Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 Он пристально посмотрел на меня, но я обиженно отвернулась от него. Не то, чтобы я сильно обиделась, но продолжать этот разговор не хотела. Роланд явно верил в то, что говорил, и я не знала, как его переубедить.

 Он встал, и я тоже поднялась. Уже подходя к двери, он вдруг обернулся и спросил:

 – А со мной была бы, если бы я обеспечил тебя?

 Это было уже слишком!

 – Знаешь что, иди-ка ты спать, Роланд. Иначе я за себя не отвечаю!

 Я была зла и не пыталась этого скрыть. Он открыл дверь и вышел. Как раз вовремя – я с силой швырнула в его сторону подушку, и она глухо ударилась о дверь.

 Я поняла, что этой ночью уже не усну.

 Шли месяцы. Влад больше не пытался поцеловать меня.

 Вскоре к нам присоединилась еще она девушка. Ее отец был деторожденным для одного из прошлого поколения саки. После того, как член племени умер, он занял его место и стал полноценным саки. Перед смертью он рассказал своей дочери о том, частью чего она является, и она приехала, чтобы присоединиться к нам.

 Ольге было двадцать пять лет, она была низкого роста, русоволосая, с серо-зелеными глазами, слегка полновата. Вообще-то у нее была непримечательная внешность, но глаза ее светились добротой. Она была тихой и кроткой, а через время я начала замечать, что между ней и Фредди появилось нечто большее, чем просто общение.

 Общаясь с Владом, я никогда не вспоминала, что произошло в тот злосчастный вечер в кабинете, да и он, казалось, не придавал этому значения. Также в разговоре с Роландом, я не вспоминала продолжение того вечера. У меня даже возникали сомнения, что он помнил его. Иногда мне было жалко смотреть на него – он убивал себя. Спиртное сжигало его изнутри. Казалось, он уже не мог без него существовать.

 Однажды поздно вечером я пришла в кухню перекусить (есть у меня такая вредная привычка – наедаться на ночь) и увидела там Роланда. Он наливал водку в стакан.

 – Привет, – сказала я.

 – А, пророчица, – небрежно произнес Рол. Он уже был пьян. – Будешь? – спросил он, указывая на бутылку.

 – Нет, спасибо, – скривилась я. – И тебе не советую.

 – Ой, да ладно, святая невинность! – и вновь сарказм.

 – Не то чтобы… Просто… Это не поможет.

 Он взглянул на меня и усмехнулся.

 – Ну, да, а ты это знаешь, потому что…

 – Потому что я пробовала.

 Он отставил стакан в сторону, как бы говоря: «Я тебя внимательно слушаю». Я напомнила ему, что Фред Гантер однажды подсадил меня на кокаин.

 – Фред – козел!

 – Фред спас меня тогда.

 – Подожди-ка, ты хочешь сказать, он оказал тебе услугу, подсадив на кокс? – спросил он удивленно.

 – Нет, но…

 – Послушай, что я тебе скажу, – он внезапно стал серьезным. – Фред никогда ничего не делает просто так, поверь мне. И тогда, когда он «спасал тебя», он имел в голове хитроумный план, который он, скорее всего, еще не выполнил.

 – Роланд, о чем ты? – я искренне удивилась. – Ну, на кой я ему была нужна? Я тогда сама себя презирала…

 – Ну, ты – да, а вот кто-то другой… – Роланд погрузился в свои мысли. – Что-то здесь не так. А Влад тогда… ну, вы ведь встречались?

 – Ну, не то чтобы… – я не знала, как объяснить Роланду те наши «встречи». – Иногда.

 – Ему тоже было что-то нужно от тебя! – уверенно сказал он. – А Фред не хотел, чтобы Влад это получил.

 – Да, но что? Что ему от меня могло понадобиться?

 – Вопрос.

 Его рука инстинктивно потянулась к стакану, я перехватила ее.

 – Не нужно, – сказала я тихо и посмотрела на него. Роланд ничего не ответил, но стакан не взял.

 – Пойдем, поплаваем? – предложила я.

 Мы долго плавали в бассейне, и я следила, чтобы Роланд не стал тонуть, потому что все же он был пьян, а я не была не очень искусной пловчихой, но он, похоже, уже протрезвел. Да и плавал он отлично. Потом мы смотрели «Служебный роман» у меня в комнате и смеялись от души. Я не заметила, как заснула у него на плече.

 На следующий день мы поехали в наркологическую клинику.

 Я должна была спасти друга.

Глава 13

«Напоминаю, что влюбленность

не явь, что метины не те,

что может быть, потусторонность

приотворилась в темноте»

В. Набоков

Я рассказала Артему о своей любви, не могла не рассказать. То, что я чувствовала к Владу, этот яд внутри меня, заставляли меня делать нелицеприятные вещи, но врать тому, кто готов был ради меня на все, я не могла. Совесть еще подавала признаки жизни в моем затуманенном любовью сознании.

 Я попросила Артема простить меня, и он простил. Я не могла позволить себе обманывать его и дальше. Я предложила ему остаться друзьями, и он согласился, ему тоже было тяжело отпускать свою любовь.

 В доме саки страсти немного поутихли.

 Я, как всегда, спустилась в кухню перекусить, когда услышала в гостиной тихие всхлипы. Там явно кто-то был и этот кто-то плакал. Я не знала, что мне делать: то ли пройти мимо и оставить человека наедине со своими чувствами, то ли подойти и поинтересоваться, что его так расстроило. Еще секунду я колебалась, а потом направилась в гостиную. Приглушенный свет скрывал лицо, но я уже поняла, что это была девушка.

 – Эй, – спросила я. – Кто здесь?

 Всхлипы прекратились. Она подняла голову.

 – Оля, это ты?  Что ты здесь делаешь? Почему ты плачешь? – спросила я, присаживаясь рядом с ней на диван.

 Она молчала. Казалось, она собиралась с мыслями. А потом сказала тихо:

 – Мы с Фредди расстались…

 – О, милая, – я ее обняла. – Не убивайся ты так! Все наладится! Вот увидишь. Помиритесь вы с ним. Милые бранятся, только тешатся!

 Я пыталась ее успокоить, но не понимала, как. Если честно, я мало знала о ней, а об их с Фредом отношениях и вовсе ничего не знала.

 – Нет, – уверила она меня. – Нет, ничего не наладится. Все кончено. И это из-за меня.

 – Да что ты… – я не могла поверить, что такая милая девушка может стать причиной ссоры. Я озвучила свое мнение.

 – И вовсе я не милая…

 Она помолчала минуту, а потом начала говорить снова.

 – Когда мне было двенадцать лет, мой отец…он пришел ко мне в спальню ночью.

 Я видела, как трудно ей было это сказать.

 – О, мой бог… – только и смогла я ответить.

 Она криво усмехнулась.

 – А потом на следующую ночь, и на следующую, и многими ночами после… пока… – ей было трудно, но она продолжала. – Пока однажды я не убила его.

 Я громко выдохнула. Я не знала, что говорят в таких ситуациях, поэтому сказала:

 – Но ты должна была… он… он… О, боже! То, что он делал с тобой, не имеет названия!