В огне. Том 2 (СИ) - Опсокополос Алексис

А теперь всё изменилось. Элину убили. Превратившиеся в животных, называющие себя орками, сумасшедшие люди убили эту беззащитную светлую девушку. И теперь, когда её не стало, словно порвалась последняя тонкая ниточка, связывавшая всех нас с прошлой жизнью. Теперь мы могли стать безжалостными и жестокими, последний предохранитель сгорел.

Никогда ранее у меня не было такого сильного желания кому-либо отомстить. А теперь я хотел убить каждого, кто находился за стенами Свободного Города, уничтожить всех адептов Магии Крови без единого шанса убежать или сдаться в плен. Возможно, ещё и Система каким-либо образом подогревала мои эмоции, запуская в организме выработку какого-нибудь гормона. Но я был уверен, в этот момент такие показатели, как ярость и агрессия, вышли у меня на максимальный уровень. Я посмотрел на Элину, на её безжизненное лицо, которое не покинули улыбка и удивление, и прорычал:

— Я не знаю, кто это сделал, но мы отомстим за тебя, Элина, всем вражеским оркам и Шаману! Мы отомстим!

В этот же момент перед носом появилась надпись:

ВНИМАНИЕ! ВЕРХОВНЫЙ МАГ ОГНЯ ОБЪЯВИЛ КЛАНОВЫЙ КВЕСТ «ОТОМСТИТЬ ЗА ЭЛИНУ МАЕВСКУЮ» УЧАСТНИКАМ КВЕСТА СЛЕДУЕТ УНИЧТОЖИТЬ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ ОРКОВ — АДЕПТОВ МАГИИ КРОВИ. ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСЛОВИЕ — УНИЧТОЖЕНИЕ ИЛЬИ «ШАМАНА» КОРОБЕЙНИКОВА

Меня это объявление привело в ярость. Мой искренний душевный порыв к мести трансформировался в квест, и выглядело это всё, будто я хочу использовать гибель Элины для прокачки. Я даже не осознал сразу, какую серьёзную подсказу выдала мне Система, раскрыв настоящее имя Шамана.

Гарик, который тоже увидел надпись, обернулся, посмотрел на меня пустыми заплаканными глазами и сказал:

— Я убью их всех! Я буду резать каждого! Каждого!

Стоявший возле Гарика, Боб похлопал товарища по плечу и сказал:

— Держись, брат! Мы отомстим. Мы обязательно отомстим.

Когда злость на Систему прошла, я всё же оценил её подарок. И хоть я не знал, как использовать полученную информацию, но понимал, что она мне обязательно пригодится.

«Ещё один Илья на мою голову, — подумал я. — Везёт мне на ребят с этим именем».

Выразив самые глубокие соболезнования Гарику, я расспросил у ребят, занимающихся опознанием погибших, не видели ли они Соломоныча. Получив отрицательный ответ, немного успокоился, хотя после того, что случилось с Элиной, успокоить меня могло только убийство Шамана. По крайней мере, в тот момент я был в этом уверен.

Я хотел уже пойти к храму, чтобы посмотреть, в каком состоянии он находится после атаки, как ко мне подошёл Ринат.

— Теперь понятно, почему первый отряд сразу не пришёл на помощь, — сказал майор и тяжело вздохнул. — Видимо, Чернышов только третьему успел передать приказ. Вон он там лежит с краю.

Ринат показал в сторону погибших и добавил:

— Более двадцати резаных ран. Суки!

Я кивком выразил согласие и подумал, что если бы самый боеспособный из засадных отрядов пришёл вовремя, возможно, многих жертв удалось бы избежать. Скорее всего, каких-то нескольких секунд не хватило Чернышову, чтобы сделать такой необходимый звонок.

Ринат ушёл, а я снова собрался идти к храму, но и в этот раз ничего не вышло. Ко мне подошёл заплаканный, всхлипывающий Червяков и, схватив меня за рукав, потащил со двора.

— Что случилось? — спросил я своего жреца, но тот молчал.

Когда мы вышли за территорию соседнего участка на улицу, Егор заикаясь, не в силах совладать с эмоциями сказал:

— Э-э-лина! Я ви-и-дел. Она… я… ви-и-и…

Егор заплакал навзрыд и больше не смог произнести ни слова. Он просто хватал ртом воздух, словно задыхался, трясся и плакал. Я обнял его и негромко сказал:

— Держись! Успокойся! Я знаю, это тяжело, но попробуй успокоиться.

Червяков закивал, не переставая хватать ртом воздух, но трястись перестал.

— Ты видел, как убили Элину? — спросил я.

Егор закивал и снова стал трястись.

