Ольга Табоякова - Добро пожаловать!

"Ученик, у тебя есть гораздо больше, чем тогда. Ты не один. А еще ты живешь по-другому".

Вот это "по-другому" меня зацепило. А ведь и точно, я живу по-другому, а это дает мне шанс. Я стал еще раз рассматривать невозможные возможности. Это то, что делать нельзя или невозможно. Выход-то нашелся. Правда, я пока не знал куда этот выход ведет.

- Ты уверен, что можно это сделать? - Эндер дрожал. Его дрожь передавалась мне. Эта такая лихорадка, которая предшествует чуду или полному краху.

Ариан собрался. Он тащил так много продовольственных запасов, что невольно становилось понятно, этот тип - настоящий воин. Только воины думают о том, как выжить, а вот герои - все время задумываются о смерти. Это утверждение поведал мне учитель. Я все еще сомневался в его истинности, но это не мешало мне им пользоваться в своих размышлениях.

Варан ободряюще мне кивнул.

Мы встали в круг, а потом я стал экспериментировать. Сначала я представил нас единым целым. Мы стали неделимы. Каждый из этих троих был для меня нужен и важен. Эндер - стремительно взрослеющий ребенок, Варан - интересный и достойный человек, Ариан - воин, помощник, друг.

С Вараном у меня был разговор. В одну из ночей мы смогли поговорить. Инициатором выступил я. Я сказал, что прощу прощения. Странно или все же закономерно, но он не стал спрашивать за что именно я извиняюсь. Затем мы говорили. Беседа вышла своеобразной. Варан расспрашивал меня о земных девушках и метаморфах, а я его о неземных. Признаюсь, что обогатился множеством полезных сведений.

Потом я слышал, как Эндер сказал Ариану, что у нас обоих (меня и Варана) мечтательно идиотское выражение лиц. "Оба влюбились!", - чуть осуждающе заключил принц. Ариан, как более мудрый, загадочно покачал головой, причмокнул и сообщил, что он еще поглядит, как будет себя вести Эндер, когда влюбится.

- Сильные миров наших не влюбляются, - возразил принц.

Ариановская улыбка погасла. Мне тоже стало как-то грустно. Я посочувствовал ему, хорошо, что сам Эндер этого не понял.

Итак, сначала я представил, что мы все вместе, как один человек. Потом я решил, что мы свободны. Свободу можно представлять в относительном и в абсолютном вариантах. Так вот, мы стремимся к относительной свободе, свободе от каких-либо негативных факторов или людей. Абсолютная свобода представляется нам недостижимой. Так вот абсолютности я и не собирался достигать. Мне нужна лишь возможность спокойно гулять во времени. Свободу от времени вполне можно получить, да не на совсем, а лишь на время, но можно. Я точно знал об этом. Примером тому служила пресловутая "Эпоха времени". Пусть они используют механизмы для перемещений, пусть ходят относительно недалеко, но я знал, что технология - это преобразование колдовства. Я знаю, что не имею талантов в этой области, но сегодня я решил, что я это не я, а мы. Так сказать, постарался достичь временной свободы и от собственной личности.

Если у вас нет особой необходимости в потере себя, то не советую повторять за мной. Но иногда можно достичь нужного результата.

Не знаю, как мы выглядели со стороны, но мне показалось, что вокруг все замелькало. Это обнадежило. С другой стороны, непонятно куда надо двигаться, чтобы оказаться дома. Это верно говорят, что "дом, там где сердце". Мое сердце вы уже знаете где именно. Я потянулся к Амели.

Потом я получил пинок в задницу. Как потом выяснилось, Эндер, Варан и Ариан тоже стали моими товарищами по столь доброму домашнему приветствию.

- С чего бы это? - мой вопль слился с возмущением Эндера.

- По королевской заднице!? - это принц отличился. Потом он правда устыдился своей величественной несдержанности.

Олг объяснил, что я - молодец. Я тоже так считал, но лучшей похвалой, согревшей меня стал нежный взгляд Амели и ее улыбка. Дело в том, что через пять минут после нашего появления на шее Варана висела Фрося. Амели тоже пришла. Явились и знакомые мне ребята, а также и незнакомые. Эндер радовался объятиям какой-то пухленькой блондиночки, а потом подбежала еще и брюнетка.

Пока они все занимались друг другом, я подошел к своей девушке.

- Амели, - я знаю, что вокруг люди, но вижу только ее одну. - Как твоя учеба? - нашел о чем спросить, идиот одним словом. Но она ответила серьезно.

- Хорошо, за последние две недели я научилась перемещать массы, - она стала подробно излагать какую-то замудренную теорию смещения масс и антимасс, но мне было глубоко однофигенно. Просто постоять рядом. Потом я осмелел и попросил ее покормить меня. - Ты такой голодный? - Амели поглядела на меня. Да, после этого похода в прошлое я выглядел не лучшим образом. Поджарый уличный кот. - Пойдем со мной, - она взяла меня за руку. - А они? - она видимо спрашивала, кто будет кормить остальных, но я пожал плечами.

Саму дорогу я пропустил, пребывая в состоянии опьянения. Даже учитель не стал меня корить за это. Потом я получил выговор и длинную нотацию о том, что любимых мы должны уметь защищать. Он меня пронял, больше я так не отключался от действительности.

- Ешь, - я уставился на поднос.

Оказалось, что мы находимся в маленькой уютной комнате. Справа окно с занавесочками, стол у самого окна. Я за ним сижу и улыбаюсь в поднос с такой кучей еды, что можно накормить троих мужиков.

- Спасибо, - я принялся поглощать предложенное изобилие.

"Ты, между прочим, в ее комнате", - послышалось от учителя.

Я не нашел в себе сил удивиться. Раньше меня сюда не пускало. А теперь я здесь. Я достиг понимания.

"Ты всего лишь окончательно утоп в непонимании", - посмеялся наставник.

Но мне было на это наплевать. Понимание или непонимание не является главным в жизни. Любовь - вот сила, сметающая любые преграды.

- Амели, а ты знаешь, что ты необычная, - я хотел сказать дальше о том, какая она волшебная, но она поняла по-своему.

- Да, я виэнка, а ты ведь друг виэна. Так говорят, - застенчиво улыбнулось мое счастье, - я не очень понимаю, что это значит.

Я рассмеялся, потом долго рассказывал о проблеме понимания. Амели выслушала и предложила мне пока пожить у нее. От подобного я потерял дар речи и разум тоже.

"Очнись", - позвал меня наставник. - "Она ждет ответа".

- А Фрося, а Гром? - я вроде как выудил из сознания, что Амели живет не одна.

- Она переберется к Варану, - шепотом сообщила моя девушка. - Фрося решила, что надо обязательно пожить с Вараном, чтобы понять, подходят ли они друг другу. Это такой земной обычай?

В моем разуме прозвенел звоночек, пришлось объяснять, что это не обычай, а просто желание Ефросинии.

- Да? - Амели встревожилась. - А у нас такой же есть.

Что я там излагал не помню, но полностью изменил ее мнение о своих последних словах.