Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 - Мы принимаем тебя, - ровным голосом сказала я. – Дай мне руку.

 В ту ночь я спала как убитая, сны мне не снились.

 Гораздо позже я изредка видела кошмары: человек с черными глазами падал к моим ногам без чувств, а его ужас передавался мне и бежал по венам – к самому сердцу. В такие ночи я просыпалась вся липкая от пота и не могла больше заснуть. Я понимала, что больше никогда не стану прежней.

 Теперь я понимаю, что именно в тот день наши с Артемом отношения дали первую, едва заметную трещину. И я как пророчица не могла не осознавать этого...

 В тот день я потеряла часть его любви..

Глава 11

«Не то кровать, не то скамья,

Угрюмо-желтые обои.

Два стула. Зеркало кривое.

Мы входим – я и тень моя»

В. Набоков

Однажды воскресным вечером в наш дом позвонили. К домофону подошла Марго, она уже успела оправиться от происшествия с Чернокнижником, мне иногда казалось, что он зачаровал ее настолько, что она ничего не помнила. Ну, или она запрятала это так глубоко, что достать было просто невозможно.

 В тот день она была очень веселой.

 – Да-да, кто там? – спросила она, нажимая кнопку домофона.

 Приятный женский голос ответил ей:

 – Меня зовут Каролина, мне нужно поговорить с Владиславом Вермундом. Я пришла по адресу?

 – Да, он здесь живет. Проходите, – приветливо произнесла Рита, открывая ворота.

 Девушка, позвонившая в звонок в тот вечер, возникла на пороге. Она была высокой миловидной блондинкой с волосами до плеч и большими голубыми глазами. Мы с Марго сидели в гостиной, когда она вошла. Влад встретил ее с вопросом:

 – Чем я могу вам помочь?

 Она сказала ему что-то очень тихо, так, что мы с Ритой не могли услышать. Влад вдруг изменился в лице и велел ей следовать за ним в кабинет.

 Мы с Ритой обменялись вопросительными взглядами.

 Ситуация не прояснилась, даже когда они вышли из кабинета. Влад попросил нас всех собраться в кабинете через полчаса, обернулся ко мне и сказал:

 – Проводи, пожалуйста, Каролину в одну из комнат для гостей и помоги ей там расположиться.

 «Она что, будет жить с нами?» – подумала я, но вопрос свой не озвучила.

 – Пойдем, я тебя провожу, – сказала я, обратившись к девушке. – Меня Полиной зовут.

 – Очень приятно, – улыбнулась в ответ она, но любопытство мое удовлетворять не стала.

 Я помогла ей расположиться в комнате, показала ей, где ближайшая ванная, объяснила, где кухня, бассейн и сауна. Она при этом улыбалась и пытливо меня разглядывала, изредка благодаря, но больше не говорила ни слова. Мне было интересно, кто она и зачем приехала, но я не привыкла любопытствовать и поэтому молчала.

 Через полчаса мы все собрались в кабинете, чтобы выслушать историю Каролины Поляковой.

 – Как вы уже поняли, Каролина будет еще одним членом племени, – сказал Влад и окинул нас взглядом.

 – Кто она и кто ее родители? – спроси Фредди. – Кто из них был членом племени в прошлом?

 – Никто, – сказала девушка.

 – Тогда…  я не понимаю. – Фред казался озадаченным.

 – Она деторожденная, Фред, – сказал Влад. Потом он повернулся ко мне. – Деторожденная для тебя.

 Я не понимала смысл этого слова, поэтому спросила:

 – Что такое дето… деторожденная?

 – Если ты умрешь или отречешься, она займет твое место, – сухо прокомментировал Роланд, хотя девушка его видно заинтересовала.

 – Что значит, если я умру?

 Я почувствовала холодок между лопаток.

 – Быть хищником очень опасно, Полина, – сказал Влад, обращаясь ко мне. – А ты… твой дар очень важен для племени.

 – То есть, если со мной что-то случится, мой дар перейдет к ней? – я указала пальцем на новенькую.

 – Да. Именно так.

 Странно, но ничего особенного я в тот момент не почувствовала. Наверное, от нее действительно не исходило угрозы. Хотя не съязвить я не могла:

 – Поздравляю! – улыбнулась я ей одной из своих козырных улыбок. – Если я умру, ты станешь пророчицей, у тебя будут видения, после которых будет раскалываться голова, и ты будешь чувствовать себя так, словно тебя поезд переехал.

 Она пропустила колкость мимо ушей и улыбнулась мне в ответ.

 – Спасибо, – ответила она. «Да, девочка не промах!» – подумала я. – А  теперь если можно, я пойду к себе, я очень устала с дороги.

 – Конечно же, иди, – сказал Влад. – Чувствуй себя, как дома.

 И Каролина удалилась.

 – Обалдеть! – усмехнулся Рол. – У нас у всех есть такой… запасной вариант?

 – Похоже, пока только у меня, – ответила я ему. И продолжила, обращаясь уже к Владу. – Откуда она взялась?

 – Она приехала из Владивостока. Ее мама была деторожденной для твоей мамы.

 – Тогда почему она не стала…

 – …пророчицей? – подхватил он мою мысль. – Твоя мама умерла, когда ты уже родилась, она оставила наследницу. Поэтому мать Каролины передала ей свою… так сказать, возможность.

 – А у тебя есть деторожденный? – поинтересовалась я. – Твой дар тоже ценен для племени, не так ли?

 – Возможно. Я не исключаю эту возможность.

 С тех пор нас стало восемь: я, Влад, Маргарита, Роланд, Фредди, Кирилл, Лаура  и моя деторожденная – Каролина.

Глава 12

«Однажды мы под вечер оба

стояли на старом мосту.

Скажи мне, спросил я, до гроба

запомнишь вон ласточку ту?

И ты отвечала: еще бы!

И как мы заплакали оба,

как вскрикнула жизнь на лету…

До завтра, навеки, до гроба –

Однажды, на старом мосту…»

В. Набоков

Шло время, и постепенно я привыкала. Я привыкала к своим видениям, своей роли в племени, к присутствию Влада в моей жизни. Жизнь, казалось, начинала налаживаться. Хотя я и старалась держаться от него подальше, смотреть на него беспристрастно, но с каждым днем то зло, что он причинил мне, становилось все более размытым, несущественным.

 Он был ко мне добрым и милым, но особо не приближался. Похоже, у них с Лаурой было все серьезно. Я расслабилась.

 Но вот кто не собирался расслабляться, так это Роланд. Сказать, что Роланд был злопамятным,  – это ничего не сказать. И с каждым днем его злость все множилась. Но так как ничего сделать он не мог, он топил эту злость в выпивке.

 Зачастую я слышала, что он приходил поздно ночью, еле передвигаясь, натыкаясь на мебель, и громко матерился.

 Как-то вечером я не смогла заснуть, спустилась на кухню, чтобы сделать себе липового чаю. Дверь в кабинет была приоткрыта, и я заглянула внутрь. Влад сидел, как обычно, допоздна, копаясь в деловых бумагах. Он поднял на меня усталый взгляд и улыбнулся: