Четвертый месяц осени - Алексей Чернояров

вас напали ваши соседи из Борна, ведь с той стороны никто больше зайти не мог. Поэтому даже если предположить, что они напали абсолютно всем населением своего королевства, ваших сил с лихвой хватит, чтобы разбить их, нужно лишь время. Думаю, они задумали какую-то провокацию, и, им просто, нужны заложники из членов королевской семьи, поэтому я уверяю вас, что ни король, ни королева не пострадают, а вы в свою очередь их единственная оставшаяся цель. Вы нужны им, уж не знаю зачем, но нужны.

– Ты, правда, думаешь, что родители не пострадают?

– Я, уверен в этом, – хотя я до сих пор не могу понять, как солдаты Борна, вообще смогли пересечь границу.

– Ладно. Тогда нам надо выдвигаться, – сказала принцесса, решив видимо, что так я дал обещание, которое она хотела.

Быстро собрав вещи и попрощавшись с трактирщиком, мы оседали лошадей и отправились в путь.

***

Оскар Санторро проснулся, как всегда рано, принял ванную, привел волосы в порядок, тщательно почистил обувь и выбрал серый костюм, свободного кроя, гармонично смотревшийся на его фигуре. Одевшись и посмотрев на себя в зеркало, Оскар решил, что он готов идти, схватив сумку, в которой уже лежала вчерашняя гневная статья, он отправился в редакцию местной газеты. Оскар был знаком с шеф-редактором и надеялся, что тот его примет без очереди, как только услышит, что тот к нему пожаловал.

Через два часа он уже был в редакции. Перед дверью кабинета Тома Стоуна была небольшая очередь из пяти человек мечтающих продать свою историю. Слева от двери сидела девушка, которая записывали людей в очередь и по одному называла их фамилии, разрешая, тем самым, им пройти. Оскар не растерялся и уверенной переваливающей походкой подошел к столу девушки.

– Милочка, не могла бы ты предупредить Тома, о том, что пришел Оскар Санторро, у меня есть то, что ему нужно, – с легкой улыбкой – оскалом, произнес журналист.

Девушка задумалась и нервно поправила волосы.

– Я понимаю, что тут много людей и все ждут своей очереди, но у меня дело, которое не терпит отлагательств, – говоря это, он повернулся к очереди с понимающим видом. Шепчась и возмущаясь, люди не приняли такой наглости, но никто из очереди не решился возразить Санторро. Девушка лениво поднялась со стула.

– Сейчас я спрошу у мистера Стоуна, сможет ли он вас принять, – выдавила она из себя и скрылась за дубовой дверью.

Через полминуты она вышла, сказав:

– Мистер Санторро, проходите.

Улыбнувшись, Оскар уверенно зашагал в кабинет. Напротив двери, за столом, сидел Том Стоун, человек средних лет, хотя выглядел он гораздо старше, весь лоб был испещрен морщинами, а цвет лица был нездорового серого цвета – всему виной постоянная работа в закрытом помещении и его разгульный образ жизни. Как только Санторро зашел, Том перестал перебирать бумаги и поднял глаза на гостя.

– Привет-привет, Том. Как дела? – прогремел своим громким голосом Оскар.

– Работаем потихоньку. Ты же знаешь, город маленький, новостей почти нет. Публикуем все, что придумаем и все, что хоть немного похоже на правду. Местные журналисты не хотят работать, потому что знают, тут землю надо рыть, чтобы найти хоть небольшую сенсацию.

– Ооо, понимаю. У меня как раз для тебя есть нечто! Это просто бомба! Которая должна разорваться прямо сегодня. Слушай! – Оскар, присел на кресло, рядом со столом шеф-редактора и начал рассказывать вчерашнюю историю, произошедшую с ним в пабе.

Санторро говорил очень оживленно, он был полон возмущения и гнева, как будто заново переживал это. То и дело, слышались ругательства. Оскар настаивал на том, что Гарольд Блейк – моральный урод, что таких свиней, как он надо сажать в темницу. Когда этот гейзер эмоций, наконец, иссяк, он дал собеседнику выразить свое мнение:

– Я согласен с тобой, мой дорогой Оскар, это ужасное происшествие, которое всенепременно должно быть освещено. И я с радостью тебе в этом помогу, – Том был не глупым человеком, он про себя воздавал хвалу небесам, за то, что послали ему такую сенсацию – дела в газете шли не важно. Ее почти никто не читал, а тут такая статья.

– Замечательно!! Надо разоблачить этого негодяя, – журналист радостно постучал своими блестящими ногтями по столу. – Ты не против, если я закурю?

– Конечно, нет, друг мой, курите сколько хотите! – Стоун был так рад и думал о будущей прибыли, что ему было абсолютно все равно, что Оскар будет делать в его кабинете.

Журналист набил табаком трубку и раскурил ее. Смакуя каждую затяжку, стал рассуждать:

– Я представляю уже, как люди весь следующий месяц будут обсуждать эту статью: пьяницы в пабах, дамы в салонах, знать на приемах… – глаза его загорелись, а губы стали растягиваться в ехидной ухмылке. Ха-ха-ха, этот жалкий Гарольд Блейк получит свое. Победитель фехтовальных турниров, посмотрим, кто выиграет на этот раз!

– Дааа, – мечтательно произнес Том, – а моей газете эта статья-разоблачение принесет славу, как минимум, в нашем королевстве.

Еще минут десять они придавались мечтаниям, после чего табак в трубке у Оскара закончился, и он засобирался уходить.

– Вот, возьми, статья готова, требует только твоей редакции. Мне кажется, можно прямо сегодня печатать, – он протянул лист бумаги Стоуну.

Стоун взглянул на лист и начал читать рассказ о том, как Оскар встретил Гарольда Блейка, который сидел в баре вместе с таинственной незнакомкой. Редактора удивила агрессия со стороны Гарольда, и он невольно посмотрел на кое-как забинтованную руку Оскара, интересно, что нашло на этого прославленного фехтовальщика? Ну так или иначе эта история разумеется, пахнет сенсацией.

– Ничего править не буду, даю добро на публикацию! Рита! – заорал он.

Внутрь кабинета забежала та самая девушка:

– Вы звали, шеф?

– Да, передай эту статью в печать. Пусть перенесут на первую страницу с заголовком: “Сенсация! Гарольд Блейк – преступник или сумасшедший?!”

Девушка взяла статью, и закрыла за собой дверь. Оскар положил трубку к себе в портфель и поднялся с кресла.

– Ну что ж поеду я к врачу, надо что-то делать с рукой. Счастливо, пиши.

– И тебе счастливо, не забывай нас, если что еще будет, милости просим, ну и так просто, если будешь в городе, можно вместе зайти в паб, пропустить одну другую бутылку виски.

– Конечно, Том, давай, – после этих слов, Оскар Санторро поспешил своей переваливающей походкой к выходу.

***

После пары часов пути в быстром темпе я решил несколько поберечь лошадей, а также часть своего тела, ту что использовалась для сиденья в седле и сбавил темп. Принцесса последовала моему примеру.

– Это