Денис Жмыхов - Дэнилидиса - непутёвый герой

  До того момента мне ни разу не приходилось потрошить невинно убиенную дичь. Но, вооружившись девизом "Всё в первый раз", я принялся за дело.

  Минут десять я молча и добросовестно издевался над тушкой и собой, сдирая тугую шкуру с клочковатым грязным мехом, но всё же не выдержал и решил вернуть разговор в интересовавшее меня русло.

  - Так это.... Гримир! Что ты там про "сероплащных ухарей" говорил? - Как можно непринужденнее поинтересовался я, сумев вклиниться в редкое затишье между смехом и подколами.

  Гном оборвал, хотевшую уж было сорваться с языка очередную колкую тираду, и удивленно воззрился на меня.

  - А что я говорил? - Немного глуповато переспросил он.

  - Ну что под сероплащниками ходили, грязь там какую-то разгребали. - Всё более невинно изрекал я, делая очередной уродливо-толстый надрез между жилами и шкуркой и пытаясь не так сильно измазаться в крови.

  - Ааа... - Протянул он. - Ты про это. Ну, было дело. Было...

  - Было-было. - Хмуро поддакнул Дрольд. И, кинув быстрый взгляд на непривычно нешумного гнома, добавил:

  - Рассказывай давай, раз начал. Думаю, от Илидиса не стоит это скрывать, а ему так это даже и на пользу будет.

  - Не учи свинью грязь разводить... - огрызнулся Гримир. - Я тоже так думаю.

  Он хмуро набил трубку и также хмуро ее раскурил, глядя куда-то в сторону. Пыхнув пару раз серым облачком, Гримир начал свой рассказ:

  - Вообще-то, то, что я сейчас поведаю, является что-то вроде тайны и разглашению не очень-то... эээ... подлежит. Но, если уж начали, то, в самом деле - чего кокетку из себя строить? Да и времени ужо изрядно прошло.... Да и не питаю я к этим ухарям особо теплых чуйств...

  Тут он вновь глубоко затянулся, чуть подождал и выдохнул очередное серое рванное облачко - никаких колец и изысканных сплетенных миражей. Продолжил:

  - Из Наемных Рот сероплащники эти выбирают лучших... Ну или наиболее удачливых. В общем, тех, кто прошел всю погань войны - от начала... От начала, а конца этому не видать, пока живой. Под Хротбургом нас тогда с Торгвином и заприметили. Не сразу, конечно. Поначалу присматривались, принюхивались, а потом, где-то годика через три-четыре, когда мы с Торгвином ужо вместе промышляли, в Роте Ильмана, пригласили нас на задушевную беседу за кружечкой травяного настою....

  Гримир вдруг скривился и даже сплюнул с досады - и не понять было, то ли это от морального неудовлетворения, то ли от того, что пришлось ему, превозмогая себя, глотать в тот злосчастный день горячий травяной отвар, а не единственно-нормальный напиток всех времен и народов.

  - Мы тогда аккурат под Южгородом стояли, - вспоминал гном, периодически попыхивая трубкой, - что на юго-западной границе. Нашу полусотню отдыхать направили после месячного патрулирования, а я уже умудрился в ту пору десятником ходить. Ну расположились мы, значит, на постой и только-только второй кувшин начали, как забегает парнишка-посыльный и ну звать куда-то, да еще так настырно. В общем, поперлись мы - пять душ, куда звали. А там сидит такой цепкий ухарь, глаза - ну чисто сталь и сам весь словно из гранита, а уж сила в нем чувствовалась. Таких, ни запугать, ни сломать, сами кого хошш в каленую стружку свернут. Даже я оторопел. А он усадил нас и давай рассказывать про нашу жизнь, про наше прошлое, про наши подвиги и наши грешки. Бумажки показывал, где черным по белому всё расписано было. И так невзначай намекнул, что мы, мол, лучшие из лучших и как он нас всех тут уважает. Ну, так уважает, что аж веревочки на всех припас и воооон там колышки свежеструганные лежат.

  Гримир крякнул, тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, и продолжил уже почти таким же уверенно-жизнерадостным голосом, каким разговаривал всегда и со всеми:

  - Короче, нанял он нас - в той пятерке и мы с Торгвином оказались. Нанял в Особый оперативный отряд для спецопераций. И с тех пор покоя мы почти не знали, мотались из конца в конец Империи и за ее пределами. Выполняли спецпоручения, как отрядами, так и поодиночке. Внедрялись, следили, резали, убивали.... Да много чего. Вспоминать особо не хочется, но куда уж деться. Рубились и как простые ратники, но были на привилегированном положении, впрочем, как и на коротком поводке.

  - Да и платили, надо признать, изрядно. - Словно нехотя добавил Гримир. - Да так, что проедать-пропивать не успевали.... Впрочем, не всегда и получалось. Бывало, что иной раз и по полгода на боевом посту да в дальнем походе. Вот и копились монеты звонкие на отдельном счету Военного Казначейства.

  - Только толку от этого чуть. - Проворчал от костра Дрольд, нанизывая одну из освежеванных тушек на закопченный длинный шампур. - Когда мы захотели денежки-то свои себе взять, вот туточки хитроподлость ихняя и всплыла... Словно утоплевец по весне.

  - Это что же? - Заинтересованно буркнул я, но не от того, что мне действительно было интересно, как честных вояк в очередной раз развело Министерство Обороны, а просто - для поддержания разговора. Тем более доверенный мне труп зайца я добросовестно прекратил мучить и отдал его Дрольду.

  - Да вот так! - Сплюнул в сердцах Гримир, пиная подвернувшуюся корягу. - Пока мы там кровищей умывались, ухари-то вона чё напридумывали! Мол, каждое, по их мнению, невыполненное, либо выполненное не так задание подлежит пересмотру с точки зрения денежного вознаграждения! Нет, ну это разве дело?

  Я невольно усмехнулся про себя, ну да, государство это может - сначала выжать до капли, а потом еще и про вознаграждение либо "забыть", либо "пересмотреть" данный пункт соглашения. Да притом, так пересмотреть, что комар носу не подточит с правовой точки зрения. Эх, братцы... вас бы к нам, туда, откуда я явился...

  Друзья-приятели еще долго ворчали и плевались, вспоминая минобороновские и фээсбешные подставы, к тому времени к нашему бивуаку вышли и недостающие члены отряда.

  - О! Мясо! - проревел почему-то перепачканный Торгвин, выковыривая из мокрых бороды и волос маленькие веточки и кусочки листьев. - Мясо - это хорошо!

  И он решительно потянулся к шампуру.

  - Э! - прикрикнул Дрольд, вырывая из гномьих рук полуподкопченную тушку. - Не готово еще!

  - А ты где это мордой елозил? - хохотнув, поинтересовался Гримир, не особо церемонясь, выдирая у приятеля из бороды обломок веточки.

  - Да так... - отмахнулся Торгвин.

  - В ручье его нашел. - Вдруг подал голос Лангедок, усаживаясь возле костерка и доставая из ножен меч, а из напоясной сумы - точильный камень и ветошь.

  - В шагах трехстах отсюда овражек есть, - продолжал он, одновременно критически разглядывая лезвие своего клинка, - по дну ручей бежит. Берега довольно высокие и обрывистые. И то ли ручей берега подмыл, то ли ковырялся там кто, но досточтимый гном ступил на самый обрыв и рухнул вниз вместе с отвалившимися комьями земли.