Наталия Белкина - Гиперборея

ГЛАВА 13

Мастер Сыч сковал для меня легкий меч, ведь там я могла рассчитывать только на свое ратное мастерство. Он же поведал мне и о том, что случилось с Яром после визита к Сердцу Матери-Земли:

— Мы знакомы с Яром уже очень давно. Он жил в той местности, что зовется сейчас Гиперборей, а тогда это была просто свободная и ничья земля. Еще до того, как Саргон заключил соглашение с вольными титанами, он ушел в Мир Людей, став смертным. Завел семью, у него появились дети. Он очень радовался этому. Но потом, что-то случилось. Он стал бояться смерти. Не знаю почему. Все люди боятся смерти… Тогда он и перехватил цветок папоротника и снова вытребовал себе бессмертие.

— А через несколько сотен лет ради меня снова расстался с ним без всякого сожаления, — закончила я повесть и, повертев в руке для сноровки свой новый меч, сунула его в ножны.

Я собралась уже было назад и успела даже попрощаться с Мастером и всеми его домочадцами, но вдруг вспомнила:

— Сыч, скажи-ка мне одну вещь.

— Какую?

— А Гавр тебя не спрашивал о том, как попасть к Сердцу Матери-Земли?

— Зачем ему спрашивать. Он и сам знает…

Намерения наместника Дремучего Мира были теперь ясны: все сводилось к одному. Он хотел стать смертным. Вот что он имел в виду, говоря, что "просто свернул не туда". Он направлялся именно к Сердцу Матери-Земли. Но по какой-то причине он свернул не в тот тоннель и попал Гиперборею. Возможно, просто ошибся. Такое и с титанами случается. Хотя…

Бес, отоспавшись и отъевшись, само собой увязался за мной. Я не стала его отговаривать. Поскольку Троя за каким-то чертом убежала с Гавром, мне нужен был хоть какой-то соратник. Пусть даже и Бес. К тому же, как ни странно это было для меня самой, я к нему привязалась. Конечно он — врун, хитрец и нытик, но не предатель. А это самое главное.

С тех пор как я покинула Гиперборею, прошло несколько суток, за это время там могли произойти значительные события. Что именно? Возможно, Хамсин уже мобилизовал всех верных ему титанов и направился в реликтовый лес. Возможно, Гавр успел что-то предпринять. Может быть, даже сонный ареопаг очнулся, наконец, поняв, какая им угрожает опасность. Ну, допустим, чтоб пройти через лес Хамсину понадобиться время. Лесные духи и лесные твари его задержат. А дальше? Гвардия ареопага не показалась мне боеспособной. Если она вообще была у ареопага.

Итак, пока я пробиралась уже более или менее знакомой дорогой обратно в Гиперборею, необходимо было составить план действий. В одиночку что-либо предпринимать мне было бессмысленно. То, что я узнала о своем происхождении, не меняло ситуации. В какой-то степени это повлияло только на мою самооценку: прибавило силы и уверенности. А в остальном — все та же растерянность и боязнь одиночества. Одна — я ничто, как и прежде. Значит — надо искать союзников.

— Госпожа, — послышался запыхавшийся голос сзади.

— Нет, Бес! — ответила я, все еще пребывая в своих мыслях. — Больше я тебя в сумке не понесу. Особенно после того, как ты отъелся у чуди. Поспевай, я тороплюсь.

— Может быть, не стоит так торопиться?

— С чего ты взял?

— Мне кажется, я конечно не уверен…

— Ну, что еще, Бес? — остановилась я и направила ему в лицо фонарь.

Кованный, почти произведение искусства, масленый фонарь Сыча осветил печально-взволнованную физиономию моего напарника. Я уже привыкла к его унылому виду с самого начала нашего пути. Дальние путешествия вовсе не для него. Но, что поделаешь? Он выполнял приказ Хозяина.

— Зачем нам так торопиться в самое пекло?

— Я что-то не понимаю: уж не я ли тебя уговаривала тащиться со мной? Ты сам напросился, между прочим, помнишь?

— Я просто хотел дать благоразумный совет.

— Ух ты!

— Не стоит ли нам переждать, пока все закончиться благополучно?

— А если все закончиться не очень благополучно, или даже вовсе не благополучно? Ты хоть представляешь, кто такой Хамсин, как он обижен и зол?

Я осмотрелась и нашла удобный каменный выступ, чтоб присесть. Привал надо было устроить еще минут пятнадцать назад. Ступни ног гудели от постоянного хождения по камням: подошвы ненецких унт были не слишком толстыми.

— Ты, госпожа, наверное, считаешь меня трусом? Но это не трусость, а благоразумие. Твоя сила не сможет тебе пригодиться там. А давно ли ты практиковалась в драке на мечах? Что бы ни затевалось в Гиперборее, тебе лучше быть в стороне.

Я внимательно, насколько позволил мне свет фонаря, посмотрела на Беса. Выражение его лица нисколько не изменилось. Тем не менее, он как-то странно изъяснялся, с нехарактерным для него красноречием.

— Бес, ты нравился мне больше, когда курил травку. Ты какой-то странный, честное слово…

Он словно не расслышал:

— Думаешь, мне не известно о твоем происхождении? Хозяин знает, как и все при дворе! Яр был на особом счету, потому и добыл символ власти наместника Дремучего Мира. На тебя же, его потомка, возлагалась иная миссия. Ты должна была отвлечь Гавра от тех мыслей, что когда-то сделали смертным твоего деда. Только получилось все наоборот. И теперь, когда ты ничем не сможешь помочь никому, тебе лучше оставаться в стороне.

Я молча слушала и дивилась внезапной речистости Беса и тому, что он говорил, но молчала лишь до его последней фразы.

— Да вы что все сговорились?! Это почему же вы меня считаете бесполезной?! И Гавр письма пишет! И ты еще! Вы что забыли? Я победила Бейшехира! А Хамсин вообще сдался без боя!

Да, я, пожалуй, слишком себя нахваливала, и разве это была правда? Конечно, я сыграла не последнюю роль в том бою, но что бы я могла сделать в одиночку, без Трои, без Китежа, без Евстантигмы? А если бы в нужный момент рядом не оказался Флакк?

— Не говори так громко, — ответил Бес на все это.

— Что еще?!

— Тише. Здесь совсем рядом тот тоннель…

Невольно я взглянула в темноту, но ничего, конечно, там не увидела. Достав карту, я убедилась в правоте Беса. Тоннель, ведущий в царство Энги, был в полсотни метров от нашего привала.

— Меня могут услышать?

— Кто знает. Лучше не рисковать.

— Бес, я все поняла. Твоя речь меня потрясла, в особенности в той ее части, где ты просветил меня по поводу моей совершенной несостоятельности. Только вот что: я возвращаюсь в Гиперборею не потому что собираюсь в одиночку сражаться с армией Хамсина. Я лишь хочу помочь, быть полезной, только и всего. И даже, если в этой войне мне придется сидеть в тылу и перевязывать раненых, я все равно приму в ней участие. К тому же ты, наверное, забыл: там Троя и Шабур. Я их бросить не могу.

— Что ж. Не говори потом, что я не предупреждал.