Picaro - Ученик

– Так что пейте, дорогая Анна, – подхватил Вальбах. – Оглянуться не успеете, как станете совершенно здоровой.

– Вы так любезны, господа, – на глаза вдовы навернулись слезы. – Я очень благодарна вам. Если бы вы только знали…

В голосе матери послышался надрыв, и Урс поспешно подошел к ней. Флакончик с "пасификаторумом" лежал у него в кошеле на поясе. В голове парня мелькнула мысль, что, может, стоит дать сейчас больной лекарство, но фрау Анна взяла себя в руки. Успокаивающе погладив сына по плечу, она пригласила гостей за стол.

Выпив из вежливости домашней настойки, Вальбах и фон Бакке переглянулись. Грету с Фрицем раньше услали на кухню, ученик ювелира понял, что именно сейчас он узнает об истинной цели визита необычных гостей. Наученный горьким опытом ожидать плохого, Урс внутренне напрягся.

– Забыл вам сказать, Анна, – начал банкир, – что господин Бакке ведет все юридические дела нашего мевельского отделения. Он магистр юриспруденции…

– С отличием закончил Донаусский Университет, – гордо сказал юрист. – У профессора Йогана Туршского.

– О! – воскликнула вдова. – Неужели?

Урс видел, как мать пытается изобразить, что понимает о чем сказали гости. На самом деле ни имя ученого, ни название известнейшего учебного заведения, ей ничего не говорили.

– Кроме того, – продолжил мессир, – Альфред состоит членом Имперской Гильдии адвокатов и несколько раз успешно выступал защитником на серьезных уголовных процессах. Все его клиенты были оправданы.

Банкир сделал многозначительную паузу. Фрау Анна растерянно замигала и посмотрела на сына. Урс уже понял, куда клонит Вальбах. Догадалась и вдова.

– Ганс? – робко, но с надеждой спросила она. – Вы можете ему помочь?

Фон Бакке кивнул:

– Думаю, что да. По просьбе мессира я, пока еще неофициально, как частное лицо, ознакомился с делом. Учитывая наше положение в городе – это было нетрудно. Считаю, что следствие изначально велось с грубейшими нарушениями законов Империи. Не буду вдаваться в юридические тонкости…

– Я уверен, ты сможешь спасти парня от виселицы, – перебил рыцарь. – Вообще, пора щелкнуть "старого колпака" по носу. Слишком многое он и прево позволяют себе последнее время.

По лицу матери было видно, что она в смятении, и Урс неловко вмешался в разговор.

– Но ведь ваша помощь будет стоить много денег? – он вызывающе уставился на фон Бакке. – Мэтр Боше тоже сначала говорил…

– Урс, замолчи! – прикрикнула мать. – Прошу извинить моего сына… – она искательно заулыбалась.

– Ерунда, – отмахнулся Вальбах. – Парнишка прав – у Альфреда полно дел по нашему отделению и заниматься посторонними бесплатно он не сможет.

– Не смогу, – подтвердил фон Бакке. – Мой гонорар достаточно высок…

– У нас нет денег! – выпалил Урс. – Совсем.

Вальбах невозмутимо посмотрел на него и спросил:

– Ты знаешь для чего существуют банки?

И сам тут же ответил на свой вопрос:

– Для того, чтобы помогать людям, у которых нет наличных.

Он перевел взгляд на вдову.

– Как президент мевельского отделения Коммерческого банка, – голос Вальбаха звучал почти торжественно, – могу предложить вам ссуду. С минимальными процентами. Из нее будут покрываться все расходы по делу вашего племянника, а так же вы получите на руки кругленькую сумму наличными. Весьма значительную.

Фрау Анна надолго задумалась. Потом спросила:

– Неужели вы готовы так рисковать деньгами, мессир? А если я не смогу вернуть долг в указанный срок?

– Оформим закладную на ваш дом, – небрежно ответил Вальбах. – Просто формальность – я уверен, что вы заплатите вовремя.

– Если я срочно не займусь делом вашего племянника, – быстро заговорил юрист, – Ганс Цимм будет приговорен к смертной казни. В этом нет никакого сомнения.

– Суд уже назначен, – мессир сунул в рот печенье, принялся жевать. – На следующей неделе объявят официально. Апрель месяц.

– Откуда вы знаете? – голос вдовы задрожал.

– Судья сказал, – гость громко сглотнул. – Вкусно. "Старый колпак" не сомневается, что Ганс – убийца. И хочет его повесить…

Выждав немного, фон Бакке обвел хозяев внимательным, долгим взглядом. Потом решительно поднялся. Вальбах незамедлительно последовал его примеру.

– Мы совсем засиделись и утомили вас, дорогая Анна, – сказал он, словно укоряя самого себя. – Вам пора отдохнуть.

– Подумайте на досуге, – юрист отступил на шаг. – Обсудите предложение мессира в семейном кругу, посоветуйтесь с сыном, – фон Бакке сдержанно улыбнулся подростку. – Он у вас смышленый малый.

На лице фрау Анны появилось решительное выражение.

– Подождите, господа, – ее голос дрожал еще сильнее. – Если вы можете спасти Ганса… я… я согласна. У нас нет другого выхода, – она мельком взглянула на Урса. – Только я хочу сначала узнать, как вы это можете сделать. Ведь мэтр Боше…

– Не волнуйтесь, – сказал Вальбах, возвращаясь за стол. – Мы пришли к вам не с пустыми руками.

– Я сейчас все объясню, – фон Бакке садиться не стал, наоборот, заходил по комнате. Высокий и тощий, со сложенными за спиной руками, длинным носом, он походил на вышагивающего по болоту аиста:

– Итак, начнем по-порядку. Во-первых…

Наихудшие опасения подтвердились, и Венк непроизвольно смял листок с донесением из Мевеля. Тоскливо оглянулся на охотничий домик, окруженный частоколом из почерневших бревен. У ворот горели костры, вокруг которых грелись "зеленые плащи" курфюрста и "белые" архиепископа Берхингемского. Приехав к графу, Леопольд II был приятно удивлен, застав у ложа больного еще одного друга – его высокопреосвященство Густава. Оба выразили сожаление, что разминулись с бароном фон Типпом. Благодаря "совпадению", тот вчера проезжал по Звездному тракту, спеша застать умирающего императора живым, но, узнав о заболевшем Ландере, не смог проехать мимо. Чем были хороши окрестности Кройцштадта, так это тем, что на урренской границе сходились дороги из владений церковного князя и барона.

Прошлым вечером рыцарю пришлось померзнуть, ожидая у поворота на охотничий домик главу старинной фамилии. Аристократ путешествовал верхом, налегке – с обозом из двух десятков саней, но в сопровождении трех сотен воинов. Чуть ли не половины своей дружины, на содержание и вооружение которой уходила четверть налогов баронства. Зато люди были в крепких доспехах цутхской работы, на отличных лошадях, а их умению владеть пикой и мечом могли бы позавидовать мастера Гильдии наемников. Сам барон – тридцатитрехлетний Игнациус фон Типп, слывший неплохим бойцом, унаследовал от предков не только шесть футов роста, широченную грудь и любовь к хорошему вину. В придачу к древней родословной ему достался длинный, невидимый чужому глазу, мысленный список долгов императору и соседям.