Наталия Малёваная - Игры богов

— Не боюсь, — прошептала я и проснулась.

Надо мною склонился Геракл, рассматривая мое лицо. Такие родные синие глаза. Геракл наклонился, чтобы меня поцеловать.

Да как он смеет! Зевс, извини, но твоего сына нужно наказать. Плохой, непослушный сын!

Я ударила, отталкивая Геракла. Он полетел к ближайшему дереву, упал, но мгновенно встал, его глаза смотрели на меня со злостью.

Ха, все равно не такие, как у отца.

— Да как ты смеешь, девчонка! Я сын самого Зевса! — сурово сказал Геракл.

— Мое имя — Натти. И не зазнавайся. Я знаю, чей ты сын, — я стала в боевую позицию.

— Как ты смеешь мне отказывать?! — Геракл сердился еще больше. Он вытянул меч и сделал шаг ко мне.

— Ах, ты дитя! Что, не получил игрушку и обиделся? — сказала я и засмеялась, вытягивая свой меч. — Еще заплачь.

Геракл пошел в наступление, но не дошел до меня, как лужайку залило золотое сияние. Появился Зевс, а вслед за ним Гермес в синем сиянии. Я спрятала меч, опустилась на одно колено и склонила голову, не смотря на того, кто стал мне таким дорогим.

— Приветствую тебя, Зевс, — промолвила я. — И тебя, Гермес.

Никто из богов не сказал и слова, будто меня здесь и не было.

— Отец, — сказал Геракл приветствуя.

— Приветствую тебя, сын, — сказал Зевс. В его словах ощущалось тепло и любовь. — Как твои дела?

— Хорошо, отец, — сказал Геракл. — Мне, осталось выполнить десять заданий, и я искуплю вину.

— Хорошо. Натти, — мое имя Зевс произнес холодно. — Ты должна помогать моему сыну выполнять задания. Это понятно?

Если он изменился, стал холодным, я тоже покажу свой характер, который исчезал, когда Зевс был добр со мной. Я белая и пушистая, но иногда кусаюсь.

Я встала на ноги.

— Я помогу ему, — сказала я, встречая взгляд бога. — Но пусть твой сын не распускает свои руки и не пробует меня поцеловать, или еще что-то сделать. Я не потерплю такого отношения к себе. Пусть я твоя игрушка, но не твоего сына.

Я говорила спокойно, но в свои слова вложила угрозу.

— Что? — Зевс был удивлен. О, мне удалось его удивить. — Что ты сделал? — обратился бог к Гераклу.

— Ничего у меня не вышло, — сказал Геракл виноватым голосом. Почти поверила, я же не Станиславский. А потом прибавил сурово. — Если она твоя игрушка, то ее нужно научить покорности.

— Иди сюда и я научу тебя покорности, — выкрикнула я.

Гермес спрятал улыбку.

— Тихо! — крикнул Зевс.

Геракл отвел взгляд, а я наоборот смотрела богу в глаза.

— Не смей поднимать меч против моего сына, — Зевс поднял руку, и меня скрутила сильная боль. Я уже когда-то ее ощущала. Наказание.

На этот раз я лишь упала на колени и не промолвила ни единого звука, не уронила ни одной слезы. Было очень больно, но я продолжала смотреть Зевсу в глаза. Он смотрел на меня гневно и безжалостно.

— Ты не такой, — мысленно сказала я ему. — Не такой. Я знаю тебя настоящего.

— Ты ошибаешься. Я именно такой, — мысленно ответил Зевс. Ни грусти, ни сожаления в его голосе не было.

— Мне безразлично. Но лучше когда ты улыбаешься, — сказала я так тепло, как только могла.

— Я не умею улыбаться, — гневно и холодно.

Зевс опустил руку. Боль исчезла, но я продолжала стоять на коленях.

— Чтобы больше такое не повторялось, — сказал вслух Зевс и исчез.

Гермес подошел ко мне, грустно посмотрел в глаза и погладил рукой по щеке.

— Ты никогда не подчинишься, — сказал он кротко.

— Никогда, — ответила я улыбаясь.

— А меня ты тогда отправила отдыхать на две минуты, — улыбнулся бог, посмотрев на Геракла.

— Просто тогда мне было удобнее бить, — я встала на ноги.

— Ты не меняешься, — сказал бог. — Но это мне и нравится.

Гермес исчез.

После этого Геракл стал относиться ко мне как к другу. Больше не цеплялся.

Однажды он спросил:

— Так ты ударила бога? Гермеса?

— Да, — безразлично ответила я.

— За что? — удивился Геракл.

— Он попробовал меня поцеловать, — спокойно ответила я.

— И как тебя наказали? — Геракл заинтересовался.

— Меня не наказали, — ответила я и улыбнулась, вспомнив, как смеялся Зевс, когда я ему все рассказала.

Геракл промолчал.

С каждым днем девушка нравилась мне еще больше. Того дня я так и не поймал лань, поэтому возвратился на лужайку. Девушка спала. Я наклонился над ней, рассматривая. Она открыла глаза и нежно посмотрела на меня. Я попробовал ее поцеловать, за что она оттолкнула меня на добрых пятнадцать метров. Вот это сила! Но она не просто отказала мне, она меня обидела этим. Я выхватил меч.

Она же сама говорила, что игрушка Зевса. То почему не может быть и моей?

Я пошел в наступление, когда появился отец и Гермес. Я знал, что отец меня любит, но и я покорялся его гневу. Девушка опустилась на колено. Боится — подумал я. Но после слов Зевса она встала и посмотрела ему в глаза. Мало того, она с вызовом говорила с ним. Презрения отец не прощал. Он поднял руку, и девушка упала на колени. Невероятно! Я видел, как отец так наказывает, даже боги кричали от боли. А от девушки я не услышал ни единого звука. С тех пор я стал уважать ее. А слова Гермеса меня вообще удивили. Она ударила его. Кто же она на самом деле? И я согласился со словами Гермеса. Она не покорится.

Глава 11

На следующий день Геракл снова отправился ловить лань. На этот раз я ему помогала. Уже настал вечер, а мы так и не поймали лань. Мы остановились отдохнуть, и тут из лесной гущи вышла юная девушка, с луком в руках, стройная блондинка с серебряными глазами. Похожа на своего брата, но у него глаза золотистые.

— Артемида, — Геракл склонился в поклоне. Богиня посмотрела на него, а потом перевела взгляд на меня и улыбнулась. Я промолчала, просто кивнув головой, в знак приветствия.

Не нужно Геракла пугать дружескими отношениями с богиней.

Геракл объяснил Артемиде свою цель.

— Я с радостью помогу тебе, сын Зевса, — сказала богиня и хлопнула в ладони, из леса вышла лань.

Геракл с ланью ушли, а я осталась стоять на лужайке.

— Привет Артемида! — я подбежала и обняла богиню.

— Привет, — улыбнулась она. — Ну, как тебе сын Зевса?

— Очень похож на отца, — промолвила я. — Такой же упрямый и самоуверенный.

Богиня улыбнулась.

— Артемида, что с Зевсом? — спросила я нерешительно.

— А что с ним? Он такой же, как и всегда, — но подумав, она прибавила. — Хотя он удивил нас, когда захотел сыграть. Он давно не брал участия в играх.

— Понятно, — ничего я не понимала. — Я рада тебя видеть.