Ольга Березовская - По дороге домой

Он находился в специально оборудованном для связи с землей помещении, вот-вот должен был начаться сеанс. Из головы не шло вчерашнее происшествие: как она могла здесь оказаться? Видимо скоро узнаем, Лим вчера целый день с ней провозился, и ей стало лучше: ночью девушка пришла в себя, что пробурчала, а потом заснула. Целитель уверил, что, проснувшись, она будет в полном порядке. Радостна новость, нечего сказать, вся команда второй день не отходит от его каюты, которая временно превратилась в лазарет.

Кристаллики, вделанные в стол, тускло замерцали, из острия каждого вырвался луч, соединившись в центре, они образовали трехмерную проекцию и не кого-нибудь, а самого министра.

— Ну и какие новости, лорд капитан? — вяло спросил он.

С большим удовольствием оставил бы отпечаток своего кулака на твоей слащавой физиономии.

— Нет новостей, лорд Аббер. Уже три месяца никаких новостей. Все спокойно. На границах не происходит никаких аномалий. Продолжать экспедицию не имеет смысла. Мы возвращаемся. — Он четко с упором выговаривал каждое слово. Последняя фраза была как печать — обжалованию не подлежит.

Министр улыбался.

— Лорд Рокуэл, вы уверены, что ничего нового не произошло?

— Абсолютно.

— Да, но я очень четко ощущаю изменения в вашей ауре, да и ауре всего корабля. — Министр на минуту задумался. — На корабле новый человек? Вы от меня что-то скрываете? Позвольте вам напомнить, лорд капитан…

— Я ничего не скрываю, — он резко, на грани грубости, оборвал министра, — Вчера мы нашли женщину, сейчас она приходит в себя. Чуть позже я с ней поговорю. А в остальном…

— Не переводите тему. — Улыбка на лице лорда Аббера стала жесткой. — Женщина в открытом море, это по-вашему не аномалия? Вам следует серьезнее этим заняться. Поговорите с ней все выясните и продолжайте наблюдения. Следующий сеанс связи через месяц.

— Почему через месяц, завтра я уже буду точно знать, что произошло, возможно, все гораздо проще, чем вам кажется! Мы могли бы обсудить это и наше возвращение!

— О вашем возвращении не может быть и речи, в море ни с того ни с сего появляются люди, а вы хотите все бросить.

— А, по-вашему, я должен мотаться по всем морям и вытаскивать тех, кто может там оказаться?! — капитан уже не пытался быть вежливым.

— Не надо утрировать, лорд Роккуэл, вам дали конкретное задание, определили сроки. Я надеюсь, вы не собираетесь нарушить приказ? — нет, он не спрашивал, он давал обещание, если этот выскочка посмеет его ослушаться. Пусть попробует. — Поговорим через месяц. Есть вопросы?

— Нет. — Если министр и не услышал скрежета зубов, то это только благодаря большому расстоянию, разделявшему их.

Кристаллики погасли. Кулак с треском опустился на стол. Еще месяц, и это самое малое! Черт бы побрал эту бабу! Абберу не к чему было бы придраться, если бы не ее появление. Нужно было вчера утопить ее и никаких проблем.

Голова кружилась. Ужасно не хотелось открывать глаза. Легкая тошнота напоминало о том, что желудок совсем пуст и его неплохо было бы чем-нибудь наполнить. А какой, собственно говоря, день недели, на работу-то нужно?

Запах, какой-то непривычный запах. Свет ударил по глазам. Это не моя комната! Деревянные стены и потолок, такие тесные, что непонятно как здесь поместилась кровать. Рядом с кроватью столик, на котором в беспорядке расставлены баночки и мешочки. На стуле сидит и удивленно смотрит какой-то человек. Мама моя, что твориться!? Я что сильно выпила и мне это мерещится?

— Как вы себя чувствуете? — он смотрел на меня даже не удивленно, а как-то подозрительно.

Я честно пыталась сообразить, как ответить на этот вопрос, к тому же он был настолько насущным. Как я себя чувствую: а в своем ли я уме или уже нет, судя по всему?

— Не знаю.

Собеседник опешил:

— Как это не знаете?

Пожать плечами, это все на что меня хватило. Он растерялся еще больше. Его взгляд обшарил все доступное помещение, видимо ища поддержки, и не нашел. Потом у него созрела какая-то мысль, он собрался и произнес:

— Что-нибудь болит? Голова там… ноги…

— Нет. Только есть хочется… А вы собственно кто?

— Я? А, я целитель, меня зовут Лиммерет, можно просто Лим. Мы вас вчера в море нашли. Думали вы мертвая, а оказалось живая, — уверенность из голоса медленно пропадала, чему не мало помогало выражение лица спасенной. — Э-э… Ну вам капитан все объяснит.

— Капитан?

— Да. Я его сейчас позову.

— А?… Ага, — целителя уже и след простыл.

Совершенно некстати пришла мысль, что под одеялом на мне ничего нет, сейчас придет капитан, а я неодета. А одежда моя где, должна же ведь я была быть во что-то одета? Я оглянулась, ничего похожего на одежду видно не было, только на том единственном стуле сиротливо висел мой домашний халатик. Ну хоть что-то. Обмотавшись одеялом, я медленно встала на непослушные ноги. Холодная древесина выветривала дымку из головы. Пол почему-то казался очень неустойчивым, пока я пыталась обрести равновесие, дверь распахнулась. На пороге появился человек. Дымка из головы вылетела окончательно, уступая место страху. Было в нем что-то жуткое: обветренная, высушенная на солнце кожа, темные, растрепанные ветром волосы, темные жесткие глаза. Я машинально отступила назад, потеряла равновесие и не очень аккуратно приземлилась обратно на кровать.

В открытом дверном проеме, за спиной вошедшего, виднелась целая толпа людей, они молча расталкивали друг друга, пытаясь увидеть происходящее хоты бы краем глаза.

— Великан, закрой дверь! — рявкнул вошедший.

По телу побежали мурашки, возникло ощущение, будто я в чем-то провинилась.

Огромных размеров человек легко оттеснил всех зевак, которые еще минуту сопротивлялись тому, чтобы дверь была закрыта, но, явно проигрывая в физической силе Великану, все же уступили эту борьбу. Он, сложив руки на груди, подпирал дверь с видом полного безразличия.

— Великан, с той стороны дверь закрой, — ирония в голосе, правда какая-то не добрая ирония.

— Ну, капитан…

Они обменялись молчаливыми взглядами. Немой диалог длился недолго, Великан насупился и вышел. Я бы тоже вышла, если бы на меня так посмотрели. А, кстати, куда бы мне выйти?

Недоброжелательность чувствовалась в его взгляде, в его позе, даже в его молчании. Я внутренне приготовилась защищаться, не знаю отчего, может это просто страх. Капитан сел на тот единственный стул, на котором сегодня утром я увидела целителя. На мой взгляд пауза затягивалась, он молча исподлобья смотрел на меня, я так же молча смотрела на него. Я начинала нервничать. Ох, кто-нибудь мне скажет, что здесь происходит?