Особенности укрощения небожителей (СИ) - Лебедева Ива

Судя по скептическим рожам двоих самых перемазанных, нам не слишком поверили. Но на наше счастье, старшим в патруле оказался тот дядька, что с добродушным лицом. И без его команды нас вязать и тащить, кажется, никто не будет.

А Яоши тем временем разливался дипломатическим соловьем:

— Но я очень рад, что этого выброса хватило на то, чтобы позвать вас! А то бродить по болотам без возможности использовать ци и минимальных запасов… — Он драматично замолчал.

— Понятно, — серьезно кивнул старший в патруле, но глаза его, вроде бы улыбчиво прищуренные, все же смотрели цепко и внимательно. — Тогда вы не будете возражать, если мы доставим вас в ближайший надзорный пункт и оттуда уже свяжемся с официальным представителем Поднебесной?

— Эм-м… — внезапно смутился Яоши, вызвав тем самым волну подозрительности от волхвов. — «Пить так пить», — сказал котенок, когда несли его топить, — тяжело вздохнул он. — Конечно, мы не против. Только за.

— Ты чего? — тихонько спросила я, когда нас уже выстроили правильным треугольником в начерченном волхвами круге с какими-то вроде бы русскими, но тем не менее непонятными словами, нарисованными по его внешней стороне прямо поверх грязи чем-то светящимся.

— Официальным представителем Поднебесной является бог терпения. Муж одной небезызвестной тебе рыжей особы, — обреченно выдохнул демон.

— Так это же хорошо! — удивилась я. — Точно попадем к своим, как раз узнаем, что с Янью и кражей гуциня, и не засветимся перед тем гадским братом твоего отца.

— Наивная… — с другой стороны поделился своими чувствами еще один внезапный комок депрессии и безысходности в виде одетого уже в нормальную одежду белка. Волхвы оказались людьми культурными и милосердными, отмыли Яна каким-то заклинанием и выделили ему запасной комплект из своих запасов.

— То есть да, ты, конечно, права, — уныло вздохнул Яоши. — И к своим, и не засветимся, и все узнаем. Но…

— Меня уже начинает подташнивать, — прикрыл рот руками Ян-Ян.

Я недоуменно посмотрела сначала на него, потом на Яоши. Тот послушно разъяснил:

— Рефлекс, как у собаки Павлова. Тетка его ядами кормила, и он противоядие производил. Тем самым способом. Вот теперь, как только ее видит, установка и срабатывает. Хорошо еще… кхм… с другого конца выделять ничего сразу не начинает! — невесело хохотнул демон.

— А еще со мной играли! — с невыразимой тоской наябедничал крыс. И содрогнулся. — Все дети! По очереди!

Я аж не поверила, присмотрелась внимательнее, но нет, все верно: Яоши развернулся и поглядел на Ян-Яна с самым настоящим сочувствием.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Все-все?

— Начиная с первой девочки-младенца, заканчивая твоим дружком и его ненормальной подружкой-смеской, — снова передернулся Ян. — Она запихивала меня в глотку змее, чтобы выяснить, переварюсь я или нет, с моей-то регенерацией! Даже змея была против, но паршивку такие мелочи не волновали! И это еще цветочки. Обо всем остальном даже рассказывать не хочу.

— А когда меня приводили, вроде тебя уже не было, — задумчиво покачал головой мой демон.

— Да, потому что маленькая садистка в последний раз меня едва не убила, несмотря на столь хваленую регенерацию танфушу, — кисло кивнул преступник. — И Янли запретила, наконец, давать меня детям. Это было как раз до твоего приезда. После этого они начали играть уже с тобой. Не думал, что когда-то скажу это, но… спасибо! Издеваясь над новеньким демоненком, мелкие изверги успели забыть о бедной зверушке.

— Понятненько… — задумчиво резюмировала я, мельком отметив, что портал у волхвов не в пример удобнее, чем у демонов. Круг просто мигнул, и болото сменилось на какую-то слегка обшарпанную, но большую комнату, немного похожую на школьный класс, из которого вынесли все парты.

Глава 33

Яоши:

— А наши имена называть обязательно? Сообщите только о Тай Жень. — Как говорится, перед смертью не надышишься. Конечно, в любом случае забирать мою жену придет сам бог терпения, но хотя бы без тети… надеюсь. А если сообщат мое или крысы, пиши пропало. Тут сразу все семейство нагрянет, включая друзей и дальних родственников.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Действительно, — мрачно сказали вдруг у меня за спиной. — Его имя можно и не называть. Я его и так знаю.

