Гордон Диксон - Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека

Джим посмотрел на солнце и прикинул, что до полудня оставалось около трех часов. Он подошел к ручью, жадно напился и растянулся на траве. Утренняя прогулка расслабила его. Он почувствовал вялость и умиротворенность. Машинально он запрятал голову под крыло и мгновенно заснул.

Его разбудил голос Брайена, который жизнерадостно повторял музыкальное обещание того, что следует ожидать водяным драконам от Невилла-Смита.

Джим сел и увидел обнаженного рыцаря, стоящего в ручье. Тот окатывал себя холодной водой, непрерывно распевая. Доспехи лежали на траве, а расправленная на земле или висящая на вбитых кольях одежда просушивалась на солнце. Джим поднялся и, подойдя к одежде, принялся изучать ее. Он предположил, что Брайен выстирал ее и развесил на просушку. Но все уже высохло.

— Блохи, сэр Джеймс, — весело крикнул Брайен. — Блохи! Черт подери! Они обожают размножаться в гамбесоне под доспехами больше, нежели в каком-либо другом предмете гардероба джентльмена. А горячее солнце или жаркий костер быстро изгоняют их из швов.

— Что?.. Да, безусловно, — сказал Джим. — Проверенный способ.

Джиму не пришло в голову, что проблема паразитов окажется универсальной — как в этом средневековом мире, так и в средневековье его собственного мира. Он возблагодарил творца, что шкура дракона была слишком толстой и жесткой для этих настырных созданий. Он поглядел на солнце. Оно стояло в зените.

— Арагх вернулся? — спросил он.

— Нет, — сказал Брайен.

— Кто сказал: «нет»? — проревел голос Арагха. Он появился из-за дерева, которое вряд ли могло служить ему укрытием. — Я вернулся некоторое время назад. Кто сказал, что меня нет!

— Никто, сэр Волк, — весело ответил Брайен, выходя из ручья. Руками он отряхнул с тела и ног последние капли воды и стал одеваться, не утруждаясь вытереться насухо.

— Через мгновение мы тронемся в путь.

Мгновение растянулось в несколько минут, прежде чем Брайен оделся, облачился в доспехи и оседлал коня. Затем он забрался в седло.

— В путь? — спросил он.

— Да, — отозвался Джим.

Арагх метнулся вперед и растворился в лесу. Джим и Брайен последовали за волком.

Они повстречали его через две поляны. Тот со скучающим видом ожидал их.

— Ясно, — проворчал он. — Гонки черепах. Так? Ладно, придется мне плестись рядом.

И, соразмерив темп, он пошел вровень с ними.

— Я не намерен пускать коня рысью по жаре только ради того, чтобы ублажать тебя, — сообщил Брайен.

— А почему бы и нет? Это единственно нормальный способ передвижения, — пробормотал Арагх. — Впрочем, поступай как знаешь. Нет, не сюда, сэр Рыцарь.

— Я знаю дорогу к замку Малверн, — высокомерно отчеканил Брайен.

— Дорогу — несомненно, — заметил Арагх. — А я — кратчайший путь. По дороге вы доберетесь до замка через полтора дня. А я до захода солнца выведу вас к Малверну. Ступайте за мной. Впрочем, как пожелаете, мне это безразлично.

И он, низко помахивая хвостом, свернул вправо. Джим и Брайен остановились и переглянулись.

— Но так мы спустимся к низовьям реки Лин, — запротестовал Брайен. — А ближайший брод в пятнадцати милях вверх по течению.

— Это его владения, — возразил Джим. — Вероятно, следует доверять словам Английского волка.

— Сэр Джеймс… — начал было Брайен, — но тут же смолк. — Согласен.

Он развернул коня, Соратники последовали в направлении, выбранном Арагхом, и скоро нагнали его.

Они путешествовали сквозь пряные теплые полуденные часы. Лес стал реже. Разговор не клеился. Арагх и Брайен перекидывались недовольными «сэр Рыцарь» и «сэр Волк» всякий раз, когда Джим пытался завести беседу. Но постепенно холодок во взаимоотношениях растаял, когда они нашли общую тему: презрение к человеку по имени Сэр Хьюго де Буа де Маленконтри.

— …послал загонщиков в мой лес! — негодующе рявкнул Арагх. — В мой лес! Как в свои охотничьи угодья. Но охоту я ему сорвал, задрав с полдюжины лошадей…

— Лошадей?!

— А почему бы и нет? — сказал Арагх. — Люди в доспехах заботятся о своей шкуре, разъезжая на чужих четырех лапах. Английский волк не позволит сесть себе на спину!

— Джентльмену не обойтись без хорошего коня. Не обязательно для охоты. Я всегда спешиваюсь и иду на кабана с копьем.

— А? В компании двадцати или тридцати — для верности.

— Ничего подобного. Неоднократно я в одиночку отправлялся на охоту в заросли.

— Смелый малый, — неохотно признал Арагх. — Кабан — это дело серьезное. Тварь хоть и безмозглая, но шутки с ним плохи. Бросается на всех. Единственный способ справиться — отступить в сторону, атаковать сбоку и переломать ногу-другую, если сумеешь.

— Благодарю за совет, но я предпочитаю копье. Я принимаю атаку и рогатиной удерживаю кабана на расстоянии. Потом, улучив момент, вытаскиваю изогнутый легкий фальчион и пронзаю кабану глотку.

— Дело вкуса, — проворчал Арагх. — Но прислужники де Буа не любители передвигать ногами. Я убил двоих, искалечил восьмерых, ну а потом подоспел главный отряд, вооруженный арбалетами.

— Отлично потрудился!

— Ага, и все за один день. Но де Буа ускользнул. Выбил солдата из седла, забрал коня и умчался прежде, чем я успел броситься в погоню. Неважно, — зарычал Арагх. — Я успею отловить мерзавца.

— Если я не убью его первым, — заметил Брайен. — Клянусь святым Жилем! Он имел дерзость ухаживать за мадемуазель Герондой!

— Де Шане?

— Да! За дамой моего сердца! Девять месяцев от сего дня, на рождественском пиру у моего повелителя герцога, я отвел его в сторону. «Лорд барон, — сказал я. — Пусть не осквернит лица дамы моего сердца твое ублюдочное дыхание. Или я буду вынужден, вспоров живот, вздернуть тебя на твоих же кишках».

— Что он ответил? — поинтересовался Арагх.

— Понес чушь, что его наемники освежуют меня заживо, если поймают на своих землях. Я рассмеялся в ответ.

— А он? — завороженно спросил Джим.

— Тоже засмеялся, тварь. Рождественский пир у герцога. Мир на земле, добрая воля и все такое… Никто из нас не хотел затевать публичной ссоры. На такой ноте мы и расстались. Потом я отвлекся на водяных драконов, а сейчас подвернулся поход с сэром Джеймсом. Но день еще придет, и мы встретимся.

И так до бесконечности… и на ту же тему.

В середине дня, пробравшись через плотный кустарник, они вышли на берег реки Лин. Не медля, Арагх зашел в воду, продолжая двигаться поперек течения к противоположному берегу. Вода доходила ему до спины. Джим и Брайен остановились.

— Но здесь же нет брода, черт подери! — воскликнул Брайен.