Ирина Сербжинская - Вечный Странник

Они миновали еще несколько замаскированных ловушек, о некоторых кобольд сообщил с нескрываемым удовольствием, о большинстве же ограничился лишь намеками. Мальчишка, который и без того опасался сделать лишний шаг, испугался не на шутку, узнав, что на несчастных, угодивших в скрытые ямы, кобольды имеют обыкновение сбрасывать ядовитых насекомых и змей. В очередной раз остановившись перед ловушкой, искусно замаскированной зелеными ветками, Тильвус испытал огромное облегчение оттого, что Абха сам провел его к жилищу. Отыскать тропинку, что тянулась сквозь заросли кустарника, было невозможно, а пройти по ней, минуя хитроумные ловушки, тем более.

– Сюда, – тявкнул кобольд и внезапно пропал, словно сквозь землю провалился. Тильвус остановился, настороженно оглядываясь вокруг – чаша кустарника, кочки, сухая прошлогодняя трава…

– Ну, чего ты ждешь? – сердито тявкнул Абха, высовывая седую мордочку из зарослей. Только после этого мальчишка заметил: кобольд скрылся в темной норе, вход в которую мастерски замаскировывали плети пожухлого дикого винограда. Тильвус с трудом протиснулся внутрь и огляделся. Он находился в полутемной, довольно просторной влажной пещере. Пахло мокрой землей, по глинистым стенам сочилась влага. Основное жилище кобольда располагалось, скорее всего, где-то дальше: в глубь пещеры вело несколько темных нор, но протиснуться туда существу крупнее кобольда было просто невозможно. Абха настороженно проследил, как Тильвус осматривается по сторонам, и блеснул красными глазками.

– Не надейся застать меня здесь еще раз: подземные лабиринты надежно укрывают кобольда от непрошеных гостей. К тому же ямы, сети и самострелы – далеко не все сюрпризы, которые ждут того, кто вздумает сюда явиться. У меня еще есть в запасе кое-какие подарочки, вряд ли они придутся по вкусу. Вряд ли!

– Разве тебя часто беспокоят гости? – робко поинтересовался мальчишка.

– Нет! – тявкнул Абха раздраженно. – Здесь не бывает никаких гостей. Все гости для меня – непрошеное отродье.

– А я слышал, кобольды никогда не живут поодиночке, – заметил Тильвус.

Абха фыркнул.

– Я давно ушел от своего народа, – отрезал он. – Не будем тратить время на болтовню!

Ученик мага переступил с ноги на ногу.

– Расскажи о том, кто делал магическое оружие, – попросил он. – О Ресифе.

Кобольд присел на корточки, положил острую мордочку на кулачок и прикрыл глаза. Он молчал так долго, что Тильвус потерял терпение. Мальчишка уже открыл было рот, чтобы окликнуть кобольда, когда Абха вдруг пошевелился и вздохнул.

– Он должен был меня убить, – произнес он глухо.

Тильвус насторожился.

– Кто должен был тебя убить?

– Дракон.

– Дракон? – переспросил Тильвус, не веря своим ушам. – Какой дракон?

Абха раздраженно оскалил зубы.

– Ресиф. Мастер клинков. Он был темным драконом.

– Ресиф? Драконом? Не человеком?

Тильвус растерянно замолчал. Кобольд глядел на него красными горящими глазами.

Не однажды Абхе случалось видеть появление темного дракона, но каждый раз это зрелище вселяло в кобольда дикий, совершенно неконтролируемый ужас. Вот и сегодня, дождавшись, когда над лесом начнут сгущаться сумерки, Абха выбрался из пещеры и, усевшись на большой камень, стал дожидаться, когда мутное багровое солнце окончательно скроется за черными деревьями. Сердце его билось медленно и сильно, иногда замирая и проваливаясь в пустоту, как всегда в минуты крайнего волнения.

Пылающий диск солнца неторопливо погружался в клубившиеся сине-черные тучи – ночью должна была разразиться гроза. Кобольд знал это совершенно точно по суетливости, с какой шныряли в траве мелкие зверушки, стараясь найти безопасное место. В другое время кролик, дерзнувший проскочить совсем близко от камня, на котором сидел Абха, поплатился бы жизнью за свою неосторожность. Сейчас же Кобольд только проводил зверька хмурым взглядом и вновь перевел глаза на темное предгрозовое небо. Быстрые вспышки молний внезапно освещали ярким белым светом край леса, вершины дальних гор.

Кобольд заметил его издалека. Медленно взмахивая громадными крыльями, дракон скользил в грозовом небе, потом разинул пасть и издал ужасный крик. Абха зажал лапами уши, свалился с камня, попытался было отползти в сторону, но второй крик лишил его возможности двигаться.

Он чувствовал, что все силы покинули его, и, лежа в траве, молился только о том, чтобы дракон не закричал снова. Остатками разума кобольд понимал, что своими криками, от которых все живое цепенело, дракон распугивал тех, кто мог бы приблизиться к пещере. Но мера эта была излишней, поскольку ни одно живое существо не рискнуло бы приблизиться к логову, где обитал темный дракон. Вне себя от страха, остановившимися глазами Абха наблюдал, как чудовище, медленно описав над лесом полукруг, опускается все ниже и ниже.

Через мгновение, с колотящимся сердцем, догадавшись, что перевоплощение уже состоялось, кобольд выполз из кустов.

Ресиф приближался совершенно бесшумно, как умеют ходить только эльфы и люди-драконы, но кобольд всегда слышал его шаги. Увидев, что темный высокий силуэт скрылся в пещере, Абха собрался с силами, поднялся, ощущая во всем теле болезненную слабость, и поплелся за ним.

Шлепая босыми лапами по земляному полу, кобольд добрался до кузницы и нерешительно остановился у входа. Далее следовать без разрешения мастера было опасно. Абха чуял, что воздух становился как будто плотнее и слегка вибрировал: кузницу защищали сильнейшие магические заклятья. В самом начале работы кобольд, помогавший обкладывать плавильню глиной и камнями, на мгновение зазевавшись, пересек роковой рубеж, и если бы не молниеносная реакция Ресифа, который ухватил Абху за шиворот и отшвырнул прочь, его бросило бы прямиком в плавильную печь.

Впрочем, никаких иллюзий касательно своего хозяина кобольд не питал, он твердо знал: после того как создание мечей будет закончено, жизнь его тоже оборвется. В том, что Ресиф его уничтожит, сомневаться не приходилось, и надежды уцелеть не было. Дракон хранил свои секреты.

– Разве ты не мог сбежать? – спросил Тильвус. Он тоже присел на корточки, чтобы видеть глаза кобольда. Сидеть было очень неудобно: мальчишка старался не касаться спиной влажной стены пещеры.

– Никто не может сбежать от темного дракона, – фыркнул Абха недовольно. – Ресиф еще в самом начале нашей работы наложил на пещеру заклятье – я не мог отходить далеко, даже если бы и хотел.

Мастер, не оборачиваясь, кивнул, и Абха, набрав побольше воздуха в грудь, скользнул через порог. Все прошло нормально. Кобольд перевел дух.