Елена Звездная - Не проклинай своего директора

Я смотрела потом на эту запись и чувствовала себя как в сказке. В самой лучшей из сказок, потому что это было реальностью.

— Что, Риате, зубрилкой стала? — Ригра подошла и уселась на нашу парту, игнорируя тот факт, что своим… бедром смяла мою тетрадь.

— Слезь немедленно, — неожиданно грубо приказала я.

Демонстративно вскинув руки, она подчеркнуто медленно сползла, а потом на всю аудиторию:

— Знай свое место, подавальщица!

Я захлопнула учебник, который читала до ее появления, и с неожиданным вызовом поинтересовалась:

— И какое же у меня, по-твоему, место?!

Ригра подобного явно не ожидала. Но опомнилась быстро и, развернувшись, ехидно произнесла:

— Разносить вонючую еду вонючим пьяницам в вонючей таверне!

Наверное, ранее я бы смолчала, а сейчас спокойно ответила:

— Ну и тварь же ты. Мелкая, беспринципная и злая тварь.

В аудитории стало тихо, а я вернулась обратно к чтению учебника, не обращая внимания на так и застывшую с открытым ртом Ригру. Надоело молча глотать обиды! Просто надоело!

— Грязная прислужница, — прошипела взбешенная Ригра.

Я захлопнула учебник, встала, подошла вплотную к уже изрядно доставшей меня адептке Дакене и медленно, четко, с расстановкой ответила:

— Еще слово, и я тебя ударю. Просто потому, что надоело постоянно сдерживать это желание. И я ударю по лицу, Ригра, так, чтобы остался синяк, а глаз заплыл. И после этого ты две недели будешь отворачиваться от зеркала, чтобы не видеть, как место удара сначала краснеет и напухает, затем синеет, а после синева медленно сменяется отвратительной желтизной с фиолетовыми прожилками.

Она сделала шаг назад, потом еще один, а в итоге с воплями «капитан Верис!» бросилась из аудитории.

— Не ожидала от тебя, — сказала Яна, когда я вернулась обратно за парту.

— Сама от себя не ожидала, — призналась я, возвращаясь к чтению.

Долго читать мне не пришлось, так как вскоре в коридоре послышался усиленный магией приказ:

— Адептка Риате, в кабинет к куратору Верис.

И ведь знаю же, что в любой ситуации стоит промолчать, так нет, высказалась.

Идя по пустеющим после звонка коридорам, я сначала думала о том, как буду оправдываться. Но затем… я не буду оправдываться! Она достала! Четыре года издевательств я вытерпела, но с меня хватит! И я…

Легкое сияние — и передо мной материализовался возрожденный дух смерти. Дара казалась почти живой и материальной, и голос ее прозвучал как обычный женский:

— Адептка Риате, в кабинет лорда-директора. Немедленно.

Я остановилась, опустила глаза, а потом:

— Не пойду! — вскинула голову и посмотрела в ярко-алые глаза духа. — Я не совершила ничего такого, за что меня следует наказывать лично лорду-директору. Вопросы мелкого нарушения дисциплины рассматривает куратор, если она сочтет необходимым, она и отправит!

Дара выслушала, не перебивая, затем улыбнулась и уже не так официально, я бы даже сказала весело, добавила:

— Это по личному вопросу.

На мгновение я замерла, потом ощутила, как краснею всем лицом, разозлилась уже на себя и гораздо грубее, чем хотелось бы, выпалила:

— А личных дел с лордом-директором у меня нет и никогда не будет! Темных дней вам, Дара!

И обойдя возрожденный дух смерти, я продолжила маршировать по направлению к кабинету нашего куратора.

Постучала и, не дожидаясь разрешения войти, ворвалась в отделанную черным деревом резиденцию леди Верис, чтобы оторопело замереть на пороге.

— Двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь… — меланхолично отсчитывала едва удостоившая меня кивком капитан Верис, наблюдая за тем, как приседает уже покрасневшая от натуги Ригра. — Двадцать девять, тридцать, тридцать один, тридцать два, тридцать три, и пока хватит.

Дакене не удержалась на ногах и свалилась.

— Это вы хорошо придумали, — прокомментировала ее действия леди, — вот в том же положении еще десять отжиманий, приступайте адептка.

И после этого, уже не отсчитывая вслух, впрочем, там пока и отсчитывать было нечего, леди Верис повернулась ко мне и приветливо произнесла:

— Адептка Риате, ваши успехи меня очень радуют. Такой скачок в успеваемости — даже не ожидала. И непонятно мне только одно, почему ранее ваши оценки были едва ли не ниже среднего?

При Ригре мне отвечать не хотелось, и куратор, как это ни удивительно, меня поняла.

— Дакене, хватит стонать на полу, тренируйтесь, отработаете мне свое наказание через неделю в двойном объеме, сейчас свободны.

Ригра поднялась с трудом, глядя в пол, буркнула: «Разрешите идти, капитан Верис?» — и, получив разрешение, вышла, осторожно прикрыв за собой двери. А леди Верис, мило улыбаясь, указала мне на стул и потребовала:

— Ну же, утолите мое любопытство.

Я прошла, села и, несмотря на то, что делиться подробностями своей жизни не было никакого желания, честно ответила:

— По ночам я работала, и на подготовку домашнего задания времени практически никогда не было.

Я ожидала чего угодно, только не вопроса:

— Тяжело было? — Удивленно смотрю на леди Верис, та улыбнулась мне и продолжила: — Работа подавальщицы не из простых — всю ночь на ногах, в шуме, руки явно к утру отваливались, а голова гудела, и все же вы упорно учились и работу не бросали. Откровенно говоря, Риате, вы меня удивили — работа, учеба… счет в гномьем банке.

Я вздрогнула, сердце забилось втрое быстрее, а леди, словно не замечая моего напряжения, продолжила:

— И сумма там уже довольно приличная… за четыре-то года собралась.

Вот теперь на бледнеющую меня смотрели с легкой усмешкой, а затем куратор уже откровенно «добила»:

— Для молодой девушки с перспективой выхода на гособеспечение это достаточно много, для выкупа закладной на дом… маловато.

Молча жду продолжения «милой» беседы, не желая даже думать, откуда у куратора конфиденциальные данные. Капитан Верис словно прочла мои мысли, но почему-то, продолжая по-доброму улыбаться, произнесла:

— Мой отец принадлежит к группе совладельцев банка «ЗлатоГор». Так уж вышло, что я родилась в одной из богатейших семей Сумрачных лесов, но… — леди клыкасто улыбнулась, — перспектива выхода замуж ради блага семьи как-то не впечатляла. И я сбежала из клана, а так как документов не было никаких, вломилась в дом магистра Эллохара и потребовала зачислить в списки обучающихся. Моя наглость обошлась мне в два подзатыльника и малоприятное осознание того, что какой-то маг оказался значительно сильнее оборотня из правящей семьи, но… Он взял меня в едва открытую им школу. И с тех самых пор я сама несу ответственность за свою жизнь, свой выбор и свои решения. Не жалела об этом ни разу и уверена, что не пожалею в будущем. Но к чему я это рассказываю, Риате: за свою жизнь я видела многих девушек, но ты вторая или третья из тех, кто действительно вызывает уважение и кому хочется помочь. И когда я при оформлении перевода счета в ардамское отделение узнала, что одна адептка из Академии Проклятий имеет там счет, я заинтересовалась. Как ты понимаешь, связи позволили мне выяснить и количество имеющихся на твоем счету денег, и на погашение чего они идут.