Джон Бетанкур - Тени Амбера

Я покачал головой.

— Забудь о Хаосе — мы никогда не сможем вернуться.

— Но… это все равно дом.

От боли в его голосе у меня скрутило живот. Я знал, о чем он говорит. Такие же чувства у меня вызывал Илериум, где я провел детство, ныне бесконечно далекое.

— Хаос больше никогда не станет нашим домом, — произнес я. — Не после того, что Свейвиллл сотворил с нашей семьей!

Он неловко заерзал.

— Когда ты так говоришь, Оберон…

— К тому же, — добавил я, — у нас есть более насущные проблемы.

— Вроде твоей невесты?

Я пожал плечами и сделал еще один долгий глоток.

— Ну, что не так с Деллой, кроме внешности, не отвечающей твоим вкусам? Из нее выйдет отличная королева. Я всегда слышу о ней только хорошее. Нечасто встретишь красоту в сочетании с умом и мягким характером. И я готов поспорить, в постели она просто тигрица!

От одной мысли об этом меня передернуло.

— Так или иначе, королева Амбера мне не такой представлялась. Я хотел…

Я ненадолго замолк. Чего же я хотел? Мне трудно было выразить это словами. Но, начнем с того, что у моей идеальной женщины было человеческое лицо, и она и близко не походила на Деллу Дайр.

Браис. Я хотел кого-то вроде нее.

— К тому же, — произнес я, — мы порвали с Хаосом. Что за королева получится из такой женщины здесь?

— Полезная, — сразу ответил Коннер. — И ты это знаешь.

— А как же любовь?

— Ты что, поэт, что ли? — Коннер нахмурился. — Повзрослей уже, Оберон. Ты король. Ты не можешь позволить себе роскошь жениться из-за любви или красоты. Делла Дайр выносит тебе много прекрасных, сильных детей… много наследников.

Меня передернуло.

— Даже не упоминай наследников! Одна мысль о том, чтобы разделить с ней постель… — я встал и начал мерить комнату шагами. — По правде говоря, мне на нее даже смотреть противно! От одной мысли о том, чтобы разделить постель с этим существом у меня мурашки по коже!

— Тебе нужны дети, — спокойно ответил он. — Посмотри, со скольких начинал отец. А теперь у него остались только мы.

— Это не правда, — резко произнес я. — Мы оба знаем, что наша сестра Блейз где-то бродит, — много лет назад она решила, что Амбер ей не по душе и ушла исследовать другие Тени. — И, насколько нам известно, полдюжины остальных тоже живы. Их тел мы не видели. Мы не знаем, умерли ли они.

— Возможно, — признал он. — Но, думаю, будь они все еще живы, послали бы нам весточку. Я о тебе говорю, Оберон. Ты король. Тебе нужен сын… должна быть прямая линия наследования трона. Делла Дайр в этом поможет.

— Я хочу что-то — кого-то — получше. Кого-то, кого я смогу полюбить. К черту, я согласен на ту, от взгляда на которую меня не будет тошнить!

— Это не слова короля.

Подойдя к окну, я долго смотрел на далекое море. Волны поблескивали на солнце. Море выглядело таким мирным и чистым. Там я и хотел сейчас быть.

— Возможно, я не достоин быть королем, — медленно произнес я. — Я скучаю. По старым дням. Скучаю по веселью. Приключениям. Скучаю по любви.

Коннер схватил меня за руку и развернул.

— Да что с тобой такое? — требовательно спросил он. — Ты сильнейший в этой семье. Ты спас нас и привез сюда. Мы зависим от тебя, Оберон. Нам всем необходим этот брак. Это ради блага Амбера! Ради блага всех нас!

— Такое чувство, будто я в ловушку попал! — беспомощно произнес я. — Мне это не нравится! Мне это совершенно не нравится!

На миг мне почудилось, что Конер собирается меня ударить, но он этого не сделал.

— Это просто предсвадебное волнение, — наконец произнес он. — Тебе надо немного развеяться… повеселиться, пока не успокоишься. Все будет не так плохо, как тебе кажется.

— Что ты задумал? — спросил я.

— Переговоры с Дайрами, наверное, продлятся день или больше. Забудь о них. Мы ведь вечером спустимся к твоим подружкам-русалкам, верно? Сделаем все как надо. Устроим пикник и всю ночь прокутим. Увидишь, утром все представится в лучшем свете. Тебе просто надо гульнуть.

— Это ты так считаешь, — прорычал я.

— А, — сказал он, — если ты все равно не захочешь жениться на Делле Дайр, ради тебя с ней я разберусь.

Я озадаченно посмотрел на него:

— Разберешься с ней? Как?

— Подробности оставь мне, — он хищно усмехнулся. — Ты не единственный в этой семье, кто умеет разбираться с делами, знаешь ли.

— Хорошо, — сказал я. — Предоставлю это тебе. Но предупреждаю… если в итоге женишься на этом репкоголовом чудовище, сам виноват будешь!

— Доверься мне! — ответил он. — У меня есть изящный хитрый план…

Подаренной им надежды хватило, чтобы отставить бутылку и вернуться к работе. Слегка пьяный, но не настолько, чтобы забыть о Делле Дайр, я спустился, чтобы снова встретиться с архитекторами и посмотреть чертежи новой западной башни. Все-таки, они всю ночь работали над их составлением; по крайней мере, после моего одобрения чернового варианта они могли начать реконструкцию.

После часа попыток просмотреть чертежи вместе с архитектором, я сдался. Моя голова пульсировала; глаза болели. Я не мог нормально сосредоточиться на насущной работе. Здесь, внутри замка, так близко к Делле Дайр, я не мог перестать размышлять о ее внешности. Куда бы я ни поворачивался, везде мне чудилось это жуткое лицо.

Наконец, я бросил бумаги на стол, поднялся и двинулся к двери.

— Завтра закончим, — бросил я через плечо. — Если не можете ждать, обратитесь к моему отцу.

— Да, сир, — ответили они с легчайшим намеком на разочарование в голосе.

Никуда конкретно я не шел, но в итоге оказался в конюшне. Мои ноги приняли решение за меня. Я мог и прокатиться; возможно, я успею утомиться, а потом вздремнуть, прежде чем спуститься к морю с Коннером. У меня еще было четыре или пять часов до того, как мы должны были отправиться на наш пикник.

— Приведи моего коня! — окликнул я ближайшего конюха, и тот убежал. Спустя две минуты он вывел Аполло, уже оседланного и тщательного ухоженного.

Аполло был боевым конем высотой в семнадцать ладоней, полностью черным за исключением одного белого «носка». Как и любому из моих коней, пыла и характера ему было не занимать.

Вскочив в седло, я развернул коня к воротам и послал его вперед. Он поскакал к побережью решительным быстрым галопом. До пикника с Коннером у меня еще четыре или пять часов, так что я и сам могу повеселиться!

Мы пронеслись по дороге, сквозь город и через дюны к пляжу. Затем Аполло перешел сначала в рысь, затем в шаг. Пот покрывал его шкуру; фыркая, конь рассекал низкие волны, разбрызгивая пену. Похоже, ему это нравилось.