Особенности укрощения небожителей (СИ) - Лебедева Ива

— Я не поняла. А почему их двое? Два мужа? А что, так можно было?!

Одна из хвостатых девиц уперла руки в боки.

— Я тоже хочу двоих! — тут же взбодрилась самая младшая лисичка, едва не подпрыгивая на месте от возбуждения.

— А у меня будет трое! — насупилась хищница. — Или четверо! Один — обязательно демон!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Какое у вас ограниченное воображение. Надо заводить сразу гарем! — чуть насмешливо улыбнулась самая старшая по виду девушка.

Яоши вздохнул, хмуро зыркнул на девиц, на меня, на лисьих родителей, втихомолку потешавшихся над молодежью. Особенно свирепо пронзил взглядом Яна. И прошептал мне на ухо:

— Знаешь, Жень, они мне кого-то напоминают.

— Ага, вылитые хаосята, — согласилась я. — Теперь понятно, с кем ты мне изменял!

— Хаосята? Подожди, у него еще и ребенок есть? И не один?! — внезапно снова обратили на нас внимание девушки.

— Бездна… — простонал Яоши.

— Она самая, — ответила я, наблюдая, как за спиной у нас открылся портал и из него вывалилась целая толпа народу.

Глава 35

Яоши:

Глубокая ночь радовала практически непроглядной даже для демонических глаз темнотой. Пасмурно, небо заволокло тучами, ветер завывает, и сильно пахнет сырой травой и грязью. Даже в божественном поместье такая погода называется «собаку за порог не выгонишь». Идеально, в общем. Во всяком случае для того, кто решил сбежать незамеченным от кучи чересчур любопытных лисиц.

Слава всем высшим существам, эти порождения рыжей бездны не знали о моем втором зверином облике. И если способность оборачиваться косаткой (о которой они узнали из моей истории) вдали от моря мне точно ничем бы не помогла, то вот маленький белый котенок — очень даже.

Осталось только вымазать все это белое пушистое непотребство в ближайшей луже — и вуаля! Теперь я очень черный кот в очень черном саду. И пахнет от меня тоже не котом, но это частности. Сбоку неестественно прошелестела листва: ищут, извращенки! Но ищут взрослого демона, так что у меня неоспоримое преимущество.

— Может, дом Тай Жень в кольцо возьмем? Он явно туда ломанулся, — раздался голос старшей сестры Янью, обычно спокойной и не особо вредной Тан Ли, прямо у меня над головой. От неожиданности я чуть не метнулся в сторону, выдавая себя.

— Ну… он тоже не идиот. Сразу поймет, что как минимум одна из нас будет там в засаде сидеть, — ответила ей Тан Яо, вторая по старшинству из четырех сестер. — Хотя это ж Инь-эр, он думает мало и не всегда логично.

«Вот кто бы говорил! А вообще, я вас тоже очень люблю!»

Пришлось подавить порыв недовольно замотать хвостом из стороны в сторону и зарыться в грязь поглубже. Ничего-ничего, нас с Тай Жень в канализацию смывало, в болоте топило. А тут всего лишь водичка с землей. Прохладненькая, и никто не кусает.

И как я оказался в таком незавидном положении? Да все просто: произошло именно то, чего я всегда так боялся и из-за чего упорно не желал раскрывать лисьему семейству все карты. Меня посадили под домашний арест!

И ладно бы только тетка Янли вспылила, так еще и император добавил масла в огонь, практически издав новый указ, запрещающий мне покидать поместье бога терпения. Про вмешательство в императорское расследование вообще лучше промолчать.

«С этим врагом даже твой отец не справился, Инь-эр. Так что будь благоразумным и позволь взрослым разобраться с проблемой».

И если бы только этим все и ограничилось! Мало того, что меня нагло заперли, так еще и жену отобрали! Под предлогом «обследования» после получасовой лекции с подзатыльниками за семь скормленных разом божественных персиков.

