Стейси Кейд - Королева мертвых. Книга 2

— Некоторые люди не так зациклены на внешности, как ты, — тихо сказал я Алоне через плечо.

— Ага, на ее месте я бы тоже забила на свою внешность, — довольно громко ответила Алона.

— Сюда, — указала миссис Руц, когда мы приблизились к ней. Наградив Алону еще одним недовольным взглядом, она вскинула лопату на плечо и направилась к дому, не обращая внимания на Соню и его машину, словно их и не было тут.

— Прекращай это, — еле слышно сказал я Алоне, как только мы прошли мимо охранника и миссис Руц ступила на дорожку, ведущую к парадной двери.

— Ой, да ладно тебе. Даже ты не можешь винить меня в том, что на этот раз я не могу сдержаться.

— Я не шучу.

Задумчиво помолчав, Алона выдала:

— Ставлю десять баксов на то, что у нее на теле есть татуировка в виде якоря.

— Алона! — взмолился я так громко, как только мог себе позволить.

— Что? Видел ее?

Я злобно зыркнул на нее.

— Стыдоба ходить с такими усищами — аллё, есть такая штука как восковая депиляция! — и ты читаешь мне нотации…

Я ткнул пальцем вниз, показывая на ее ноги, мерцающие, как кадр из фильма, показываемого на испорченном кинопроекторе.

— Черт, — выдохнула она.

Состоя практически из одной энергии, Алона зависела от того, чтобы эта энергия оставалась позитивной, то есть хорошей. Что донельзя бесило Алону и немало развлекало меня.

— Она выглядит очень сильной и, наверное… отлично справлялась со своей работой, — осторожно подбирая слова, сказала Алона. Уверен, что ей до смерти хотелось вставить что-то типа: как тяжело ей было удержать рядом хорошего мужика. Или: как удобно доить коров, когда ты можешь носить их везде с собой. — Умеешь ты все испортить, — обвинила она меня.

То, что она должна быть хорошей, не моя прихоть, а правило существования здесь, но Алона ненавидит, когда я ей об этом напоминаю.

— Всё? — спросил я, задержавшись взглядом на ее взъерошенных волосах и чуть припухших после наших поцелуев губах.

Щеки Алоны порозовели, но она, как всегда, закатила глаза и, пройдя мимо меня, направилась к ожидающей нас на крыльце миссис Руц.

Мило. Приму это за комплимент.

Я укрылся за одной из огромных старых сосен, в большом количестве растущих на переднем дворе, чтобы меня не было видно проезжающим мимо машинам. Как только Алона прошла сквозь твердую деревянную дверь, словно та была из тумана, я поспешил к крыльцу. Мое присутствие позволит ей обрести физические качества и открыть для меня дверь.

Только вот она ее не открыла. Прошло пять секунд. Десять. Я чувствовал себя открытым и незащищенным, стоя на крыльце и отлично видимый со стороны дороги. Наконец дверь, заскрипев, приоткрылась.

Из-за нее высунула голову Алона.

— Добро пожаловать в поместье Вонючая Дыра.

В прихожей пахло плесенью и запустением. Поцарапанный паркет хотя бы казался цельным и прочным, в отличие от разрушенных до арматуры в некоторых местах стен — не знаю, то ли это подготавливали дом для сноса, то ли он сам пришел в такое состояние. Закрыть дверь мне не удалось, она сдвинулась лишь на несколько дюймов. Видимо разбухла от жары и влажности. Зашибись.

Свежий воздух и немного света помимо фонарика, засунутого мной в карман в последний момент, конечно, не помешают, но любой, приглядевшись с улицы, заметит, что дверь в доме открыта.

— Нужно пошевеливаться, — сказал я.

— Сама знаю, — ответила Алона, с отвращением отступая. Она вытерла ладони о шорты, оставив на них пыльные следы, заметные даже при столь скудном свете.

— Куда она пошла? — спросил я. — Ты ей что-нибудь не то сказала?

— Почему ты первым делом обвиняешь во всем меня?

— Потому что обычно ты и виновата? — предложил я ей ответ.

— Сюда, — позвала нас появившаяся из теней за нашими спинами миссис Руц. Мы оба вздрогнули.

Она прошла мимо нас — все еще с лопатой на плече — к лестнице, которая, видать, раньше была грандиозной и величественной. Теперь же, с покореженными без стоек перилами и прогнившими ступеньками, она походила на какой-то жуткий беззубый оскал.

Я двинулся за миссис Руц.

— Подожди, — остановила меня Алона.

Я напрягся, решив, что она услышала что-то снаружи, но, обернувшись, увидел, что она всматривается в темноту первой комнаты справа от входной двери.

— Что такое?

— Дай мне фонарик, — хмуро попросила она.

Я зажег его и передал ей.

Алона провела лучом фонарика по разрухе в комнате. Это было что-то вроде кабинета или маленькой гостиной. В дальнем конце зиял чернильно-черный проход в кухню или другую комнату. Стены покрывали прямоугольные дыры — похоже отсюда убрали встроенные полки. На полу валялись истлевшие книги и… Нахмурившись, я подошел ближе.

— Что это? — задала Алона вслух вертевшийся у меня на языке вопрос.

В центре комнаты, на полу в пяти точках в равном удалении друг от друга были расставлены черные металлические коробки. Толстые провода тянулись от каждой из них к чему-то, похожему на переносной генератор.

Коробки выглядели старыми, все в вмятинах и зазубринах, с облупившейся черной краской. Грубо запаянные углы говорили о том, что они не фабричного производства. Кто-то их сделал сам.

— Может, это для сноса дома? — предположил я. — Взрывчатое вещество для подрывных работ. Ничего тут не трогай.

Алона раздраженно вздохнула.

— Это не высотка в Вегасе. Они будут его сносить, а не подрывать.

Я покачал головой. Что-то тут было не так.

— Не знаю. Давай сделаем все по-быстрому и уберемся прежде…

— Сюда! — донесся сверху голос миссис Руц. Мы с Алоной подпрыгнули. Бывшая экономка была недовольна, если не сказать — сердита.

— Она другие слова знает? — спросила Алона.

— Идем, — позвал я ее, забрал фонарик и пошел к лестнице.

Светя фонариком впереди себя, я нашел миссис Руц, ожидающую нас на первом изгибе ступеней.

— Сюда, — повторила она, и в ее голосе послышалось облегчение.

— Очаровательна и красноречива, — проворчала Алона у меня за спиной. — Умеешь же ты выбирать их.

— Посмотри на свои ноги, — так же ворчливо предупредил ее я.

— Заткнись, — рявкнула она и тут же рассыпалась в похвалах архитектуре и стилю дома ("Настоящий деревянный пол!"), так что я снова был прав.

Ступени скрипели и стонали под нашими ногами, но, слава богу, не ломались. Когда мы поднялись, миссис Руц повела нас по длинному и темному коридору. Двери по обе его стороны, вероятно ведущие в семейные спальни, были открыты. Свет едва проникал в комнаты из-под заколоченных окон, но я не хотел освещать их фонариком. Я понятия не имел, что могу увидеть, и, честно говоря, даже мой уровень пугливости зашкаливал. Если я загляну в одну из комнат и наткнусь на пялящееся на меня чье-нибудь личико, то могу и дать стрекача. Спасибо, но двух призраков рядом было больше чем достаточно.