— Всё! Успокойся, я сказал! — немного прикрикнул я на парня, чтобы привести его в чувство. — Это война! Держись! Надо быть сильным! А ты сильный!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не си-и-льный, — выдавил из себя Червяков. — Эли-и-ну уби-и-ли, а я ни-и-чего не сделал. Я не смо-ог. Я хо-отел, но не смо-ог.

Я подождал немного, пока Егор ещё сильнее успокоится, после чего сказал:

— Ты уверен, что мог бы её спасти?

Егор отрицательно замотал головой и уже почти без заикания сказал:

— Когда на нас напали, я был во дворе, сидел возле сарая с дровами, ждал, когда Смоляков очнётся. А Элина вышла полить цветы. Ты же видел, она там цветы посадила за домом. Всё произошло так быстро. Я услышал шум у ворот и почти сразу человек двадцать забежали во двор. У всех были мечи и топоры. Один забежал во двор и наткнулся на Элину. У неё в руках были лейка и тяпка маленькая. Но она даже не стала закрываться. Что-то пыталась сказать этой мрази, но он не стал слушать и просто ударил её ножом. Несколько раз. Я хотел броситься на него, но прибежали другие орки, и я не стал. Спрятался среди дров и сидел, пока помощь не пришла.

Егор снова начал всхлипывать, а я отчётливо представил последние секунды жизни Элины, и мне ещё сильнее захотелось уничтожить всех вражеских орков и Шамана с его подругой.

— Ты поступил правильно, — сказал я жрецу. — Единственно верной в этой ситуации. Если бы враг был один, у тебя был бы шанс его убить и, возможно, помочь Элине. Хотя я очень сомневаюсь в этом, учитывая количество и характер ранений. Поэтому, как бы ужасно это ни звучало, ты поступил правильно. В той ситуации ты мог лишь погибнуть. А теперь ты можешь выйти на связь со Смоляковым и помочь найти Шамана. И тем самым отомстить за Элину и всех наших погибших товарищей.

— Но я… — начал было опять Егор, но я его перебил:

— Ты поступил правильно! Иди и жди связи со Смоляковым! Это твоя работа, твой вклад в нашу будущую победу! Ты меня понял? А как Смоляков откроет глаза, зови меня. Отправим ему сообщение!

— Да, — ответил Егор. — Прости. Я понял.

Червяков ушёл, а мне в голову пришла неожиданная мысль, навеянная сказанными мной словами.

«Сообщение! — подумал я и хлопнул себя ладонью по лбу. — Я ведь могу отправить Соломонычу сообщение!»

Тут же обратился к Системе:

— Я хочу отправить персональное сообщение члену клана «Свободные Люди» Соломонычу.

Ответ искина меня обескуражил:

В КЛАНЕ «СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ» НЕТ ИГРОКА ПО ИМЕНИ СОЛОМОНЫЧ. ВЫБЕРИТЕ ДРУГОГО ИГРОКА

— Как это нет? — удивился я, и неожиданная догадка, словно ведро холодной воды, выплеснутое в лицо, заставила меня вздрогнуть. — Вашу мать! Да что ж такое творится? Когда он вышел из клана?

Я надеялся, что ответ искина поможет мне узнать время гибели моего товарища, но этот ответ тоже меня удивил:

В КЛАНЕ «СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ» НИКОГДА НЕ БЫЛО ИГРОКА ПО ИМЕНИ СОЛОМОНЫЧ

И тут я ударил себя по лбу ещё раз, только теперь со злости на самого себя и почти закричал:

— Я хочу отправить персональное сообщение члену клана «Свободные Люди» Роману Шацкому.

ВВЕДИТЕ ТЕКСТ СООБЩЕНИЯ

«Ну хоть живой, уже хорошо», — подумал я, прочитав надпись, и отправил Соломонычу сообщение, в котором попросил его подойти к храму, если он в состоянии это сделать или хотя бы кого-нибудь туда отправить.

Отправив сообщение старшему товарищу, я направился к храму. Всё же мне, как Верховному жрецу Магии Огня, стоило осмотреть и храм, и алтарь и, если понадобится, если к алтарю смогли хоть на какое-то время прорваться вражеские орки, провести какой-нибудь формальный ритуал очищения.

По пути подумал, что если бы мне в голову не пришла идея разместить внутри храма секретную группу в количестве пятидесяти отменных бойцов, то неизвестно, чем бы закончилось это нападение. И ещё мне повезло, что ни Ринат, ни Генрих не ошиблись с выбором кандидатур в этот отряд. Ошибись они и отправь туда хоть одного скрытого сторонника Шамана, об этом секретном отряде стало бы известно врагу, и он бы строил свои планы исходя из этого. Но Ринат и Генрих выделили в отряд тех, кому доверяли больше всего, и оказалось, что мои товарищи доверяют тем, кому надо. И всё это стало для противника очень неприятным сюрпризом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})