Кирилл Манаков - Вторжение

– Царственными особами? Соблазнительно, конечно, а если проверят?

– А как? Мы – посольство из, например, Тавроскифии. Или, лучше – из Лемурии. Прибыли для знакомства и установления торговых связей.

– Не вопрос. Небольшая проблема, никто из нас по древнегречески ни в зуб ногой. А ты сам на каком языке с ними общаешься?

– А языкового барьера тут, почему-то нет. Говорим по-русски, нас прекрасно понимают, и наоборот. Очень удобно.

– Хорошее место, однако… Итак, я – главный Лемур, Султангиреев – наместник на Кавказе, Бойко – визирь, Иленев – толмач, или нет, если переводить не надо, то советник по общим вопросам, Ольга -… Ольга, извини, но ты наложница. Зато любимая. Не возражаешь?

– Сейчас, – фыркнула Ольга, – а хотя… По-моему полковничьи оклады подняли, так что, можно подумать. Олежек, не возражаешь?

– Через мой труп, – заявил Бойко, – я в очереди стою уже два года.

– Хорошо, пусть Ольга будет наложницей визиря. А я поищу кого-нибудь из местных.

– А вот это – не проблема. Традиция предлагать красивых девушек для ублажения уставших путников здесь весьма в почете, – сказав это, Иленев зарделся, видимо он был знаком с этой традицией отнюдь не понаслышке.

То, что Иленев назвал дворцом, оказалось довольно симпатичным одноэтажным домиком с мраморными террасами, обвитыми плющом колоннами и живописным внутренним двориком, заставленным высокими амфорами. Не Эрмитаж, конечно, но построено с весьма изысканным вкусом. Вряд ли тут проживает царственная особа – дворец правителя обычно не строят в таком удаленном месте.

– Очень надеюсь, что здесь не живет твоя подружка, – вполголоса произнес Бойко.

– Ты имеешь в виду Немезиду? – бодро переспросил психотехник, – не волнуйся, ее жилище довольно далеко отсюда. Дня три пути.

– Это как же ты сумел дойти до туда за пятнадцать минут, тогда, у больницы? Или волшебная дверка каждый раз появляется в новом месте?

– Нет, выходить приходится каждый раз на знакомой вам лужайке. Просто время здесь и на Земле течет по-разному. В тот раз я провел в этом мире почти неделю, а у вас прошло несколько минут. Парадокс.

– А, кстати, – спросил Коржавин, – нет идей, где находится этот мир?

– Вопрос сложный, – пожал плечами Иленев, – Созвездия те же, что и на Земле. Так что, в трехмерном пространстве мы совпадаем. А разнесены, либо во времени, либо, что более вероятно, в высших измерениях.

Разговаривая таким образом, путники подошли к дворцу. Было безлюдно.

– Я как-то по-другому представлял себе местные жилища. А где снующие по двору рабы? А где стража? Приходи кто хочешь, бери, что хочешь? – возмутился Бойко.

– Насчет стражи я бы так не говорил, – толкнул его локтем Коржавин, показывая на появившихся из-за заросшей вьюнком стены кентавров с внужительными копьями в руках. Еще несколько таких же созданий вышли из окружавших дом зарослей, – Ольга, не стрелять без приказа!

Бойко поудобнее перехватил за дуло тяжелый "Шанс", а Султангиреев хищно напрягся, готовясь к броску.

– Постойте, – шагнул вперед Иленев, – я переговорю.

Он уверенно выступил вперед, подошел к ближайшему кентавру, обменялся с ним несколькими словами, и, сопровождаемый почетным эскортом этих непарнокопытных людей, скрылся за заросшей стеной.

– Интересно, – пробормотал Бойко, – они людьми питаются, или просто убивают из интереса?

– Пусть только попробуют, – заявил нечувствительный к юмору Султангиреев, – копыта собирать замучаются.

Иленев появился в окруженном колоннами портале и помахал рукой.

– Пошли, – скомандовал Коржавин, – Ольга, будь наготове, Бойко, Умар, прикрывайте ее.

Они вошли в зал с колоннами, в середине его были живописно разбросаны подушки и шкуры, на полу стояли кувшины, высокие кружки и вазы с фруктами. А на подушках возлежала прекрасная женщина в короткой облегающей тело тунике, с роскошнами иссиня-черными волосами и огромными зелеными глазами.

– Познакомьтесь, друзья, перед вами – прекрасная Артемида, – голос Иленева звучал неожиданно торжественно.

Богиня снисходительно кивнула и произнесла низким бархатным голосом:

– Я приветствую гостей из далекой… Лемурии, – в словах богини звучала едва заметная насмешка. Коржавин понял, что заготовленная наспех легенда никуда не годится.

– Прости, богиня, но перед тобой мы должны быть правдивы. История про Лемурию – это для смертных, ты же должна знать правду.

Артемида благосклонно наклонила голову:

– Я рада, что ты сам произнес эти слова. Эти стены нельзя осквернять ложью. Мне жалко было бы лишать вас жизни, гости у меня бывают не часто.

Коржавин хотел продолжить рассказ, но женщина остановила его:

– Тебе не стоит утруждать себя. Поверь, я знаю о вас достаточно. Все-таки я – богиня.

Султангиреев не стал сдерживать кривой усмешки. Богиня обратилась к нему:

– Не волнуйся, воин, я не могу занять место твоего бога, на роль Создателя я не претендую.

– Бог один, – назидательно сказал Султангиреев.

– Создатель один, – согласилась Артемида, – а названия и имена прочих – просто слова. Поэтому, давай не будем говорить о том, чего мы оба не понимаем. Приглашаю вас быть моими гостями, – и она царственным жестом показала на подушки рядом с собой.

Еда была восхитительна. В середине двадцать первого века животные стали жертвами мутаций, вызванных тремя веками промышленной цивилизации и пятьдесятью годами направленной биоинженерии. А сейчас они ели мясо косули в ее изначальном естестве, такой, какой она была создана изначально, ели рыбу, еще полчаса назад плавающую в кристально чистой воде и фрукты, не знающие химических удобрений, пили сладкое пенящееся вино, наполовину разбавленное ледяной родниковой водой. Прислуживали за столом бородатые гномы, неизвестно каким образом попавшие в мир Артемиды из явно более северных мест. Они с поразительной ловкостью сновали между развалившимися на подушках гостями с заставленными посудой серебряными подносами.

– Я не буду сегодня разговаривать с вами о важном сегодня, – голос богини притягивал и завораживал, – вы должны отдохнуть, – она сделала повелительный жест, и гномы, подхватив за руки, подвели к мраморному бассейну с теплой водой.

– Ну что же, – объявил Бойко, – кто как, а я – в ванну.

Он сбросил одежду, нырнул в бассейн, и, отфыркиваясь, завопил от удовольствия. К нему присоединилась необремененная лишними комплексами Ольга Рейн, а затем, секунду помедлив, Коржавин и Султангиреев. Вода тысячами пузырьков приятно щекотала разгоряченную кожу, смывая пот и грязь и унося усталость и тяжелые мысли. Когда они вышли из бассейна, то обнаружили, что услужливые гномы утащили их одежду и взамен принесли белоснежные туники.