка?

– Вот координаты. Можно дать сигнал на беспилотное возвращение хоть сейчас. А мама…

– С Кошкой Ли я побеседую. И королева поговорит.