Эрик де Би - Темноты

— Чудный день привел вас к моим дверям, госпожа, — послышалось от Эллиса Колача, жирного и неопрятного мужчины, продававшего ювелирные изделия и тонкий шёлк. А также ножи, кремень и ручные арбалеты, если верить слухам. — Как вовремя. Я как раз нуждался в Страже!

— В Гвардии, — поправил Кален безразлично, но кажется, его никто не расслышал. Он продолжил наспех записывать слова продавца и мелкого мальчишки полуэльфа, обвинённого в воровстве.

— Говорю же, этот маленький кобольдский прыщ обокрал меня, — негодовал Колач. — Он был здесь дважды за последние десять дней, я клянусь... он, или кто-то похожий на него. Каждый раз это какой-нибудь голодранец-полукровка: обзывает меня и тащит мои товары!

— Жирная тупая свинья! — губы мальчонки расползлись в плутоватой улыбке. — Да я тут прежде никогда не был, или ты настолько тупой, что не умеешь отличать одних остроухих от других?

— Ах ты! — Колач угрожающе поднял кулаки.

— Господин, — голос Арэйзры был резок. — Успокойтесь, иначе я арестую вас.

Ничто в красивом лице валабрара — по праву считавшимся прекрасным во всём Глубоководье — не выдавало её раздражения. Благодаря умению сохранять профессионализм Арэйзра добилась уважения и любви в Гвардии, Дозоре да и во всём Глубоководье. Только знавшие её достаточно хорошо, как Кален, обратили бы внимание на то, как сжались от гнева кулаки девушки — её ногти, казалось, могли проткнуть насквозь перчатки.

— Приношу извинения, — с трудом сдерживая гнев, Колач заложил руки за спину и прочистил горло. — Я извиняюсь, прекрасная леди стражница.

— Гвардеец, — под нос пробормотал Кален и продолжил писать.

Сегодня разницу различали всё меньше и меньше. Городская Гвардия стала частью Стражи, и хотя гвардеец был — как профессиональный солдат — лучше вооружён и обучен, чем обычный стражник, звания ничего не говорили простому жителю. Кален, чьё звание два месяца назад приравнивалось к армару Стражи, этому особого значения не придавал.

Арэйзра назначила Калена своим помощником. В личном деле Дрен характеризовался чуть ли как не лев, которого нужно время от времени отчитывать за «впечатляющее, но, в то же время, излишнее усердие».

Теперь многое изменилось, хотя она, конечно же, не могла знать о том, что произойдёт, когда призвала его на службу. Первым же делом Кален сказал Арэйзре о том, что всё-таки данные преувеличены: его тело снедала изнутри тяжёлая, истощающая болезнь. Дрен знал, что наверняка станет для неё обузой и большим разочарованием: он был котёнком, но никак не львом.

Но в действительности Арэйзра питала большую любовь к котятам. Гвардеец улыбнулся.

— Шшш! Кален! — прошипела Таланна.

Тот обернулся и только тогда заметил, что Таланна тычет в него пальцем. Конечно же Кален этого не чувствовал — из-за своей болезни — но хорошо слышал. Он вопросительно поднял бровь.

Рыжая девушка примеряла сапфировое ожерелье.

— Ну как? Мне идёт?

Кален вздохнул и снова уткнулся носом в пергамент.

— А ты, мальчик? — обратилась Арэйзра к обвинённому в воровстве полуэльфу. — Ты кто?

Он почтительно склонил голову.

— Отец дал мне имя Луэт, милостивая госпожа.

Кален сделал пометку, припомнив, что «луэт» означает «загадка» на эльфийском. Вымышленное имя? Мальчик ничем не выделялся: неприметные черты лица и тела, только вот в серых глазах, разглядывавших Арэйзру, читались одновременно интеллект, хитрость и недоумение. Что-то в нём было не так. Шею Калена начало покалывать.

— И что ты можешь добавить? — требовательно спросила Арэйзра.

— Ничего сверх сказанного, милостивая госпожа, — ответил Луэт. — Этот набитый гневом волдырь сам не понимает, что он видел. Я просто любовался безделушками и побрякушками, а он начал меня обвинять в воровстве. — Мальчик развёл руками. — Ну а зачем мне драгоценности, а? Они лучше подчеркнут вашу красоту, добрая госпожа, — на этих словах он залился румянцем и подмигнул ей.

Кален заметил, как Арэйзра напряглась: однажды на службе Дрен сделал ей комплимент по поводу её внешности...и заработал фингал под глазом. Нельзя сказать, что она стеснялась своей внешности или того факта, что в неё влюблена добрая половина Стражи (а также половина магов, продавцов и младших лордов города), но когда в ней видели только красивое лицо, это доставляло ей неудобство и сильно раздражало.

Арэйзра, как обычно, спрятала истинные чувства под прекрасной маской равнодушия.

— Если нет никакого свидетельства, — ответила она, — я не в праве арестовать тебя, мальчик.

Луэт показал язык Колачу, который, казалось, пытался испепелить того взглядом. Затем продавец перевёл недовольный взгляд на Арэйзру. Таланна украдкой хихикнула. Кален украдкой улыбнулся.

— Ступай, дитя, — сказала Арэйзра мальчику и улыбнулась. — И в будущем, любуясь побрякушками, лучше к ним не прикасайся, хорошо?

Луэт оскалил зубы в ослепительной и самодовольной ухмылке и поскакал к дверям, где стоял Кален.

Как бы между делом, Кален схватил мальчика за руку.

— Стоять.

— Эй! — Мальчик попытался вырваться, но хватка Калена оказалась неожиданно крепкой. — Почему вы меня останавливаете, господин?

Не спеша, Кален зажал в зубах свои записи, затем нагнувшись, потянул за что-то из рукава мальчика. Оттуда показался яркий алый платок, в который были завёрнуты золотые и серебряные серьги и огромная брошь в виде дракона. Толстый торговец поперхнулся.

— Ну, — замялся Луэт. — Ну, я могу объяснить.

Колач изумлённо моргнул: это было ещё не всё. К концу платка был привязан другой, цвета морской волны после шторма, в котором была куча драгоценных камней. За ним последовал длинный шарф и, наконец, воздушное розовое нижнее белье, которое не постеснялась бы носить под зашнурованным корсетом какая-нибудь ночная бабочка, будь у неё деньги на шёлк.

— Ой, — послышалась от мальчика. — Это...

— Мои драгоценности! — выкрикнул Колач. — Вор!

— А ну стоять! — выкрикнула примерявшая браслеты Таланна. — Я держу его, Рэйз! — женщина устремилась вперёд: «рожки» при этом чуть не слетели с огненно-рыжей копны волос.

Мальчик вскрикнул и вырвался из хватки Калена, сбросив с гвардейца видавший виды китель. Полуэльф на бегу схватил алый платок, разодрал ткань и разбросал украшения по всей комнате. Кален потянулся было за ним, но тело Дрена сотряс кашель и тот согнулся в приступе вместо того, чтобы схватить вора. Луэт выскочил через дверь, а Таланна ринулась за ним. Налитый кровью Колач, не переставая раздражённо бормотать, устремился следом.

Арэйзра подошла к Калену — девушка выглядела взволнованно — и дотронулась до его плеча: