Наталия Яковенко - Обречённые

На улице начал моросить дождь. Буквально через минуту полил сильный ливень. Мы забежали в первое попавшееся кафе. Отряхиваясь от воды, мы прошли вглубь, присаживаясь за дальний столик. Маленькое уютное кафе. Яркие синие лампы на белых стенах. Играла тихая медленная мелодия, создавая сонную атмосферу в этом заведении.

— Ты давно приехал сюда? — спросил у меня Кларк, присаживаясь напротив меня.

— Он здесь с начала года. — Бесс опередила меня. — Хватит этих расспросов, — недовольно отреагировала она на вопрос Кларка.

— Я просто спросил! Зачем так всё серьёзно воспринимать, — недовольно отреагировал тот.

— Может, перестанете ссориться, — в разговор вмешалась Джейн. Все замолчали. Настроение было у всех уже не таким хорошим. Лишь один Стен по-прежнему прибывал в превосходном расположении духа, перебирая листы меню. Он всерьёз настроился отпраздновать моё назначение.

— Я всех угощаю, — произнёс я. Ребята обрадовались моему предложению. Все, кроме Кларка, который продолжал сверлить меня своим тяжёлым взглядом, словно подозревая меня в десятках преступлений.

Чуть позже к нам подошла официантка и приняла заказ. Я не стал ничего брать себе, так как понимал, что не смогу притворяться перед большим количеством любопытных глаз. Единственное, чем я мог насладиться в своей жизни — это напиться и ненадолго забыться. Но для всех мне было лишь семнадцать.

— Чашку кофе, — произнёс я, когда очередь дошла до меня.

— Ты что неголоден? — удивилась Бесс. Если бы они знали, с кем сидят за одним столом. Тогда они бы не спрашивали, хочу ли я есть и тем более не предлагали бы утолить мой голод. Странное ощущение охватило меня, когда я сидел с шестью детьми за одним столом. Мне было непривычно слышать их диалоги, которые были набиты разнообразными казусами, проблемами, а порой и трагедиями в масштабах их представления. Сидя плечом к плечу с Джейн, я чувствовал биение её сердца. Я слышал её пульс. Я ощущал тепло её тела. Мне даже казалось, что я слышал её мысли. Обеспокоенная чем-то, она не могла найти себе места, постоянно всматриваясь в одну точку долгое время, она неустанно о чём-то думала. О чём же? — мучился я, наблюдая за ней со стороны. Воспользовавшись тем, что ребята увлечены очередным спором, я осмелился заговорить с ней:

— Всё хорошо? — Она подняла на меня глаза. Большой огромный мир умещался в них. Здесь я мог бы прожить вечность за вечностью. Без слёз, без истерик, без сожаления я чувствовал, что в них моё спасение. Я не мог объяснить сам себе, что происходит со мной, но я просто знал, что только незыблемый мир её карих глаз поможет мне стать тем, кто я есть.

— Да, — уверенным голосом постаралась произнести она. Но я понял, что это ложь.

— Ты, правда, была в больнице? — после долгого колебания и молчания всё же спросил я. Она не ответила. Она опустила голову, после вновь подняла её и улыбнулась.

— Кого ты слушаешь? — пытаясь быть весёлой, она незаметно показала в сторону Стена, который в этот момент говорил о каких-то экспериментах над козами. Я улыбнулся. После небольшой паузы она первая заговорила со мной. — Как ты познакомился с Ником? — Сказать правду было немного некрасиво, так как знакомство произошло в неподобающих для её представления рамках. Но лгать я тоже не мог, вдруг брат уже успел рассказать правду, тогда бы я выглядел ещё хуже в её глазах.

— Мы познакомились в баре. Встретились. Разговорились, — немного приукрасив миролюбием картину встречи, я сам не заметил, как солгал. — Слово за слово, так я оказался у вас дома. — Наш заказ принесли. Официантка пожелал всем приятного аппетита и удалилась.

— Тебе не стоит общаться с ним, — вдруг сказала Джейн.

— Почему? — удивился я.

— В голове у него что-то непонятное. Он не очень хороший… — она попыталась найти нужные слова. — Он может плохо на тебя повлиять. — Кто на кого? — думал я, пока слушал её предостережение. Не знаю, что натворил Ник, заслужив такое о себе описание, но чтобы сказала Джейн обо мне, узнав моё страшное прошлое, которое уже никогда не сотрется и не исчезнет.

— Мне он показался довольно дружелюбным, — я попытался защитить его. Джейн усмехнулась, потом взяла в руки вилку и начала есть.

— Правда, ты в порядке? — снова попытался я.

— Безусловно, — уже без нотки сомнения в голосе громко произнесла она. После осторожно начала вливаться в разговор своих друзей. Я ощутил холод с её стороны ко мне. Я был для неё чужим. Мне стало жаль, что я не тот, кому она могла доверять. Но у меня не было причин не верить ей. Я не имел право хоть как-то влиять на её жизнь без согласия на моё участие. Я сделал вид, что поверил ей. Мне ничего не оставалось, как довольствоваться ролью стороннего наблюдателя, отчаянно пытающегося завоевать её внимание.

Ближе к девяти мы все разошлись. Стен любезно предложил подвести меня и Джейн до дома. Когда мы подъехали к перекрёстку, я сказал, что отсюда пройдусь пешком. Джейн поддержала мою идею и вышла из машины за мной.

— Джейн близко живёт, я понимаю. Но ты уверен? До твоего дома ещё ехать и ехать, — волновался Стен.

— Да.

— Ну, не знаю отпускать тебя? Темно ведь. Поздно, — задумался он.

— Уезжай уже.

— Смотри, береги себя. Я не могу потерять тебя, когда только-только нашел, — с долей юмора произнес он.

— Не волнуйся, — даже меня он смог немного развеселить. Джейн стояла в стороне, с улыбкой наблюдая за нашим диалогом.

Вскоре мы попрощались и Стен уехал. Мы остались с Джейн один на один. После дождя на улице стало прохладно. Мокрый асфальт отражался под тусклым свечением белой луны. В воздухе витали нотки свежего воздуха и аромат хвойных деревьев.

— Тебя проводить? — я набрался смелости и предложил. Отсюда до её дома было не так далеко, поэтому, к моему удивлению, она согласилась и предложила пройтись. Мы шли медленно, поначалу в основном молчали, лишь иногда обсуждая увиденное вокруг.

— Ты веришь в жизнь после смерти? — Я не ожидал услышать такой вопрос, и тем более не знал, как ответить на него. Я сделал вид, что задумался. У меня на этот счёт была своя особая точка зрения. Я понимал, что жизнь после смерти в каком-то роде существует, я был тому наглядным примером. Но с другой стороны, я осознавал, что не это она имела в виду, когда спрашивала меня об этом.

— Да, — ответил я. — Верю. — Это была очень тонкая, но туманная тема, которая никогда не иссякнет в существовании своей иллюзии. Ведь мы все хотим однажды, не проснувшись увидеть иной мир. Мир, где не будет волнения, печали, забот, переживаний. Но мне было больно об этом говорить и даже думать, ведь меня этот мир не ждал. Мне давно был заказан билет в один конец, в огненные просторы ада, которые ждали меня с нетерпением. Было ли мне важно, есть тот другой мир или нет? Наверное, да. Ведь если его не существует, где я кажусь, когда перестану дышать? Пусть я заплачу терзанием телесной боли за все промахи, которые случались в моей судьбе. Пусть будет невыносимо больно, но зато буду чувствовать, ведь, если ад существует, я обязательно встречусь со своей душой.