Кристофер Сташефф - Чародей безумный

— Не можешь ли ты дать нам хоть какой-нибудь свет, колдун? — прошипел Беабрас.

Род посмотрел вверх. Стены замка не нависали, а сливались со стеной утеса, и шансы на то, что какой-нибудь часовой посмотрит с них вниз, были очень малы.

— Пожалуй, стоит рискнуть, — согласился Род и вытащил кинжал из ножен, потом повернул ручкой и направил в трещину.

Ничего не произошло.

— Чего ты ждешь?

— Ну… надо подойти поближе, чтобы использовать свет, — сымпровизировал Род, напряженно гадая, что же случилось. Он был абсолютно уверен, что перезарядил батареи.

Батареи.

Он в волшебном царстве, а батареи не принадлежат волшебству. Здесь они просто не работают.

Зато работает его собственное волшебство. Род протянул руку и посмотрел на ладонь, представляя себе светящийся шар.

На ладони у него вспыхнул свет.

Модвис затаил дыхание, а Беабрас удивленно сказал:

— Ты действительно колдун.

— Очевидно, я сам об этом не знал, — Род повернул блуждающий огонек в сторону расселины, прикрыв его рукой, чтобы не слепил глаза.

Он удивлялся молчанию Фесса. Обычно такого феномена хватало, чтобы привести робота в возбуждение. Но большой черный конь только шел молча за ним к расщелине в скале. Род сунул внутрь огонек и посмотрел.

Трещина была примерно в три фута шириной и около десяти глубиной.

— Вот почему строители не беспокоились, — сказал Род. — Трещина недостаточно глубока, чтобы ослабить опору для фундамента.

— Это не точка зрения рыцаря, — заметил Беабрас.

— Конечно, — Род смотрел вниз, его внимание привлекли глубины. — Я не вижу дна здесь…

Фесс тоже посмотрел вниз, одновременно открыв пасть. В глубину ущелья свалилась, кружась, случайно пролетавшая мимо летучая мышь. Ее природный сонар и уши заложило от сверхзвукового импульса, который испустил робот.

— Сонар указывает на глубину в пятьдесят футов, Род.

— Тебя бы да капитанам речных судов, — заметил Род. Он повернулся к Беабрасу и сказал: — Трещина уходит вниз еще на пятьдесят футов. Как ты считаешь, мы сможем подняться?

Рыцарь в полном вооружении, нахмурившись, посмотрел вверх.

— Здесь вырублена лестница, — скромно указал Модвис.

Род посмотрел — конечно, то, что он принимал за естественные неровности, на самом деле являлись грубо вырубленными ступенями. Он почувствовал легкие, вроде булавочных, уколы на коже головы.

— Что это, приглашение на обед?

«Интересно, — подумал он, — а кто будет на нем основным блюдом».

Но Беабрас покачал головой и улыбнулся.

— Нет, лорд Гэллоуглас. Это задний вход, называемый еще черным. Ни один рыцарь не станет сооружать замок с единственной дверью.

Род слегка успокоился.

— Но если строитель замка знает этот проход, он должен охраняться.

— Да, но только с помощью таких средств, которые для самого владельца безвредны. А то, что придумал один человек, может разгадать другой. Не зря же ты предчувствовал дурное: здесь действительно не нужны храбрость и доблесть, — он соскочил с лошади и двинулся к утесу. — Вперед, джентльмены! Пойдем пешком!

Род посмотрел на него. Потом оглянулся на коня рыцаря, спешился и догнал Беабраса.

— Вы не собираетесь стреноживать своего коня, сэр?

— Нет, не собираюсь. Он спрячется и придет по моему свисту.

— Вот и говори после этого о выучке.

Беабрас улыбнулся.

— А ты почему не стреноживаешь своего, лорд Гэллоуглас?

— О… он… гм… он тоже придет по моему свисту, — у Рода было время бросить быстрый взгляд на Фесса.

— Приду, приду, Род, — заверил его робот. — И никакая решетка меня не удержит. Позови при первом же признаке опасности.

— Спасибо, Старое Железо, — Род с улыбкой повернулся к Беабрасу, и в это время к ним подошел Модвис. — Пошли?

Они подошли к стене утеса, освещенной блуждающим огоньком Рода. Род пытался не обращать внимание на ощущение холода в животе: похоже, что придется подниматься по вертикальной стене утеса, как всамделишная муха. Хоть тут и есть лестница. По коже пробегал холодок при мысли о пятидесятифутовой пропасти, оступись всего на какой-то дюйм в сторону. Выглядит не очень страшно, но вполне можно не собрать костей после этого. А если они поднимутся еще выше, то уж точно наверняка.

— Надо отыскивать опору для рук, джентльмены. — Род перешел от слов к альпинистским действиям, ощупывая пальцами поверхность трещины, — На всякий случай.

— На какой случай, лорд Гэллоуглас? — отозвался Модвис.

Черное на черном, кожистые крылья и запах разложения ударили Роду в нос. Он издал возглас от неожиданности, откинулся назад и лихорадочно вцепился ногтями в вертикальную стену утеса. Потом все исчезло, и Роду пришлось держаться, пока внутренности его совершали обратное сальто.

— Ты только скажи, — прогремел Модвис. — Мы понимаем слова.

— Ну, знаете, как это бывает, действия опережают слова и все такое, — Род провел дрожащей рукой по лбу, стер пот и снова начал подниматься, цепляясь за выступы.

И тут же что-то вцепилось ему в руки, в лицо, в грудь, невидимое, но цепкое. Блуждающий огонек осветил многоногое и мохнатое чудовище, стремившееся к его глазам. Род ахнул и отшатнулся.

— Берегись!

Сзади засвистел металл, и меч Беабраса ударил мимо плеча Рода. К металлу прилипла паутина, а чудовище прыгнуло и свернуло. Вернулась перспектива, и чудовище превратилось в обыкновенного, хотя и очень большого паука размером с ладонь Рода. Он отбежал на край своей паутины, но ту со свистом разрезал меч, и паук полетел в пропасть.

— Это всего лишь паук, — неуверенно пробормотал Род.

— Он смертоносен, как большой дракон, — ответил Модвис. — Это паук по прозвищу Коса Смерти, его яд за минуту убивает быка.

Род, представив себе последствия укуса, почувствовал слабость. Очевидно, он многого не знал о Гранкларте.

Интересно, знал ли об этом представителе фауны дедушка.

— Надо торопиться, — сказал Беабрас. — Остерегайся подобных пауков, мастер Гэллоуглас: где один, там их много.

— Вдохновляющая мысль, — Род попытался скрыть дрожь в голосе. Он подтянулся, поднял повыше блуждающий огонек и двинулся по лестнице.

Они находились на полпути, когда на них обрушился кобольд.

Он скакал вниз по лестнице, завывая и радостно хихикая, с ушами, как у летучей мыши, с курносым носом в две сопелки, размахивая лапами гориллы, с клыками на пальцах ног и копями на руках.

— Надо же, какое злобное существо! — констатировал Беабрас без особого удивления, и меч его ожил, словно только того и дожидался. Род уцепился в ступени, чтобы не упасть на рыцаря, лихорадочно напоминая себе: хозяин замка знает, как защититься от всего, что обитает в этой трещине!