Дмитрий Данилов - Гэбрил Сухарь

— Давай заглянем в ещё одно место? — предложил я, смотря в лучистые глаза Лиринны.

— Куда?

— Навестим ювелира Блюма. Надеюсь, старик одолжит по знакомству на время какое-нибудь подходящее украшение.

— Ой, это ведь неудобно, — испугалась Лиринна.

— Всё нормально, — заверил я. — Думаю, ювелир не сможет отказать. Я хочу, чтобы сегодня в «Серпентарии» ты затмила всех! Ну, как — идём?

— Идём, — согласилась она.

В ювелирном магазине нас ожидала тёплая встреча. Блюм, похоже, обрадовался посещению. Его стариковские глаза вновь увлажнились, он подошёл к нам шаркающей походкой и с радостью пожал мою руку.

— Девушка, как часто вам говорят, что вы таки красавица? — обратился Блюм к Лиринне, которая только что его поцеловала.

— Не очень, — смущаясь, ответила девушка, тогда ювелир повернулся в мою сторону и слегка пожурил:

— Молодой человек, вы должны твердить вашей прекрасной помощнице минимум сто раз на дню, что другого такого очаровательного существа не найти.

— Я готов даже на двести комплиментов в день, — заверил я старика и изложил просьбу. Ювелир охотно пошёл навстречу. Они с Лиринной долго подбирали подходящие украшения и, в конце концов, остановились на паре золотых серёжек, украшенных драгоценными камнями, и маленьком кулоне.

Дальше наш путь лежал обратно в офис. Пока Лиринна самозабвенно любовалось покупками, я сидел на стуле и думал: стоит спрашивать её о Белой Дымке или нет. Кто знает, как она воспримет сведения о том, что барон отравлен древним ядом, рецепт изготовления которого принадлежит её клану? Наконец, я не выдержал и рассказал девушке всё, но Лиринна лишь пожала плечами:

— Мы давно уже не применяем Белую Дымку, к тому же я никогда не слышала о том, чтобы наше Дерево имело проблемы с бароном. Думаю, что мои сородичи вне всяких подозрений.

— Возможно, — протянул я. — Лиринна, не будешь возражать, если при случае я задам этот же вопрос твоем отцу?

— А почему я должна возражать? — удивилась девушка. — Ты услышишь от него тот же ответ, что и от меня. Эльфам не было, и нет никакого дела до барона Отто фон Бомма, поэтому никто из нас не стал бы его убивать. А если бы и захотел, то просто застрелил его из лука. Люди не орки, поэтому заслуживают благородной смерти.

— Думаешь, что убийца кто-то из людей, знающих тайну приготовления Белой Дымки?

— Твой друг волшебник сам подтвердил, что рецепт Дымки давно уже не принадлежит эльфам. Зря предки раскрыли его людям.

— Наверное, зря, но сделанного назад не воротишь, — задумчиво произнёс я.

Внезапно дверь в кабинет отворилась, и на пороге бесцеремонно, без всякого стука, появился человек, чья внешность сразу показалась знакомой. Это был лорд Риторн, кандидат на пост мэра столицы. По бокам его стояли двое мужчин, по выправке в них легко можно было узнать бывших военных — по всей вероятности телохранители.

— Мне нужен частный сыщик Гэбрил, — произнёс лорд. — Я хочу поручить ему расследование.

Я встал и представился:

— Гэбрил — это я. Рассказывайте.

Глава 7

В которой ко мне приходит лорд Риторн, а я в свою очередь посещаю ночной клуб «Серпентарий»

Птицы такого полёта как лорд Риторн ко мне ещё никогда не залетали, в смысле, не приходили. Нет, бывали аристократы из старинных семей, чья родословная уходит в глубину веков и насчитывает десятки поколений; появлялись и так называемые «новые дворяне» — те, кто получил титул, отличившись на прошлой войне, или просто купил, когда королю в голову пришла светлая мысль пополнить опустошённую казну за счёт продажи дворянских титулов богатым разночинцам. Но вот политиков ещё не было.

Я вспомнил, всё, что знал о лорде Риторне из рассказов герцога Монтойского и доверительных бесед с Гвенни — официальная биография кандидата в мэры, которая публиковалась в газетах и рекламных брошюрах, о многом умалчивала. Происходил лорд из знатного и богатого рода, чей источник благосостояния крылся в огромных сельскохозяйственных угодьях, на которых паслись стада тучных коров. Стремительно росший город нуждался в продовольствии, и маслодельни и сыроварни, принадлежавшие лорду, снабжали столицу молоком, сметаной, сыром и маслом, а колбасные цеха ежедневно выбрасывали на прилавки рынков и маленьких магазинчиков тонны говядины, телятины и колбас всевозможных сортов.

Горожанином лорд стал сравнительно недавно — лет восемь назад, когда решил оставить огромное поместье в провинции и переселиться в столицу. Никогда не слышал, чтобы он каким-то образом проявил себя на поле боя, зато, перебравшись в город, Риторн прослыл меценатом и покровителем искусств. Он был участником и основателем огромного количества разных комитетов и обществ, занимавшихся благотворительностью, но со слов Гвенни я знал, что истинной целью этих организаций было уклонение от налогов. Такова жизнь — богатеи умудряются, пользуясь разного рода дырами и прорехами в законах, безнаказанно скрывать десятки тысяч золотых рилли, зато обычный человек вроде меня, утаив медный пятак, рискует схлопотать большой штраф или длительный тюремный срок. Впрочем, жаловаться на несправедливость, творящуюся в этом мире бесполезно, любые попытки изменить ситуацию к лучшему, как правило, делают жизнь ещё невыносимей. Остаётся принимать всё, каким оно есть, и играть по установившимся правилам.

В политику лорд ударился сравнительно недавно. Многие считают, что у него имеются неплохие шансы сместить с поста нынешнего мэра — маркиза Виттора, который может, и пользовался поддержкой у королевского дома, зато успел нажить кучу недругов в основном в бедняцких кварталах. Маркиз опирался на высшую аристократию и средний класс — зажиточных ремесленников и торговцев. Лорд разыгрывал другую карту — в настоящее время он строил из себя друга народа, якшался с лидерами бедняков и пытался переманить на свою сторону цеховых подмастерий. Кто-нибудь, не зная Риторна, мог бы подумать, что лорд играет с огнём, но на самом деле он просто умело лавировал в пику маркизу.

Эти мысли быстро пронеслись в голове, пока я прикидывал, чего можно ожидать от неожиданного визита кандидата в мэры столицы. Надо отдать должное лорду: будучи прирождённым аристократом и обладая всем набором присущих этому сословий манер, он не был снобом и держался довольно просто.

Его возраст перевалил уже за пятьдесят, рост примерно метр семьдесят — семьдесят два, довольно плотного телосложения, волосы, чуть посеребренные сединой и… потрясающая харизма! Стоит увидеть лорда только один раз, и больше никогда не забудешь. Он видимо знал о своём обаянии и пользовался им на полную катушку.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});