Инна Зинченко - Эдем в подарок

— Что с тобой? — Обеспокоено спросил гладиатор Вирка. — Чего ты шатаешься?

Он, что, ничего не заметил? Я тупо уставился на пол, но всё это безобразие прекратилось и я вздохнул облегчённо.

— Тут под землёй что-то происходит, — шёпотом ответил я ему, — непонятно что, но там, как будто кто-то ползает… большой такой. А ты разве ничего не заметил?

Вирус смотрел на меня испытывающим взглядом, как будто хотел понять, что это такое на меня нашло. Чего он дурака валяет, может же прочитать мои мысли?!

— Ничего такого не было, — спокойно возразил он.

Я разозлился не на шутку. Он, похоже, действительно считает меня сумасшедшим! Я же знаю, ЧТО я видел!

— Конечно, — заметил я с сарказмом, — куда тебе заметить, ты ведь и людей друг от друга отличить не можешь.

— А зачем мне это нужно? — Спросил он равнодушно. — Но, я повторяю, ничего того, что ты рассказал, я не видел.

Мне захотелось послать его подальше, но в этот момент чудеса продолжились! В дверях появилась жуткая морда. Нет, не жуткая, просто очень странная. Существо напоминало большую кошку длинноухую и человека одновременно. Оно скалилось и роняло слюну на пол. Существо стояло на задних лапах или ногах и внимательно меня разглядывало. От его взгляда у меня подкосились ноги. Мне показалось, что оно разумно и вот-вот заговорит со мной. Запахло чем-то терпким, острым…

— Вирка, смотри! — Выкрикнул я и указал пальцем в направлении двери.

Существо злобно зашипело и сделало шаг навстречу мне. Вид у него был грозный. Голова его упиралась в потолок, руки длинные с острыми длинными когтями.

— Кто это, Вирка? — застонал я, вжимаясь в каменную стену.

ГЛАВА 10

Кошмарное представление

А вокруг происходило что-то странное и страшное. Чудовище остановилось и стало внимательно меня разглядывать. Я тоже никак не мог оторвать от него взгляд. Что за дрянь такая здесь водится? Существо оскалилось и прислушалось к чему-то. Кошко-человек вдруг попятился, как будто получил от кого-то неслышный приказ. И вновь земля под ногами пошла волнами, я едва смог устоять на ногах. Да, что тут, чёрт возьми, происходит?!

Сказать, что мне было страшно — это ничего не сказать. Я даже вспотел от ужаса. Липкий пот катился по лицу, а внутри всё дрожало и стоило большого труда сдерживать эту дрожь. Мне казалось, что я нахожусь внутри какого-то кошмара и никак не могу проснуться. Отчаянно я закрывал и открывал глаза в надежде, что вот сейчас я проснусь у себя дома. Но кошмар продолжался и набирал обороты. Земля неожиданно стала проседать. Смотреть на это было страшно. Пол провалился и в метре от моих ног образовалась бездонная пропасть. Сердце моё колотилось так, что его удары звучали, словно колокольный набат. А грунт, такой, казалось бы, твёрдый и надёжный, между тем продолжал осыпаться, оставляя мне всё меньше и меньше места для спасения. Из провала поднимался невыносимый жар и запах серы. Кажется, ко мне в гости пожаловал сам Ад! Я рискнул заглянуть в пропасть и обнаружил на дне кипящую лаву. Всё бы ничего, но весь этот пылающий ужас поднимался всё ближе и ближе к поверхности. Я в отчаянии сжимал кулаки, глядя, как пылающий ужас выбрасывает язычки пламени уже почти у самой кромки провала, оставалось каких-то несколько метров, а потом…

— Твою мать! — Выругался я. — Как же я влип! Спасибо, Вирка, что втравил меня в эту авантюру.

И ни слова в ответ. Мой вирус куда-то исчез. Может, он свалился в пропасть, а я и не заметил? Уходящая из под ног земля, не оставляла мне не единого шанса, одно неловкое движение и местные жители смогут отведать новое экзотическое блюдо — «Лёлик-гриль».

На поверхности лавы возник большой, переливающийся всеми оттенками красного и оранжевого цвета, пузырь, внутри которого шевелилось что-то тёмное и живое. Он напоминал огромное яйцо неведомого насекомого или икринку чудовищной рыбы.

Ах, как всё скверно получилось! Ради чего всё это? Неужели ради сомнительного удовольствия свариться заживо в жерле инопланетного вулкана? Нет, не об этом я мечтал! Я даже забыл о том, что только что хотел есть. Какая еда, когда такое творится?!

Очередной провалившийся пласт земли заставил меня буквально на стену лезть — в моём распоряжении остался только узкий ненадёжный карниз шириной в ступню.

— Ты чего на стену лезешь? — Услышал где-то рядом я голос Вирки и вздохнул облегчённо.

— А ты, что, не видишь, что происходит?

— Всё я прекрасно вижу, — спокойно ответил он, — и как ты на стену карабкаешься и как ты на цыпочки встаёшь — развлекаешься, как можешь.

— Если это, по-твоему, развлечение, то я рад, что не выбрал себе профессию клоуна, — зло ответил я ему.

— Да, — покорно согласился он со мной, — грустная это работа — веселить других своей глупостью. Но у тебя это всегда хорошо получается.

Наконец я его увидел! Он висел в воздухе над провалом и ехидно ухмылялся. Страх уступил место злости. Он ещё и издевается, мерзавец! Можно подумать, что, если я умру, он останется в живых. Тоже мне воздушный акробат выискался! Странно, но злость меня отрезвила. Хоть и с опозданием, но до меня стало доходить, что всё это очень странно. Незаметно, чтобы Вирка так сильно уж обеспокоился моим незавидным положением, а ведь с полёвками всё было иначе.

— Слышишь, микрофлора, — обратился я к нему, — объясни, что происходит!

— От микрофлоры слышу, — парировал он, — ничего не происходит. Обычные галлюцинации. Всё, что ты видишь — нереально, оно существует только в твоём мозгу. Так что ты можешь расслабиться и перестать карабкаться на стену…Альпинист выискался, смешно смотреть.

Ах, да! Как я об этом мог забыть?! Сам напросился, не спорю, но кто же знал, что это всё будет настолько реалистично? Неужели это безобразие будет продолжаться целую неделю?! Я-то по своей наивности рассчитывал на красивые эротичные глюки — гарем, толпа восхитительных наложниц, а получилось вон что. Думал, что буду видеть обнажённых сногсшибательных девушек и наслаждаться их обществом, а мой мозг подсунул мне кошко-человеческих гибридов и бурлящую лаву. Вот от кого-кого, но от своего мозга я подобной подлости никак не ожидал!

Впрочем, это ещё не самое страшное, что могло бы мне пригрезиться. Я себя знаю, иногда такое в голову приходит, что сам себя начинаю бояться.

— Вирка, что же мне теперь делать?

— Ничего, — ответил он и подошёл ко мне прямо по воздуху, аки посуху. — Переживёшь как-нибудь. Просто помни о том, что всё это — всего лишь плод твоего больного воображения.

— Слушай, умник, а как мне разобраться, что это такое? На Земле я бы ещё как-то сориентировался. А здесь не знаю, что может быть, а чего нет, — горько признался я.