Я резко обернулся и почувствовал настоятельное желание вжать голову в плечи, а еще лучше спрятаться за Тай Жень. Увы, подлый крыс меня опередил и занял это вакантное место.

А я через секунду выдохнул. Дядя Юншен смотрел как раз на Ян-Яна. Таким взглядом, что поссум едва подавил порыв пригнуться, чтобы скрыться за женской фигурой полностью.

Ну, я сильно изменился за последние годы, от мелкого подростка не осталось и следа. Может, не узнает? Надо было еще волосы и глаза перекра… тьфу! Ци-то нет и не предвидится ближайшие пару дней!

— За мной! — коротко скомандовал полномочный посол Поднебесной империи, расписавшись в каком-то документе, оперативно подсунутом ему старшим из волхвов. — Быстро!

Ну да, да. Отец Янью всегда был скуп на слова. Хуже него только змей. А вот прилететь по одному месту от них могло… хорошо хоть, что только за дело. За очень серьезное дело — недаром он бог терпения, а не чего-то еще.

Беда в том, что сейчас как раз такой случай, когда сорвать с нарезки может даже Бодхисаттву. И если он меня узнает…

Шагая в открытый портал, я уже прикидывал, как бы подло бросить крыса на съедение и самому смыться, прихватив жену. Но просчитался. Потому что едва погасла светящаяся арка, за которой исчезла убогая караулка патрульных, сменившись мраморными стенами императорского дворца, как дядя Юншен развернулся и пронзил взглядом прицельно меня.

— Подойди.

Демоны, какое знакомое и неприятное начало разговора.

— Хм? Что-то не так? — попытался я состроить непонимающее лицо, полное скепсиса и сарказма.

— Подойди, — твердо повторил бог терпения.

Что делать… подошел. Меня осмотрели с головы до ног.

— Только учтите, уважаемый господин, всю мою ци выпил нестабильный портал. И если вы попытаетесь меня ударить, — я многозначительно посмотрел на его меч, закрепленный на поясе, — даже легонько, меня размажет тонким слоем по местным мраморным плитам!

— Глупый мальчишка, — выдохнул вдруг дядя Юншен и стиснул меня в объятиях так крепко, что у меня натурально ребра затрещали. — Идиот малолетний. Паршивец. Инь-эр…

— Согласен, дядя. Я… я, кажется… вернулся.

Горло перехватило как удавкой. Нет, я не буду рыдать. Не хочу, просто не хочу показывать все то сожаление. Ведь тогда получится, что все зря. Что я зря себя мучил, зря сражался один!

— Идем домой. — Дядя Юншен, как всегда, оставался тем, кому в одном можно доверять точно: никаких лишних слов и нотаций. Просто… просто «идем домой», и все. Словно ничего и не случилось.

— Я… — все еще запинался, сдерживая чувства. — А можно сразу к Янью? Минуя лисиц. А им как-нибудь потом, после тщательной подготовки?

— Нет, — твердо ответил дядя. — Домой. Там все узнаешь.

И главное, спорить бесполезно. Уж настолько я отца своего друга знаю.

— Ну хотя бы денька через два! Я ж сейчас без магии! Даже сбежать не смогу! Меня задушат и сожрут! — Все же попытаться стоило. Конечно, бесполезно.

— Инь-эр. — Одной строгой ноты в голосе бога терпения оказалось достаточно, чтобы я только обреченно выдохнул.

— Но я же не один! Пожалей хотя бы ребенка! Ей нет и тридцати! — И указал на Тай Жень.

— Я вижу. Все идем домой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— У-у-у-у… — тоскливым шепотом высказал мою мысль Ян, нагло уткнувшись мордой в спину моей же жены.

Юншен, наконец, удостоил преступника еще одним взглядом. И вдруг усмехнулся так незнакомо и недобро, что я аж посочувствовал крысу.

— Сейчас не полнолуние, — многозначительно хмыкнул он. — Неужели мозги и совесть проснулись? Не верю.

— Иди в задницу, — все еще из-за спины Тай Жень высказался шепотом крыс. А моя жена — нет, это натуральная наглость! — подняла руку и сочувствующе погладила паршивого поссума по пальцам, вцепившимся ей в плечо так, что аж халат складками пошел.