Дьяченко Нина - Детектив-чародей

Она подошла к кровати Стэллы: - А ты как?

– Ты спасла мне жизнь, у тебя и вправду великая сила.

– Она скоро встанет, - проговорила Люмис, поставив брошенную книгу на полку. Затем она подошла к Марии, совершила над Стэллой несколько пассов, шепча заклинание.

– Ой, оздоровительное заклинание, я знаю! - воскликнула Мария и начала помогать. Стэлла прикрыла глаза и улыбнулась: - Приятно… какие вы молодцы.

– Думаю, тебя не многому придется обучать, - заметила Люмис, когда они покидали комнату. - А теперь, позволь мне показать замок, он полностью скопирован с университета, уж не знаю почему. И тоже весь волшебный. К тому же, я должна вручить тебе комплект карт… чтобы ты всегда была в курсе, кто из нас жив.

– Да, я видела такие у Дарины.

– Мы их уничтожили - я постаралась. Нельзя, чтобы они находились у белых магов. Кстати, я приготовила для тебя прекрасные покои.

Мария никак не могла привыкнуть к своим покоям, занимающим целый этаж. Целыми днями она расхаживала из спальни в ванную, из кабинета в комнату отдыха. Но чаще всего она выходила на балкон, любуясь необыкновенно красивым видом: лес, горы, водопады. Ей нравилось, когда ветер касался её лица, натягивал платье на тело. В строго определенные часы она занималась чёрной магией. Её учителями были все, каждый из них преподавал тот предмет, который любил больше всего. Том вздумал обучать её фехтованию на мечах, саблях и шпагах, и стрельбе из лука. Мария сразу догадалась, что его энтузиазм вызван желанием затащить её в постель, но от занятий не отказывалась.

Загадочный Дэвид преподавал ей трансформацию и карате. Стэлла - вызывание духов, Люмис - целебные травы и парапсихологию.

– А где же остальные маги, почему они так редко у нас бывают? - как-то не выдержала Мария. - Их что, всех убили? Сколько нас сейчас на самом деле?

Тот странно улыбнулся, рисуя пентаграмму мечом на каменных плитах пола. Он как раз демонстрировал перенос кошки из одного мира в другой.

– Остальные? А нас тебе мало? Мы одни можем заменить целый университет… белой магии.

– Я знаю, но я рада, что прошла эти дурацкие курсы. Так где же они?

– Сейчас их нет: шастают по другим мирам. Некоторые ищут свою любовь, другие - славу, третьи угнетают и властвуют. Они редко тут бывают, в основном приходят по ночам: опустошают буфет, а потом снова исчезают. Пошли, хоть портреты посмотрим.

– Ой, они же есть у меня на картах! Но портреты - лучше.

Они прошли в картинную галерею, пустынную и одинокую, как келья монаха. Портреты во весь рост заполняли комнату. Маленькую комнатку, освещаемую электрическими лампочками.

– У вас и электричество есть! А почему я его никогда раньше не замечала?

– Потому что оно не настоящее - чары. Тем более что мы все любим свечки, керосиновые лампы и свет камина. Портреты умерших торжественно сжигают, - пояснил Дэвид. - А на живых можешь полюбоваться. Итак, сперва дамы.

Стэллу Мария узнала сразу, она была первой. Ветер развевал длинные платиновые волосы, а голубое длинное платье облегало фигуру. Люмис была изображена в греческой тунике, девушка натягивала лук - словно целясь в смотрящего.

– Она действительно выглядит как ведьма, - тихо заметила она. - Подожди, мужчин всего три, а женщин - четыре.

Дэвид никак не прореагировал на её замечание. Они подошли к следующему портрету. На нём в скованной позе стояла рыжеволосая женщина с сияющей белой кожей, её нежное тело едва прикрывал широкий, алый пояс на чреслах. Обнажённую грудь украсило золотое ожерелье с огромным рубином как раз между полушариями груди. Её глаза: серый и голубой, лукаво соблазняли.

– Арина, - пояснил Дэвид. - Могла бы стать очень сильной ведьмой… но, предпочитает заводить новые романы. Она, кстати, поклонница чар молодости. Как и многие колдуньи после сорока. Арине пятьдесят пять. А ведь не скажешь.

Другая девушка оказалась белокожей брюнеткой в чёрном. Её длинное платье скрывало тело, а беленькая ручка держала воткнутый в землю кинжал.

– Похожа на католичку, - усмехнулась Мария. - А ещё на инквизиторшу.

– Точно подмечено, - ухмыльнулся в ответ Дэвид. - Сара - еврейка. Однажды в каком-то мирке чуть не угодила на костёр.

– А вот это - Анжела, - Дэвид показал на девушку, так похожую на Катю, что у бедной Марии защемило сердце. - Анжела… она так похожа на Катю. Одно лицо! - невольно вырвалось у неё. Дэвид снова промолчал. - А это Далила, и её любимый мир. Мария с любопытством уставилась на острые скалы, тёмно-серое небо и хмурый океан. В окружении скал стояла девушка с загорелой кожей и каштановыми волосами. Её глаза были серыми. - Анжела - самая невзрачная из всех, - как бы невзначай заметил Дэвид. - Да и самая слабая. Она - моя родная сестра. Можно сказать, она среди нас по блату. Хотя… я действительно удивился, найдя её на карте после смерти моей жены Аноры. Кривая улыбка пересекла его губы, как уродливый шрам. - Странная замена, я до сих пор не могу к ней привыкнуть.

– К чему: сестре или к замене? - колко спросила Мария. Она почувствовала, что Дэвид не слишком любит сестру. Её это задело, может быть, потому, что она невольно перенесла чувства, испытываемые к Кате на Анжелу.

Дэвид промолчал.

– А вот наши рыцари: Алёша Попович, Илья Муромец и Добрыня Никитич, - шутливо произнёс он, обращая её внимание на остальные портреты.

Мария с любопытством взглянула на настороженных, замкнутых мужчин. Один из них, одетый с ног до головы в чёрное, как ниндзя, демонстрировал только свои глаза: зелёный и серый, словно очень стеснялся всего остального. Худощавый мальчик, с заложенными за спину руками, он стоял на голом песчаном берегу, на фоне тёмной реки и серого неба.

Она подошла к другому портрету: юноша, романтически облачённый в настоящие рыцарские доспехи - только шлем с золотым султаном держал в руках. Светлые волосы до плеч, обаятельная улыбка чуть повзрослевшего ребёнка, гордо выставленный подбородок. Рука на позолоченной рукояти длинного меча в серебряных ножнах.

Третий был полуобнажённым гигантом, величиной мускулатуры способный посрамить самых мощных "качков", - сущий Тарзан. Он скалился, напрягая мускулы. Его глаза были красными - оба.

– Итак, наш загадочный ниндзя - Андрей, наполовину японец. От него женщины - в шоке, мужчины - в трансе. Рыцарь - Ланселот. В прошлом исторический реставратор из толкинистов. Короче, романтик недобитый. А красноглазый гигант - Кобзар. Кстати, только у него, да и у моей сестры Анжелы не разные глаза. Они, кстати, самые слабые маги из нас, - саркастически сыпал замечаниями Дэвид. - И не потому, что у них мало сил - они ими не любят пользоваться, или применяют неумело. Короче, любители. Считают, что если у тебя уже есть магия, заклинания заучивать незачем.