Янли пришла в ужас и утащила Жень к себе в отдельный павильон, бормоча что-то о меридианах, которые вот-вот то ли порвет, то ли выжжет от такого количества энергии. Я решил умолчать, что скармливали мы их ей вместе с Янью. Потому что я в лекарском деле (по мнению лис) чуть умнее дупла и потому спросу с меня — как с акулы милосердия. А вот брату за такие эксперименты тетка может и что лишнее открутить, несмотря на то что это ее родной сын. Нет, не так. Именно потому, что это ее родной сын.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В итоге проверок и прочих манипуляций моей жене выделили отдельное жилье как «выздоравливающей под наблюдением лекаря». И меня к ней не пустили! Крыса пустили, главное! А меня нет! Под предлогом «она устала, а я ее затрахаю» (это цитата! Господин император, видать, от тетки Янли нахватался лекарской бесцеремонности). Если даже не в прямом смысле, так разговорами.

Предатель Янью, который еще вечером при встрече обнимал меня как родного, теперь только мямлит что-то про «маме лучше знать». И отказывается помочь нам сбежать. Про его сестер я вообще молчу — эти «помогут» так, что потом сто лет не очухаешься. Уже вон… помогают. Обнаружили мое отсутствие в месте временного заключения и открыли охоту. Хорошо хоть, змей не позвали. Этих тоже целый выводок. Правда, там в основном парни — аж трое — и всего одна девица. Но по вредности и высокомерию она переплюнет весь лисий ансамбль вместе с демоническим довеском. Брат тетки Янли в свое время хорошо постарался увеличить их поголовье. Еще бы, как в легенде: сам себе змею, в смысле жену, спас. Вот и пришлось парню отрабатывать по полной неумение вовремя сбежать от спасенной. Мне повезло, что сейчас это семейство на другом материке и выполняет миссию посланников (читай: засланцев) в Штатах.

Лисицы наконец разбежались в разных направлениях, и я медленно, мимикрируя под комок грязи, пополз в сторону дворика Тай Жень.

«Я кочка, кочка, кочка, я вовсе не кошак!» — этот мультик Жень тоже показывала зверодетям, мне понравился. Но тогда я не думал, что придется применить его к себе.

Сложнее всего оказалось преодолеть последний участок пути: красный шелковый фонарь мотался на ветру, освещая крыльцо и посыпанную белым гравием площадку перед павильоном. М-де. Что-то я не продумал в маскировке — как теперь от нее избавиться? Грязная кочка на белом фоне заметна не только любой мимопроходящей лисе, но даже последнему дурню.

— М-мрхяу, — как можно жалобнее прохрипел я под окном жены, имитируя бедное и уставшее животное. На случай, если с Тай Жень сейчас кто-то сидит, она вполне может представить меня как одного из своих любимцев. — Мря…

И больше ничего не успел, даже вякнуть. Потому что из окна со скоростью броска змеи высунулась рука. Сграбастала меня за шкирку и втащила в дом. А через секунду под окном захрустел гравий и послышались возбужденные девичьи голоса, толкующие что-то про подозрительные звуки и запах демона.

— Одуванчик полевой вам, а не мое мяу, — шепотом сказала темнота, все еще держа меня за шкирку. — Фу, ты где лазил? Почему в го… грязный такой? Ладно, сейчас отстираем.

«Тиш-ш-ше! — предупредил я по ментальной связи, но это не помешало мне радостно замурлыкать в знакомых объятиях. — Говори так, а то рыжие чересчур ушастые, заметят».

— Да можешь хоть благим матом орать, они на дом звукоизоляцию поставили, — прокомментировал откуда-то из глубины павильона меланхоличный голос крыса. — Твоя жена тут такой концерт устроила, вот ей звук и выключили, причем с обеих сторон. Если бы она не сидела и не ждала, ловя отголоски ментала, мог бы хоть обмяукаться под окном: мы тебя не слышали. Но зато и эти бешеные лисы тоже не слышат нас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Ты все еще человек?» — нахмурился я. Хотелось перекинуться обратно в человеческую форму, но Тай Жень права — отмыть кошачью тушку и быстрее, и легче.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, прикинь. И эти дуры меня не узнали. Даже глазки строили. Бр-р-р-р… хорошо хоть, они решили, что я второй муж хранительницы, и не стали насиловать. Добрый повелитель, забери меня обратно в уютную клетку, а? Я уже скучаю по своему сяо-сяо, по простым и понятным проблемам и даже по твоим малолетним кляксам. Уют меня любит, приносит орешки и локву вне очереди. Не пытается оторвать все, что под руку подвернется!