Вячеслав Грацкий - Разлом

Они помолчали, а затем Роланд ткнул пальцем в сторону волка.

— Селена, может, хоть ты объяснишь, что здесь происходит? И что это за волк?

— Возможно я и ошибаюсь, — задумчиво сказала девушка. — Но мне кажется, это не волк.

— Неужели?

Селена не заметила иронии.

— Присмотрись, Роланд. Его облик колеблется и плывет. Впрочем, как и все здесь, — она обвела рукой вокруг. — Это мир Эльмы, Роланд.

— Как это?

— Я не знаю, но я чувствую это. Это все — вроде ее внутреннего мира, это ее мечты и сны, принявшие форму.

— Селена, я не маг, и мало что понимаю в этом, но сдается мне, что мы столкнулись с очередным Осколком, — медленно проговорил Роланд. — И этот волк... Может, Клыки Сатаны?

Карнелиец схватился за меч, и волк тотчас оскалился.

— Постой, Роланд, — Селена вцепилась в руку карнелийца. — Даже если ты прав, что-то в нем не так...

— В нем все не так! Из-за него едва не сожгли девчонку!

— Но ведь девочка осталась девочкой, она не превратилась в монстра! Понимаешь, что это значит?

— Не очень, если честно, — пробурчал Роланд. — Не успела, вот и не превратилась.

— Нет, ты не прав, — Селена покачала головой. — Если бы Сатана полностью овладел ее душой и телом, она больше не была бы человеком, ты же видел, во что превратился бывший Хранитель Глаза.

— Но ведь девочка перекусала полгорода!

— Она еще борется и, по-моему, ей кто-то помогает.

Селена бросила пристальный взгляд на волка.

— Помогает? Что ты имеешь в виду? — Роланд проследил за ее взглядом. — Уж не этот ли волчара?

— Это не волк, — задумчиво проговорила девушка. — Но это и не Клыки Сатаны, точнее, не только Клыки. Мне кажется, частичка Хранителя еще живет в нем.

Роланд скосил глаза на волка, по-прежнему смотревшего куда-то вдаль.

— И что нам с ним делать в таком случае? — карнелиец с лязгом вогнал клинок в ножны.

По полю пронесся ветер, и цветы заколыхались, кивая разноцветными головками. Стремительно потемнело небо.

— Селена!

Карнелиец встревожено ткнул пальцем в сторону горизонта, откуда хлынула черная волна.

— Что это? — Роланд прищурился. — Это цветы! Дьявол меня раздери! Цветы обугливаются!

Цветочное поле стремительно чернело, кольцом сжимаясь вокруг людей.

— Проклятие!

Роланд вновь ухватился за меч и бросил угрожающий взгляд на волка.

— Селена, мне кажется, это как-то связано с ним!

— Не трогай его! — повысила голос Селена. — Я сама все улажу!

— Селена, — карнелиец тронул ее за плечо. — Я должен охранять тебя.

— Разве ты еще не понял, Роланд? Зло не одолеть посредством зла, и потому Сатану нельзя победить мечом!

Девушка стряхнула руку карнелийца и шагнула на холм. Волк тотчас повернулся, верхняя губа его дернулась, обнажив пожелтевшие клыки.

— Селена, — прошептал Роланд. — Ты хорошо подумала?

Она, не оборачиваясь, махнула ему рукой, дескать, не мешай.

— Ну, волчара! — Роланд погрозил волку кулаком. — Убью если что!

Селена тем временем подбиралась к волку все ближе и ближе. Зверь следил за ней настороженно, но с места не двигался, только верхняя губа приподнялась чуть выше.

— Миленький, красивый волчик, — шептала Селена. — Я же ничего тебе не сделаю, я хочу просто с тобой поговорить.

— Она, видите ли, ничего ему не сделает, — пробормотал Роланд, стискивая рукоять меча побелевшими пальцами.

Селена подошла вплотную к зверю и присела, так что ее глаза оказались на одном уровне с глазами волка. Роланда чуть ли не трясло. Когда же девушка положила руку на загривок зверя, карнелиец едва не вскрикнул.

Весь его опыт, все его навыки яростно протестовали против такого обращения с хищником. После Измененных в Сумеречном лесу волки были наиболее опасными тварями, отличаясь почти человеческой хитростью и коварством. Если они и не были разумными, то очень и очень близко подошли к этому порогу.

Он невольно отвел взгляд, но легче ему не стало. Обуглившееся поле подступило к самым ногам. Прямо на глазах Роланда рассыпались пеплом последние цветы, и карнелиец быстро отступил на холм.

Оставаться на засыпанной пеплом земле не хотелось. Очень уж все это напоминало ему о Черных Землях.

Роланд вновь оглянулся на Селену и затаил дыхание. Прижавшись к волку, девушка продолжала что-то ему нашептывать и зверь, как ни странно, вел себя смирно. Он перестал скалиться и даже полуприкрыл глаза.

— Если бы я не знал Селену, я бы решил, что она хочет его соблазнить, — проворчал карнелиец.

Небо просветлело, а вслед за этим по земле прокатилась оживляющая волна. Цветы росли еще стремительнее, нежели сгорали. В считанные секунды черное поле приобрело прежний вид.

Карнелиец покачал головой. Селена спускалась с холма, запустив пальцы в длинную волчью шерсть. Она счастливо улыбалась.

Роланд неодобрительно покосился на волка. На миг карнелийцу показалось, что зверь насмешливо оскалился, и Роланд замотал головой, отгоняя наваждение.

— Если бы ты со мной так разговаривала, я бы тоже согласился на что угодно, — буркнул карнелиец.

Селена зарделась и отвернулась. Неожиданно для себя смутился и сам Роланд. Он даже открыл было рот, собираясь брякнуть что-нибудь в оправдание, но не успел.

Мир опять преображался. Чернели и рассыпались в прах цветы, затягивалось тучами небо, а порывы ветра вновь неприятно холодили кожу.

Селена потянулась к волку, как будто намереваясь обнять его, но тот вдруг зарычал и прыгнул на девушку. Роланд рванулся между ними, но было уже поздно. Удар передних лап волка отбросил Селену на несколько саженей и, прокатившись по земле, она потеряла сознание.

— Ах ты, тварь!

Над головой зверя сверкнул клинок, но тот ловко увернулся и в два гигантских прыжка вернулся на вершину холма. Роланд же склонился над девушкой и с облегчением увидел, как Селена шевельнулась и открыла глаза.

— Не трогай его, Роланд, — прошептала она. — Я сейчас все сделаю.

— Ну, конечно, она сделает. Ты же едва жива! Полежи пока, я разберусь с ним.

— Роланд!

Но он уже мчался на холм. Волк припал к земле, и карнелиец пригнулся и отвел меч для удара. Но зверь остался на месте. Он оскалил зубы, и мир как будто содрогнулся от его могучего рыка. Земля под ногами задрожала и Роланд, не удержавшись, упал на колени.

— Что за чертовщина!

Он попытался подняться, но рычание только усилилось. А затем земля приподнялась и ударила Роланда в лицо.

Когда карнелиец очнулся, Селена снова подымалась к волку, шепча что-то ласковое.

— Селена! — простонал карнелиец. — Это бесполезно!

— Нет, Роланд, — не оборачиваясь, откликнулась она. — Теперь я поняла. Я заберу у него Клыки. Другого пути нет. Если воздействовать силой, это убьет Эльму.