Олаф Локнит - Волки Севера

— Где найти хорошего менялу? — спросил Конан, тяжело вздохнув.

— На улице Рыночных ворот, на самом рынке, на Золотой улице или на площади Копий,— отозвался владелец трактира.

Киммериец еще раз вздохнул и решил, что, когда вернется в Пограничье, устроит Эрхарду хорошую взбучку. И наплевать, что бывший десятник стражи нынче нацепил на себя корону!

Симпатичная служанка из местных уроженок принесла поднос с внушительным окороком и двумя кружками. Отхлебнув пива, Гуннар предложил:

— Хочешь, отведу к знакомому ростовщику?

— Договорились,— буркнул Конан и принялся за окорок.

— Оставь половинку,— попросил Гуннар, глядя, с какой скоростью исчезает мясо. Конан промычал что-то с набитым ртом, но, увидев, что его не поняли, погрозил кулаком.

— За мой счет жрет и делиться не желает! — весело удивился стражник.— Сидел бы сейчас голодный и без пива…

Конан отмахнулся от него и продолжил трапезу.

Наевшись и напившись до отвала, киммериец прислонился к стене, скучающим взглядом рассматривая закопченный потолок.

Гуннар, опершись локтями на стол, медленно прихлебывал терпкое светлое пиво, держа кружку обеими ладонями.

Сквозь мутную слюду окна с трудом пробивались алые лучи заходящего солнца. В Пайрогии наступал по-зимнему ранний вечер, однако посетителей в трактире не прибавилось. Хозяин скучал за стойкой. Горцы о чем-то шептались в своем углу, изредка бросая в сторону киммерийца настороженные взгляды. Конана они нисколько не беспокоили. Горцы выглядели слишком испуганными, слишком долго прожившими в городе, слишком одомашнившимся. Тигра нельзя приручить, но можно смирить и засадить в клетку.

Варвар знал, что эти не нападут первыми, но на всякий случай проверил, легко ли выходит из ножен Рангильдор.

Дверь внезапно с грохотом распахнулась: очевидно, ее наградили снаружи хорошим пинком. В трактир гурьбой ввалились человек восемь. Все в одинаковых куртках из толстой кожи с вшитыми стальными пластинами и заклепками. Тяжелые плащи, подбитые мехом, теплые стеганые шапки, а уж оружием увешаны — дальше некуда. У шестерых из-за плеч торчат рукоятки парных мечей, у двоих колчаны, полные стрел. У троих Конан приметил небольшие кистени, мелькнули странная длинношипная булава и тяжелая секира на длинной рукояти. Число разнообразных ножей, кинжалов, стилетов и мизерикордов, вообще, казалось невероятным.

Конан презрительно ухмыльнулся. Таким количеством орудий убийства обвешиваются только мальчишки-недоучки, стремящиеся произвести впечатление. Настоящие мастера и просто умелые воины никогда не станут нагружать себя лишним железом. Ну, как, скажите, можно одновременно использовать два меча, двуручную секиру, булаву и копье впридачу? Поэтому варвар не придел никакого значения тому, что вся веселая компания расположилась в двух шагах, за соседним столом. Гуннар, однако, беспокойно заерзал:

— Может, пойдем куда-нибудь в другое место?

Ответом ему был полный безмерного удивления взгляд.

— Мальчишек испугался? Они ведь и оружие толком держать не умеют!..

— Я знаю одного из них, вон того, с булавой на коленях,— Гуннару явно было не по себе.— Он из личной охраны Вегеля. А у советника в телохранителях настоящие мастера!

— Брось. Какой воин будет цеплять на себя столько побрякушек? — Конан по-прежнему не видел в оживленно болтающих парнях возможных соперников.

— Это маскарад,— убежденно ответил Гуннар, нервно глотнув пива. Конан заметил, что руки у стражника слегка дрожат.— Чтобы ничего не заподозрили. Они подождут, пока мы расслабимся, а потом нападут…

— Думаешь, они пришли за мной? — спросил, наклонясь к нему, Конан. Варвар больше не улыбался.

— Надеюсь, что я отобьюсь,— серьезно проговорил Гуннар.

— Пусть попробуют,— нехорошо ощерился Конан. Рангильдор под столом лишился ножен.

— Чего ты их так боишься? — спросил киммериец немного погодя.

— Как же бедному простому стражнику не бояться отродий Нергала…— неохотно ответил Гуннар.

— Что ты имеешь в виду? — перебил Конан.

— Ты что, не знаешь? — искренне удивился Гуннар.

— Не знаю чего? — теперь настала очередь Конана удивляться.

Гуннар понизил голос до едва слышного шепота:

— В охране Вегеля — оборотни и упыри. Так, во всяком случае, говорят знающие люди…

Киммериец ухмыльнулся углом рта:

— Знающие люди… Ха! Наслушался базарных сплетен…

— Пошел ты, варвар,— оскорбился Гуннар.— Я-то уж наверняка побольше твоего знаю!

— Не верю,— заявил Конан, но в душе у него шевельнулся клубок сомнений. Он припомнил, что говорил Джареф… «Может, Гуннар в чем-то и прав?» Варвару неожиданно стало не слишком уютно. За окнами окончательно стемнело, Кейлаш все не появлялся…

Веселая компания трепалась и пила пиво.

Конан и Гуннар в это время сидели, как на муравейнике — ерзали на табуретах и проверяли оружие.

Дверь снова хлопнула. В трактир ввалился несколько необычный посетитель — вымазанный кровью и грязью человек. Он, пошатываясь, остановился на пороге, оглядывая помещение белесыми пустыми глазами.

Конан с некоторым изумлением заметил, что у странного гостя нет зрачков, а пальцы вместо полагающихся ногтей заканчиваются толстыми, загнутыми когтями черного цвета.

В следующее мгновение жутковатое создание, испустив пронзительный крик, помчалось к столу варвара, подняв руки с растопыренными когтями.

Как утверждали друзья киммерийца, в миг настоящей опасности он мог действовать со скоростью молнии. Плащ и ножны полетели в одну сторону, отброшенный ударом ноги табурет — в другую. Растерянно моргающий Гуннар даже не понял, как оказался на грязном полу. Стражник больно ударился плечом, но не издал ни звука — слишком был велик страх перед несущимся прямо к нему чудовищем.

Все это произошло в течение одного вздоха. Взметнулся к плечу Рангильдор. Меч ярко сверкал и чуть ли не искрился.

Чудовище уже не имело ни малейшего сходства с человеком. Руки-лапы удлинились, глаза сузились, на голове выросли шипы, и в довершение всего за спиной взлетел хвост, оканчивавшийся длинным жалом.

Таких тварей Конану еще видеть не приходилось. Он не сомневался, что существо — порождение черной магии. «Все беды мира — от недобитых магов»,— страдальчески подумал варвар.

Создание прыгнуло, раскрыв зубастую пасть, правая лапа метнулась вперед, к горлу человека, неподвижно стоявшего с чуть опущенным мечом в руках.

Конан рассчитал все с точностью бывалого воина. Когда тварь оттолкнулась от пола, он левой рукой ухватился за край тяжелого стола и рванул его вверх. Дубовый стол с грохотом перевернулся, ударив существо по ногам и остановив прыжок. Оно яростно махнуло вытянутой лапой