Дмитрий Кондратьев - Путь воина

Услышав эти слова, крестьяне заметно оживились и начали оживлённо обсуждать предложение Сорка. Но спустя пару минут, обсуждение прекратилось — дверь трактира с шумом открылась, и в зал вошёл высокий воин в сопровождении нескольких гвардейцев. Сорк увидев вошедшего, сразу поспешил ему на встречу. А я, присмотревшись к нему, сразу понял, что в трактир зашёл старший брат Инера. Поздоровавшись с Сорком, он сразу направился к нашему столу. Тепло поздоровавшись с Лерсом и Гролом, он повернулся ко мне и протянул руку:

— Берк.

— Олег. — Представился я, пожимая его руку.

— Наслышан. — Улыбнулся он. — Рад знакомству.

— Взаимно. — Так же широко улыбнулся я. — Бых надеялся, что ты приедешь намного раньше.

— Я тоже на это надеялся. Но задержали дела. Отец решил, что отныне управление баронством полностью ложиться на мои плечи. Я осведомлён о том, что здесь недавно произошло. Как я понимаю, в зале сейчас находятся спасённые крестьяне.

— Да. — Ответил на его вопрос Сорк и продолжил. — Я предложил всем остаться жить у нас в деревне.

— И что они решили? — Заинтересовался Берк.

— Пока ничего. Думают.

— Думают. — Задумчиво повторил слова Сорка Берк. Несколько минут Берк задумчивым взглядом рассматривал притихших крестьян. Затем, приняв решение, он встал и подошёл к ним.

— Я Берк, барон Лорг. — Представился он крестьянам. — Я подтверждаю предложение старосты деревни. Более того, с тех, кто решит остаться в деревне, в течение двух месяцев не будет взиматься арендная плата за землю. Кто решит остаться в деревне, подходите к старосте и он покажет свободные участки земли и места в деревне для домов.

После своего обращения Берк вернулся к нам за стол, а крестьяне, поняв, что мы их больше не задерживаем, негромко переговариваясь, направились к выходу. Пару минут Берк с задумчивым видом пил пиво, которое для него принёс Сорк. Затем тряхнул головой и обратился ко мне:

— Чуть не забыл. — С этими словами он достал два небольших кожаных мешочка, которые положил передо мной на стол. — Твоё жалование.

Берк продолжил пить пиво, а я обратился к Сорку:

— Не подскажешь, где поблизости можно купить хорошую одежду?

— Через два дня у нас в деревне будет большой торг. Сюда съедутся купцы и ремесленники. Найдёшь всё, что тебе нужно.

— Берк, какие ты привёз новости из столицы? Есть у меня эти два дня? — Поинтересовался я.

— Ещё как минимум дней десять. Раньше вам в столице делать нечего. — Берк допил пиво и повернулся к Гролу. — Солдат оставишь в деревне. В замок поедем с моим эскортом. Как и когда менять солдат, решишь сам. Но с этого дня в деревне постоянно должен находиться десяток. — Повернувшись к Сорку, Берг добавил. — На всякий случай. Так будет спокойней людям и мне.

Сорк кивнул. Берк резко поднялся из-за стола:

— Поехали в замок. Устал я, надо отдохнуть.

Увидев, что я не тороплюсь на выход, Берк вопросительно посмотрел на меня.

— Я остаюсь. Мне надо о многом поговорить с Лерсом, да и посмотрю, как живут люди в деревне. А там и купцы приедут. Так что останусь тут минимум на три дня.

Берк пожал плечами — вольному, воля и широким шагом направился к выходу. Грол поспешил за ним. Я повернулся к Сорку:

— Есть в трактире комнаты?

— Конечно, есть. Сейчас скажу сыну, он подготовит для тебя комнату.

— Вот и хорошо. — Я обратился к Лерсу. — Может, возьмём кувшинчик пива и посидим на свежем воздухе?

— Я видел под деревом возле трактира столик. — Поддержал меня Лерс.

— С караванами и проповедниками всё ясно. Теперь давай поговорим, зачем тебе в пограничной страже понадобились служащие Сыскного приказа. — Лерс сразу приступил к делу, как только мы присели на улице за стол.

Машинально почёсывая за ушами сидящего у моих ног Дика, я начал излагать Лерсу свои мысли:

— Нужна служба, которая будет отслеживать все странные и непонятные события на границе и около неё. Кто-то будет проявлять интерес к тому, как охраняется граница, где ходят патрули и сколько в них людей. Понятно, что законопослушному подданному это не интересно, а вот тем, кто замышляет на границе свои тёмные делишки эта информация нужна как воздух. Солдаты не смогут профессионально отслеживать этих людей, да и времени на это у них не будет. По этому я и просил, что бы к пограничной страже прикрепили нескольких служащих Сыскного приказа.

Лерс допил своё пиво и задумчиво сказал:

— В общих чертах я понял твои мысли. Несколько человек я подберу, а там будет видно.

— Я хотел спросить у тебя, да всё забывал, какие наказания для преступников в империи?

— Раньше всё решалось просто — за мелкие нарушения плети и под надзор Сыскного приказа, а вот за опасные преступления стирали память. Сейчас за мелкие нарушения поступают так же, а опасные преступники сидят в тюрьмах — память уже не сотрёшь. Ты представляешь. — Лерс от избытка эмоций даже начал размахивать руками. — Пришлось даже построить несколько довольно больших тюрем.

— И чем они занимаются в тюрьмах?

— Как чем — сидят.

— Ты хочешь сказать, что грабители и убийцы сидят и ничего не делают. — Удивился я.

— А, что они должны ещё делать? — Удивился Лерс.

— В империи нет работы? Везде хватает рабочих рук?

— Работы очень много и рабочих не хватает. — Не понял моих мыслей Лерс.

— Именно. Не хватает. Так, скажи мне — почему кто-то сидит, ест и пьёт за счёт империи и ничего не делает?

— Не ходи вокруг и около, а скажи, что ты думаешь по этому поводу. — Начал терять терпение Лерс.

— Всё просто — пусть приносят пользу империи на тяжёлых работах. Конечно под охраной. А самое главное — как поработали, так и поели.

— А, если кто-то откажется работать?

— Пусть сидит голодным. Или пусть его кормят родственники за свой счёт. Думаю, что император найдёт лучшее применение сэкономленным деньгам, чем содержание дармоедов за счёт империи.

— Жёстко. — Задумался Лерс. — Но, справедливо.

— Скажи об этом Хелару, пусть доложит императору. Решать, как поступить ему.

— Ладно. — Лерс посмотрел на небо. — Пора мне ложиться спать — завтра выезжаю с рассветом. А твои мысли, я сам доложу императору.

Я тоже решил, что мне лучше завтра встать пораньше и, позвав Дика, пошёл вместе с Лерсом на второй этаж трактира, где были наши комнаты.

В роскошной комнате царил беспорядок — несколько массивных стульев были перевёрнуты, на полу валялись клочки бумаги, а возле камина валялись осколки вазы. Посредине комнаты стояли два человека в неброской одежде серых тонов и, боясь вздохнуть, слушали, что кричал стоящий перед ними пожилой человек в роскошной, увешанной драгоценностями одежде: