Линн Флевеллинг - Ларец Душ

- Удивительно, что мы не встречались прежде, — сказал Рельтеус, когда в результате первого кона двумя змейками они взяли в капкан с полдюжины алековых фишек.

- Мы с Алеком вращаемся в более скромных кругах, — улыбнулся Серегил.

Рельтеус в ответ засмеялся:

- За игорным столом, как говорится, все равны.

- Но вы ведь оба знакомы с Эрцгерцогиней Алайей, не так ли? — сказал Селин, сам того не подозревая, повернув разговор в нужное русло.

- О, замечательная дама, — промурлыкал Серегил. — Однако сомневаюсь, что она в действительности помнит меня. Она любила при случае ущипнуть меня за щеку, когда я бывал при дворе. Однако мы не общались с ней уже целую вечность.

- Говорите о вечности, Серегил, хотя по вам и не скажешь! — воскликнул Рельтеус, и кинув кости взял ещё две фишки Алека. — Ох уж эта ауренфейская юность! Можно только позавидовать. Не знай я что к чему, Лорд Алек, я бы решил, что и в вас имеется капелька этой крови. В вашей внешности тоже есть что-то такое. Но вы же родом из Майсены, не так ли?

- Да, из Майсены. Но поговаривают, что имеется некоторое смешение кровей, — пояснил Алек, как всегда, когда разговор заходил об этом. — Моя семья вела торговые дела и частенько бывала на юге.

- А. Что ж, Вам идёт. Вам так не кажется, Серегил? — Рельтеус подмигнул Серегилу.

- Да, безусловно, — Серегил двинул фишку, закрыв змейку Селина.

- Так это правда, то, что про вас двоих рассказывают?

Серегил вскинул взгляд с легкой полуулыбкой.

- Скорее всего да, что бы то ни было. А Вы хорошо знаете Алайю?

- О да. Я бываю в её салоне. Вы, кстати, должны присоединиться к нам. Уверен, она, как любительница прекрасных юношей, будет только рада вашему обществу. Впрочем, в первое время от вас потребуется немного развлечь всех, и судить о вас будут в соответствии с тем, как вы себя проявите.

Серегил про себя усмехнулся. Он знал, что значит это «немного развлечь».

Они провели за игрой несколько часов, причём деньги кочевали от одной пары к другой с переменным успехом. Затем все вернулись к карточному столу, решив попытать счастья в «Охотника и Ястреба». Тут уж Серегилу просто нещадно везло, так что остальные вскоре просто сдались и бросили эту затею.

- Что-то у меня пересохло в горле от этих игр, — заявил Селин. — Куда бы направить свои стопы в такой час, чтобы промочить горло?

- Знаю одно весьма гостеприимное заведение, — сказал Серегил.

Все они направились к экипажу герцога, и Серегил указал вознице, как проехать к дому Эйруал, который находился чуть ниже по улице, со своим розовым фонарём, приветливо сиявшим над входом.

- Ваша Светлость, милорды, прошу вас, входите! — швейцар Маниус тут же проводил их внутрь. — Я доложу хозяйке о вашем прибытии.

Роскошный приёмный зал был полон куртизанок и их покровителей. Прекрасные женщины на любой вкус прохаживались тут и там в своих шёлковых нарядах и драгоценностях, достойных любой леди, развлекая выбравшего их на этот вечер патрона или даже нескольких. В доме под розовым фонарём патронами были исключительно мужчины. Другие цвета — белые, голубые, зеленые — означали иные комбинации. Однажды Алеку довелось по незнанию забрести в такой дом под зеленым фонарём. Он очутился в компании куртизанок мужского пола, готовых всячески услужить ему. Он здорово позабавил тогда Серегила.

Нынешняя комната отличалась элегантностью, равно как и экзотичностью убранства, что отражало вкусы хозяйки. Стены украшали не фрески, а гобелены, что, несмотря на внушительные размеры, придавало помещению довольно уютный вид. На гобеленах были представлены весьма откровенные, но при этом не лишённые вкуса, сценки разнообразных плотских утех. Воздух наполняли ароматы благовоний — мускуса и пробуждающих чувственность. В дальнем конце комнаты какая-то блондинка, перебирая струны лютни, аккомпанировала Мирриции, которая пела любовную песенку.

Маниус ненадолго удалился вверх по золоченой лестнице в задней части комнаты, и вернулся, сообщив, что Эйруал принимает посетителей.

Они нашли её возлежащей в широченной кровати под шёлковым балдахином. Откровенно эротические фрески, покрывавшие стены, в свете дюжин изящных свечей пчелиного воска казалось, шевелились, живя своей собственной жизнью. Как было принято на этой особенной улице, да и, откровенно говоря, в некоторых лучших домах на улицах Золотого Шлема и Серебряной Луны тоже, она управляла своим ночным салоном прямо из постели, в которой она лежала, облокотившись на роскошные шелковые пуфики, одетая в роскошный халат из расшитого бархата, из-под которого виднелась распахнутая кружевная сорочка и обнажённая грудь. Здесь же находилось несколько её куртизанок в подобных же дезабилье, а также с полдюжины молодых посетителей, среди которых былГерцог Мальтуз. Все они беседовали и смеялись, угощаясь вином и сладостями.

- Серегил, любовь моя! И красавчик Алек! — игриво приветствовала их Эйруал. — О, да с вами ещё друзья. Герцог Рельтеус, как я рада Вас видеть. И ещё один прекрасный юноша, — она с улыбкой подмигнула Селину. — Мы не встречались ли на празднике Алека?

- Да, госпожа, — промямлил в ответ Селин, который выглядел слегка растревоженным.

Для вновь прибывших тут же нашли места и налили вина.

Рельтеус сделал глоток из своего кубка и кивнул.

- Даже в такие времена у Вас прекрасное вино, дорогуша. Как Вам это только удаётся?

- О, у меня свои источники, — ответила она и повернулась к Алеку с шаловливой гримасой.

— Так что же вас привело ко мне нынче ночью? Уверена, вы ищете не моих услуг.

- Конечно же, исключительно Ваше общество, милая леди, — ответил тот.

Эйруал рассмеялась и повернулась к Рельтеусу.

- Понятия не имела, что Вы знакомы с парочкой этих мерзавцев.

- Мы познакомились только нынче вечером, однако я уже успел убедиться, что лучше играть с ними заодно, чем против них.

- Да уж, я продул им уйму денег, — сказал ему Мальтуз. — И всё равно, кажется, не готов отказаться от их компании.

- И я начинаю понимать, почему, — заявил Рельтеус, и Серегил отметил, что тот уже успел слегка набраться, так что окружение, судя по всему, было для него вполне комфортным.

Серегил показал ему поднятый кубок.

- За то, чтобы впереди нас ждало ещё много таких беспутных ночей. Ну какая жизнь без удовольствий?

- За удовольствия!

Алек с Серегилом лишь едва пригубили вино, в то время как остальные пустились во все тяжкие. Когда герцог был достаточно пьян и весел, Серегил подмигнул ему:

- Как я понял, Вы завсегдатай салона Эрцгерцогини Алайи. Она тоже принимает в таких фасонах?