Елена Грушковская - Самый важный день в его жизни

Потом он гулял с Ладой в парке. Девушка посерьёзнела и замкнулась, не отвечала на его шутки и заигрывания, и ДК прекратил попытки "открыть" её. Они шли по аллее, держась за руки. Он купил ей цветы, истратив последние деньги из кошелька.

— Приходи, — сказал он. — Я жду тебя. Тебя я жду больше всех.

Она ничего не ответила.

В девять он вышел из дома. Жара спала, и в прохладном вечернем воздухе вилась мошкара и комары. Он не сел в свою машину, а поймал попутку, посулив хорошие деньги.

— Куда? — спросил водитель.

ДК назвал адрес. Водитель понимающе взглянул на него и кивнул.

— Поехали. Денег не возьму.

В пути сначала молчали. Ветер врывался в щель чуть опущенного окна и холодил лоб ДК. ЧУВСТВО совсем заполнило его, и улыбка теперь не сходила с его лица. Водитель, глянув, усмехнулся.

— Что счастливый такой?

— Сегодня был замечательный день, — ответил ДК.

— А, — сказал водитель. — Это хорошо. — И добавил: — А меня Глеб зовут.

ДК улыбнулся опять.

— Моего сына тоже Глебом зовут, — сказал он.

Они обменялись рукопожатием. Водитель вдруг спросил:

— А можно мне тоже… поприсутствовать?

— Да, конечно, — кивнул ДК. — Я буду рад.

Машина остановилась во дворе большого белого здания, похожего на больницу. Здесь тоже росли голубые ели — старые, роскошные. Вместе с водителем ДК поднялся на высокое крыльцо, прикрытое сверху козырьком, прошёл сквозь вращающуюся дверь. Глеб следовал за ним.

В большом, светлом вестибюле с мраморным полом было пусто и тихо. В будке вахтёра сидела седая женщина в сползших на самый кончик носа очках и проворно орудовала вязальными спицами. ДК подошёл и склонился к окошечку.

— Гм, здравствуйте. Куда мне пройти?

Вахтёрша, не отрываясь от вязания, ответила:

— Документ есть?

ДК просунул в окошечко бумагу. Вахтёрша глянула и снова принялась провязывать петлю за петлёй.

— Вас уже ждут. Четвёртый этаж, кабинет шесть.

— Большое спасибо.

ДК и Глеб поднялись по чисто вымытой лестнице на четвёртый этаж. В коридоре было пусто, тихо гудели светильники на потолке. Шаги по выложенному плиткой полу гулко отдавались в этой тишине. Бледно-зелёные стены, белые двери с серебристыми ручками.

— Чё-то тихо тут, как в морге, — пошутил Глеб.

ДК улыбнулся — в который раз за день.

— Это, наверно, потому что вечер уже, — предположил он.

— Наверно, — согласился Глеб.

На белой двери серебрилась выпуклая цифра 6. ДК вежливо постучал. Приветливый голос изнутри ответил:

— Да-да, войдите!

ДК с Глебом вошли, осматриваясь. Что ж, кабинет как кабинет. Чисто, уютно, комфортабельно. Внимание привлёк большой мягкий уголок с обивкой серо-чёрной расцветки, покрытой замысловатым узором из перьев и завитушек, бархатистой на вид. Уютные очертания этого дивана так и соблазняли присесть.

— Присаживайтесь, если хотите, — сказал тот же голос. — Только позвольте сначала ваше направление.

За большим тёмно-коричневым столом сидел улыбчивый молодой человек в сером костюме с галстуком. Когда ДК обернулся, он уже поднимался на ноги, протягивая руку за документом. Отдавая ему бумагу, ДК окинул его взглядом. Щупленький, с гладким, как у девушки, лицом — наверно, ему и бритва не требовалась. Волосы рыжеватые. А глаза, как ни странно, тёмные.

— Здрасьте, — запоздало поприветствовал его ДК.

— Здравствуйте, здравствуйте, — приветливо улыбаясь, ответил юнец. — Рад, что вы так пунктуальны. — И спросил, взглянув на Глеба: — Вы будете присутствовать?

— Э-э, да, — с запинкой ответил тот.

— Вы единственный?

ДК ответил за Глеба:

— Нет, ещё должны подойти.

— Ваши документы, пожалуйста, — обратился юнец к Глебу.

Тот достал из кармана водительское удостоверение.

— Только это с собой. Сойдёт?

Юнец слегка поморщился, но потом кивнул.

— Ну ладно, давайте. Присаживайтесь пока, я сейчас сверю все документы.

ДК и Глеб опустились на диван и убедились в его удобстве на деле. Полностью откинувшись на мягкую бархатистую спинку, ДК наблюдал, как юнец в костюме роется в толстых папках и листает многочисленные бумаги, озабоченно хмуря брови. "Вроде пацан совсем, — подумалось ДК. — А должность уже хорошую занимает. Высокооплачиваемая, наверно. Как у всех чиновников. Костюмчик-то — не из дешёвых".

На стене в кабинете висели большие круглые часы. Они показывали девять двадцать пять вечера. "Лёва обещал подъехать к половине десятого, — вспомнилось ДК. — Интересно, а Стелла придёт? Впрочем, зачем ей это? Она уже вычеркнула меня из своей жизни. Только бы Лада пришла — вот что главное". — Так думал ДК, расслабленно навалившись на спинку чрезвычайно удобного дивана. — "Век не вставал бы с него".

Наконец, молодой чиновник закончил возиться с документами и обратил взгляд на ДК.

— Ну что ж, вся документация в порядке, ничего не пропущено, везде в указанных местах стоит ваша подпись. — Он взглянул на часы, показывавшие девять тридцать пять. — Так, начало у нас в двадцать два ноль-ноль, да? Время ещё есть. Однако было бы желательно, если б граждане, которых вы желаете видеть, подошли пораньше.

— Они подойдут, — заверил ДК.

— Что ж, будем надеяться.

Раздался стук в дверь, и ДК встрепенулся. Молодой чиновник отозвался:

— Войдите.

В кабинет вошёл Лев. Его имя ему очень подходило: что-то львиное было и в его внешности, и в повадках. Коротко поздоровавшись с юнцом, он бросился к ДК и сгрёб его в свои мощные объятия.

— Ну, как ты? Нормально?

— Да, Лёва, всё хорошо, — ответил ДК. — Тебе надо, наверно, документы предъявить.

— Да, ваш паспорт или иной удостоверяющий личность документ, — подтвердил чиновник.

— Ага, сейчас. — Лев полез во внутренний карман лёгкой летней куртки. Достав паспорт, он протянул его молодому человеку. — Вот.

Пока чиновник снимал паспортные данные, ДК представил Глеба Льву.

— Познакомься, это Глеб. Он подвёз меня сюда.

— Ты чего мне-то не сказал?! — попенял ему Лев, возмущённо округляя светлые кошачьи глаза. — Брякнул бы мне, я бы за тобой заехал.